Лоис Гилберт - Без жалости

— Вы узнали мертвеца? — спросил агент отдела убийств, снова переключая внимание на мою персону.

— Нет, — сказала я.

— Вы трогали тело?

— Нет.

— Вы видели незнакомых вам людей, которые слонялись бы в этих местах в последнее время?

— Нет.

— У вас есть какие-нибудь собственные теории относительно того, что здесь произошло? К примеру, как был убит этот человек?

Я попыталась воскресить в памяти лежавшее неподалеку от тропинки мертвое тело.

— На правом виске у него был кровоподтек, а руки сильно исцарапаны. Похоже, его сначала тащили, а потом бросили в первом попавшемся затененном месте. Но как вы понимаете, тщательного осмотра тела я не производила.

— Если не ошибаюсь, вы врач? Как думаете, сколько времени он вот так пролежал?

— Три-четыре дня. Максимум неделю. Но, повторяю, это только мои догадки.

Мы прошли огромный старый дуб, от которого проделали еще несколько сот ярдов. И вот перед нами появилось тело — темная куча посреди тропы.

— Вот он, — сказала я, ткнув в труп пальцем, после чего сразу же зажала нос. Я не хотела больше вдыхать в себя трупный запах и смотреть в остекленевшие глаза мертвеца. Когда вперед двинулись мужчины, осматривая местность, я, наоборот, сделала шаг назад. Не прошло и минуты, как около мертвого тела собралась куча народу. Люди касались трупа затянутыми в резиновые перчатки руками и делали фотоснимки.

— Удостоверения личности нет, — сказал один из полицейских.

— Вы знаете этого парня? — спросил Фарнсуорт у Ноа.

— Нет, — ответил он. Я исподтишка наблюдала за его реакцией: хотела выяснить, не отведет ли он взгляда, не вытянется ли у него лицо, не нахмурится ли он при виде трупа. Ничего подобного. Наоборот, он разглядывал мертвеца широко раскрытыми от любопытства глазами.

— Пятна у него на щеке напоминают следы от СК, — сказала я.

— Это что еще за хренотень? — спросил Фарнсуорт.

— Саркома Капоши. Один из симптомов СПИДа.

— Вот гадость. Этот тип, наверное, «голубой», — пробормотал Фарнсуорт. — Я лично поверх первой надеваю вторую пару перчаток.

«Подумаешь, какой лорд выискался», — сказала я себе, глядя на этого человека. Он, словно услышав мои мысли, повернул голову, поднялся с корточек и подошел ко мне.

— Если вы сойдете с тропинки, мы попытаемся найти след и выяснить, откуда его сюда притащили. Похоже, здесь кто-то проезжал на лошади, — продолжал говорить Фарнсуорт, опустив глаза и исследуя землю. — Вам случалось ездить здесь на лошади?

— Случалось, — коротко ответила я.

Подошел мрачный как туча Дэн.

— Надо сфотографировать отпечатки копыт на земле, — сказал он.

Фарнсуорт одарил его холодным взглядом.

— Я знаю, что и как мне делать.

— Ну так делайте же, черт побери, — сказал Дэн и отошел в сторону.

Фарнсуорт снова переключил внимание на меня.

— Когда вы в последний раз бывали в этих местах? Сегодняшнее утро не в счет.

Я попыталась вспомнить.

— Примерно неделю назад.

— Это хорошо. Сужаются временные рамки. Холодный воздух — хитрая штука.

Дэн взял что-то с груди трупа и положил в пластиковый пакетик с защелкой. Потом, вернувшись к нашей маленькой компании, помахал пакетиком перед носом у Фарнсуорта. Сквозь прозрачную оболочку пакета мы увидели несколько нитей не то пакли, не то пеньки.

— Это остатки лассо. Выглядит так, будто кто-то привязал этого парня к лошади и тащил за собой волоком.

Фарнсуорт заработал шариковой ручкой, делая дополнения к своим записям.

— Получается, что его могли пристрелить где-нибудь в другом месте, а потом перевезти труп сюда.

Когда я разглядывала тропинку, то ничего подозрительного поначалу не заметила, но Дэн указал мне на примятую с краю траву, и я увидела на земле капельки запекшейся крови, которые походили на крохотные кусочки грязи. Потом я опустила взгляд еще ниже и чуть ли не у себя под ногами заметила след лошадиных копыт. След тянулся от тропинки к вершине холма — и дальше, к дому.

«О Господи, — подумала я. — Все, что угодно, но только не это. Только не к нашему дому».

— Сейчас мы пойдем по следу и выясним, куда он приведет, — сказал Фарнсуорт. Потом он прокричал команду судмедэксперту и его людям, и они с Дэном и полицейскими в форме, отделившись от основной группы, побрели вверх по склону. Мы с Ноа пошли за ними следом.

Теперь уже, шагая со мной рядом, в ногу со мной попадал не Дэн, а Ноа. Я чувствовала его присутствие, хотя и старалась на него не смотреть. Зато он смотрел на меня во все глаза с высоты своего немалого роста.

— Вы… это… мертвеца, случаем, не знали? — спросил он.

— Нет… но как ни странно… — Я хотела было сказать, что кое-что в его внешности показалось мне знакомым, но промолчала.

Ноа тоже помолчал с минуту.

— Этот тип, должно быть, был человек богатый, — наконец заговорил он. — Маникюр на руках, куртка джинсовая, но эксклюзивного покроя, золотая пряжка на ремне, дорогие сапоги — похоже, ручной работы. Все это стоит денег, больших денег.

— Правда? А я даже не заметила, — сказала я. Остекленевшие глаза мертвеца и рана у него в животе приковали к себе все мое внимание.

Наконец-то я посмотрела на Ноа. Интересно было лишний раз глянуть на такого наблюдательного человека. Я вдруг сообразила, отчего Дэн так ревнует меня к нему. У него были живые, красивые синие глаза, а лицо, хотя и обветренное и изрезанное морщинами, привлекало к себе удивительно спокойным, доброжелательным выражением. Хотя на первый взгляд он казался худым, мне подумалось, что это человек мускулистый и жилистый и в его плоти нет ни капли жира. Да и весил он немало — по крайней мере ступал по земле веско и прочно, хотя сказать, что у него тяжелый шаг, было нельзя.

Ноа продолжал говорить громким голосом:

— Кем бы этот тип ни был, деньги у него водились. Это вам не бродяга какой-нибудь. Наверняка его будут искать.

— Очень на это надеюсь, — сказала я. — Чем раньше выяснится, кто этот человек, тем легче будет узнать, кто его прикончил.

Ноа окинул меня странным взглядом — казалось, он предвидел непростой ход этого дела и его последствия, которые, на его взгляд, должны были оказаться куда сложнее, нежели я предполагала. Сказал он, однако, другое:

— Конечно. Полиция быстро выведет убийцу на чистую воду.

Люди Фарнсуорта, идя по следу, неумолимо продвигались в обратном направлении — прямо к дому.

— Как думаете, ваш брат был знаком с этим парнем? — спросил вдруг у меня Ноа.

— Откуда мне знать? — сказала я, но вся похолодела от этого вопроса. Мне-то все время казалось, что убийство не имеет к нашей семье никакого отношения. — Райан дома. Возможно, они покажут ему тело, и тогда он скажет, знал он его или нет.

Мы вышли из лесу и снова шли по полям — по тому их участку, где росли еще не скошенные травы. Ветер усилился, а света убавилось, поскольку солнце затянуло совсем уже темными облаками, которые подозрительно напоминали снеговые тучи. Хотя на мне была теплая куртка, я временами вздрагивала от пронизывающего ветра и еще глубже прятала руки в карманах.