Нора Робертс - Адский огонь

— Нет, не буду. Увидимся через полчаса.

Рина отключила связь и снова села. Открыв жестянку, она взглянула на Бо.

— Несколько лет назад я кое с кем встречалась. Какое-то время он был моим парнем. Это тянулось месяца четыре. Он был не из тех, с кем я обычно встречаюсь. Слишком светский, слишком требовательный. Но мне хотелось перемен, и он оказался самым подходящим. Он был помешан на престиже: ездил на «Мерседесе», носил итальянские костюмы, знал, какое вино к какой еде полагается. Мы пересмотрели кучу фильмов с субтитрами [43] Речь идет об иностранных фильмах: в США нет дубляжа, а так как большинство американцев не любят читать субтитры, зарубежное кино становится уделом интеллектуальных снобов. , которые, я уверена, понравились ему не больше, чем мне. Мне нравилось быть с ним, потому что я чувствовала себя женщиной.

— А в другое время кем ты себя чувствовала? Пуделем?

— Настоящей женщиной, — уточнила Рина. — Капризной, кокетливой, непредсказуемой. — Она пожала плечами. Столько лет прошло, а ей все еще было немного стыдно. — Мне надо было сменить ритм. Я позволяла ему выбирать рестораны, принимала его планы. Для меня это был краткий отдых. В моей профессии приходится все время быть начеку и нельзя себе позволить иметь слабости. Надо все подмечать, надо многое делать. Ну, в общем, наверное, мне хотелось чего-то совсем другого…

— Не могли бы мы притормозить на этом месте? Думаешь, это он тебе звонит?

— Нет. Теоретически это возможно, но я уверена, что это не он. Он финансовый аналитик, раз в две недели делает маникюр. Сейчас живет в Нью-Йорке. Как бы то ни было, наши отношения дошли до того, что он начал меня раздражать. Я все пустила на самотек, потому что… Сама не знаю почему. Да ладно, это неважно. В тот вечер, когда я получила свое первое дело как детектив, мы с ним повздорили. Он меня ударил.

— Что? — Бо поставил свою жестянку на стол. — Что?

— Погоди. — «Расскажи ему все, — сказала себе Рина. — Всю унизительную историю». — Я подумала, что это вышло случайно. Сам он так и сказал. У нас был бурный разговор, мы двигались, жестикулировали, я подошла к нему сзади и попала под руку. Это могло быть случайностью, и я поверила, что это случайность. До следующего раза.

Никакой сонливости в его глазах не осталось. Они светились пронзительной беспощадной зеленью.

— Он снова тебя ударил?

— На этот раз все было по-другому. Он устроил романтический ужин, все очень тщательно подготовил, я понятия ни о чем не имела. Шикарный французский ресторан, шампанское, цветы, весь набор. Он мне сказал, что его повысили в должности и переводят в Нью-Йорк. Я за него радуюсь, хотя вообще-то новость меня ошеломила. Но что тут поделаешь? К тому же… — Рина замолчала, перевела дух. — К тому же в глубине души я подумала: вот он, легкий выход для меня. Расстаемся без драм, без сцен.

— А почему ты говоришь об этом с таким виноватым видом?

— Ну… это звучит как-то уж слишком бездушно: «Слушай, приятель, ты мне слегка поднадоел, до чего же я рада, что ты уезжаешь из нашего штата!» И вот, пока я стараюсь не подать виду, что испытываю некоторое облегчение, он заявляет, что хочет взять меня с собой в Нью-Йорк. И даже после этого до меня не сразу доходит, что он имеет в виду. Оказывается, он хочет забрать меня с собой! Насовсем! Этому не бывать, и я пытаюсь объяснить ему, почему не могу с ним уехать. Да и не хочу.

— Так. Парень, с которым ты встречалась пару месяцев, хочет, чтобы ты снялась с места, бросила свой дом, свою семью, свою работу, потому что его переводят в Нью-Йорк. — Перечисляя все это, Бо многозначительно воздевал кверху палец у нее перед носом. — Я же тебе говорил: есть жизнь во Вселенной и помимо нашего голубого шарика. Похоже, этот парень был зачат на планете «Ни фига не выйдет».

Это ее немного рассмешило.

— Погоди, дальше будет еще хуже. Вдруг откуда ни возьмись появляется кольцо с бриллиантом величиной с метеорит, и он говорит мне, что мы женимся и переезжаем в Нью-Йорк. — Рина закрыла глаза, на нее накатила волна пережитых тогда ощущений. — Я в нокауте, клянусь тебе. Все это свалилось на меня как снег на голову. Я пытаюсь ему сказать, «спасибо», но… нет. Куда там! Официант приносит шампанское, люди кругом аплодируют, а чертово кольцо уже у меня на пальце.

— Засада!

— Точно. — Рина перевела дух. Она была благодарна Бо за понимание. — Я не могла с ним объясняться на глазах у всего ресторана, пришлось подождать, пока мы не поехали ко мне домой. Скажем так: он не сумел принять отказ должным образом. Он наорал на меня. Я, видите ли, его унизила, дура, лживая сука и так далее в том же духе. Ну, а я перестала его жалеть и наорала на него в ответ. И тут он меня ударил. Сказал, он мне покажет, кто тут главный. Но когда он попытался подкрепить слова делом, я его свалила, врезала по яйцам и выставила за дверь.

— Поздравляю! Вот все, что я могу сказать. Нет, еще кое-что: после всего, что ты мне сейчас рассказала, он стал первым кандидатом на авторство фильма ужасов, который мы смотрим сейчас.

Бо старается избавить ее от чувства вины, поняла Рина. От мысли о том, что она глупая или слабая. Любопытное это было ощущение: рассказать о грязном и унизительном случае парню, который не дал ей почувствовать себя запачканной и униженной.

— Честно говоря, я все равно не думаю, что это он, но он с этим связан. На следующий день с утра пораньше ко мне явились мой капитан и О’Доннелл. Оказалось, что кто-то поджег «Мерседес» Люка через пару часов после того, как он выполз за дверь моей квартиры. Люк обвинил в поджоге меня, но у него ничего не вышло. Во-первых, когда он ушел от меня, ко мне приехала Джина. Она осталась на ночь и была еще у меня, когда они пришли. А во-вторых, они просто поверили мне. — Рина видела по глазам, что Бо все понимает, но все-таки сообщила последние детали: — В тот раз был использован не в точности тот же метод, что прошлой ночью, Бо, но есть много совпадений. И когда поджигатель позвонил мне сегодня утром, он на это намекнул.

— Этот ублюдок Люк мог специально поджечь свою машину, чтобы обвинить тебя. Он мог сделать это и сейчас, чтобы отомстить.

— В это можно было бы поверить, но… Когда он вчера позвонил, он сказал еще кое-что. В тот момент до меня не дошло. Потом все пошло слишком быстро, и до самого утра у меня не было времени об этом задуматься. Он сказал, что мне следует вспомнить всех своих мужчин вплоть до самого первого.

— И что же?

— Первым был Джош. Джош, который погиб при пожаре задолго до того, как я познакомилась с Люком.

— Он курил в постели…

— Я никогда в это не верила. — Даже теперь, рассказывая об этом, Рина почувствовала, как у нее дрожит голос. — Мне пришлось с этим смириться, но я никогда в это не верила. Трое из мужчин, с которыми у меня была связь, пострадали от пожаров. Один из них мертв. После всего, что мне стало известно, я больше не буду считать это совпадением.