Тиффани Сноу - Безвозвратно

— Кэтлин?

Я нахмурилась.

— Да? Кто это?

— Кэтлин, это Марк. — Услышав это имя, я сразу же проснулась.

— Марк, с тобой все в порядке? — Я не имела ни малейшего представления, почему он звонил мне, в особенности в такой поздний час.

— Мм… нет, в действительности, со мной далеко не все в порядке. — Его голос был на взводе.

— Что-то случилось?

— Я не могу говорить об этом по телефону. Мне необходимо с тобой встретиться, Кэтлин. Мы можем завтра увидеться?

— Ну, конечно, — согласилась я и после секундного размышления продолжила: — Завтра около одиннадцати я буду в суде. Ты можешь подъехать туда?

— Да-а, — сразу же согласился он. — Очень хорошо. Я найду тебя там. — И прежде чем мне удалось сказать хотя бы что-нибудь, он повесил трубку.

Закусив губу, я некоторое время с тревогой размышляла о том, что Марк был явно не в себе. Мне даже показалось, что он был испуган. Хотя… я не могла понять почему. Точно так же, как не могла понять, зачем он звонил мне. Мы с ним едва друг друга знали. Если у него возникли проблемы, то почему он связывался именно со мной? У меня не было ни малейшего представления. И хотя я предполагала, что он технически попадал под подозрение в убийстве, я даже на минуту не верила, что он мог убить Шейлу.

Пытаясь переключиться на что-то, кроме тревожного звонка, я прокрутила в памяти все события вечера. Мне почему-то сразу же вспомнились синие глаза под густыми черными ресницами и циничная усмешка. Простонав, я спрятала в ладонях вспыхнувшее лицо. У меня не было ни малейшего представления, кем он мог быть, но я дала себе зарок, что больше никогда не буду столько пить.

Столкновения с Блейном явно повлияли на мое либидо, причем в нехорошем смысле. Меня это одновременно и смущало и раздражало. Смущало, потому что меня чуть не стошнило на человека, которого я даже не знала, как зовут. Причем этим человеком обязательно должен был оказаться крайне привлекательный мужчина — один из тех, которые буквально источали секс. А раздражение я испытывала из-за того, что «кошки-мышки», в которые играл со мной Блейн, довели мои гормоны до такого состояния, что непритязательный поцелуй Джеймса даже близко не погасил пожар, полыхавший в моей крови.

Устав терзаться нерадостными размышлениями, я вернулась в постель в надежде, что при свете дня все будет выглядеть немного позитивнее.

К сожалению, этого не случилось. Тем не менее, утром я дала себе зарок пощадить свои нервы и больше не вспоминать о «мужчине в черном» (оригинально, я знаю) и полностью сосредоточилась на своей работе и на встрече с Марком.

Собрав все документы, которые мне следовало отвезти в суд, я уже собралась уходить из офиса, когда ко мне в секцию зашел посыльный, державший в руках корзину цветов.

— Кэтлин Тернер? — осведомился он, крайне удивив меня.

— Да, — кивнула я, и он протянул мне корзину.

— Цветы для вас, — произнес он и ушел прежде, чем я успела открыть рот, чтобы спросить, кто прислал корзину. Это был красивый и достаточно большой букет, состоявший из розовых и белых роз в сочетании с незабудками и лилиями. Цветы были невероятно милыми, и аромат от них исходил просто божественный. Если учесть, что мне уже очень давно никто не присылал букетов, я на какой-то момент позволила себе насладиться удовольствием, не без самолюбования подумав, что Джеймс слишком уж мягко стелил. Вытянув из цветов карточку, я распечатала конверт и прочитала напечатанные слова:

«Я могу быть хорошим».

Мои глаза расширились. Нет. Этого просто не могло быть. Мне сразу же вспомнились вчерашние слова Блейна, сказанные им как раз перед тем, как я скоропалительно покинула его кабинет.

«Я не хороший».

Из-за угла высунулась рыжая голова Лори.

— Вау, — ее глаза заблестели любопытством. — Кто это тебе прислал такую прелесть?

Я поспешно скомкала карточку в руке. Не было никаких вариантов, чтобы я рассказала кому-нибудь о том, что один из совладельцев фирмы прислал мне цветы. В особенности, что это был Блейн. Каждый сразу же решил бы, что я с ним спала.

— Без понятия, — солгала я. — Странно, да?

Прежде чем она успела дальше продолжить допрос, я подпрыгнула, взяв сумку и бумаги.

— Мне нужно ехать в суд, — выдохнула я. — Увидимся позже.

Она крикнула мне: «Пока!», когда я уже выходила из офиса, и у меня вырвался вздох облегчения. Мне реально не хотелось, чтобы кто-то узнал про Блейна. Не то, чтобы здесь было о чем узнавать, подумала я смятенно. Ему было скучно, он играл со мной, и этому следовало положить конец. Я планировала заняться этим сразу же после того, как встречусь с Марком.

— Кэтлин! — оживлено окликнул меня Ханк, как только я прошла через металлоискатель. — Не видел тебя уже несколько дней. У тебя все хорошо? — за его улыбкой чувствовалась явная тревога.

Я понимала, что он все еще переживал из-за инцидента в прошлую пятницу, поэтому улыбнулась ему в ответ как можно более убедительно, потому что осознавала, что, по сути, его вины в случившемся не было. Если кто-то планировал пронести оружие в суд, то я сомневалась, что этому можно было воспрепятствовать.

— Все хорошо, Ханк, — успокоила его я. — Не волнуйся, правда.

На его лице промелькнуло облегчение, когда он протягивал мне мои вещи.

Ближе к одиннадцати все документы были разнесены, что оказалось невероятно кстати, потому что у меня оставалось время для того, чтобы найти Марка, после чего мы с ним, возможно, могли бы где-нибудь пообедать. Проблема заключалась в том, что вчера он так быстро повесил трубку, что мы не успели договориться об определенном месте встречи.

Я покружила по зданию суда некоторое время, но вокруг находилось столько народа, что трудно было разглядеть кого-то конкретного. Нервно взглянув на свои часы, я обнаружила, что уже было пятнадцать минут двенадцатого, а Марк все так и не появлялся. Выйдя на улицу, я прикрыла ладонью глаза, чтобы защититься от ослепительного солнечного света.

Неожиданно вокруг моего запястья сомкнулась рука, и меня потянули в сторону. Развернувшись, я с облегчением выдохнула, потому что увидела Марка, внешний вид которого меня крайне удивил. Марк всегда был очень педантичным в своей одежде, и я часто дразнила Шейлу по поводу заломов на его безупречно отутюженной рубашке и брюках. Сегодня от всего этого не осталось и следа. Его одежда была настолько помятой, что складывалось впечатление, будто он в ней спал. Его подбородок зарос недельной щетиной, его глаза метались по сторонам, и его пальцы на моем запястье сжимались слишком сильно, пока он тянул меня за собой.

— Пойдем, — произнес он отрывисто, оглянувшись через плечо. — Нам нужно убраться отсюда.

— Что? — переспросила я, пытаясь понять, что с ним происходит. — Почему?