Фредди Ромм - Капкан для провинциалки

– А теперь, милые, идите спать, вам пора!

– А можно посидеть с вами немного?

Андрей вопросительно посмотрел на жену. Таня пожала плечами и сказала с лёгким недовольством:

– Если только немного…

Они прошли к праздничному столу. По случаю прихода девочек, Таня быстро убрала в сторону шампанское и принесла из кухни сок. Семейное торжество закипело: Андрей был голоден и ужинал по-настоящему, жена больше старалась составить ему компанию, а девочки медленно пили сок. Но вот примерно через двадцать минут Люся начала клевать носом. Таня моментально заметила это и мягко обратилась к старшей дочери:

– Заинька, а теперь вам пора!

Зоя капризно надулась:

– Мамочка, а почему я тоже? Мне так хочется посидеть с вами ещё!

– Милая, прошу тебя! – и, понизив голос, добавила:

– Люсеньке одной будет скучно! Ты ведь у меня большая!

Услышав, что она большая, Зайка успокоилась, но из чувства противоречия возразила:

– Раз я большая, то почему мне нельзя остаться с вами?

Таня бросила на мужа умоляющий взгляд, и Андрей не замедлил прийти на помощь:

– Зоечка, милая, большим становится человек не потому, что сидит допоздна с другими взрослыми, а потому что берёт на себя ответственность! Сейчас нужно, чтобы ты проявила ответственность, помогла нам и пошла спать вместе с Люсей, чтобы ей не было одиноко!

– А, тогда хорошо! – радостно заявила Зоя и, осторожно взяв за руки полусонную сестричку, помогла ей спуститься со стульчика и увела в ванную – помыться и почистить зубы перед сном. Ещё через десять минут девочки легли спать, теперь уже и Зоя выглядела довольно сонной. Родители вернулись к столу, но Андрей не сел на место, а взял жену за руки:

– Родная моя! Сейчас, когда до Нового Года осталось всего два часа, я хочу сказать тебе: моё самое большое желание – быть каждый миг с тобой! Быть только твоим и для тебя, любовь моя!..

Андрей хотел было сказать что-то ещё, но Таня внезапным резким движением привлекла его к себе, прижала крепко и принялась целовать в лицо, в губы. Муж не удержался, увлёк любимую в спальню, и там произошло то же, что чуть раньше в квартире Любы.

– Ну-с, молодой человек, поедем в наши пенаты! – стараясь изображать благожелательность, обратился к юному арестанту Антон Лебедев, отправляя Сёму на заднее сиденье машины. В подполковнике ФСБ боролись противоречивые чувства: с одной стороны – отвращение и настороженность к профессиональному убийце, который всего несколько часов назад шёл сюда, чтобы лишить жизни трёх человек, в их числе молодую женщину и её маленького сына. С другой – юность пленника вызывала некоторое сочувствие, хотелось думать, что мальчишка пошёл по своему чудовищному пути из-за какой-то ошибки общества, которое оттолкнуло его, лишило жизненного шанса, отбросило в объятия бандитов. Ко всему прочему, Лебедеву не терпелось вернуться за праздничный стол, а значит, нужно было побыстрее сдать пацана куда следует.

– На Лубянку едем? – уныло спросил пленник примерно через минуту езды.

– Не совсем. Скоро всё узнаете.

– Я в камере один буду?

– О, да, это я обещаю!

– А вы потом пойдёте вино пить и с женой миловаться?

Лебедев подавил в себе раздражение и промолчал.

– Я должен буду слушаться вас или того детектива?

– Я тебе всё скажу, – ледяным тоном ответил подполковник. – Сейчас твоё дело – привыкать к новой жизни.

– А вы на моём месте захотели бы к ней привыкать?

– Я бы не захотел оказаться на твоём месте.

– А что бы вы делали, если бы оказались сиротой на улице?

– Почему на улице? Чем тебе плох детский дом? Кроме того, тебя могла бы приютить какая-нибудь семья.

– Ага, приютит! А потом окажутся маньяки с педофилами!

– А ты правда сирота?

Подполковник не сразу обратил внимание, что парень как-то странно ёрзает и выгибается. Наверное, ему наручники давят на запястья?

– Тебе что, неудобно?

– Нет, всё в порядке, – в голосе Сёмы появилась странная интонация. Однако раздумывать, что происходит на заднем сиденье, было некогда – скорее бы добраться до места, уладить вопрос насчёт мальчишки, оставить его в камере на попечение охраны – и домой.

Антон слишком поздно заметил движение Сёмы, когда тот внезапно дёрнулся вперёд и оказалось, что его руки, хоть и скованы, но уже спереди. Сёма нанёс подполковнику в затылок два удара, кулаками и наручниками. Оглушённый Лебедев потерял управление, и машина вылетела на тротуар.

Едва нанеся удары в голову Лебедеву, Сёма оттолкнулся от спинки переднего сиденья. Он успел упереться скованными руками и теперь смотрел, словно в замедленной съёмке, как в лобовом стекле машины всё меняется – исчезает шоссе, вместо него появляется фонарный столб…

Удар был очень силён, столб жалобно хрюкнул и согнулся, а капот машины оказался смят. Подполковника дёрнуло вперёд, но ремень безопасности удержал. Сёму сильно тряхнуло, и секунд пять киллер приходил в себя. Едва стало легче, осмотрелся: никого. Всё готовятся праздновать. Что же, тем лучше…

Он перебрался на переднее сиденье и прежде всего пошарил по карманам оглушённого подполковника. Вот он, ключ от наручников: освободиться. Теперь оружие…Оказалось, что в пистолете нет обоймы. Где же она? Поиски в темноте заняли примерно минуту. Нашёл – и тут же заметил подъезжающую машину ДПС. Быстрее отсюда, а то как бы не пришлось сражаться с кучей ментов…

Сёма открыл дверцу справа и шмыгнул вон из машины. Скользнул в тень, краем глаза проследил, как милиционеры заглядывают в автомобиль к Лебедеву – прочь отсюда, побыстрее…

Оставаясь незамеченным, скрываясь в тени, Сёма пробежал примерно квартал. Счастье, что никого на улицах нет, все по домам, отмечают. Три раза повезло. Первый – когда подполковник пренебрёг мальчишкой, не воспринял его как серьёзного противника, повёз один, даже не пристегнул ремнём безопасности. Второй – когда этот подполковник размечтался о семейном торжестве, позволил заболтать себя, не заметил, как пленник устроил акробатический трюк, воспользовался своей природной гибкостью, чтобы пропустить скованные запястья под ногами… И третий – сейчас, когда нужно бежать как можно скорее, а на улицах никого, кто бы помешал или просто заметил, чтобы потом донести.

Откуда появилась машина ДПС? Наверное, просто проезжала мимо – вот оно, единственное невезение. Пришлось оставить подполковника в живых. Хотя – что тут такого? Всё равно не он главный свидетель, на него заказа не было и не у него находится злополучная магнитофонная плёнка. Ах, эта плёнка… как с ней быть? Если бы сейчас добраться до того детектива и вытрясти из него, прежде чем пристукнуть… Сёма представил себе лицо Андрея – и стало не по себе. В голове всплыла мерзкая мыслишка, жалкая, трусливая и позорная: а вдруг этот хитрый сыщик сейчас прячется где-то неподалёку? Устроил комбинацию с подполковником, мнимое бегство, вызвал ДПС, чтобы не позволить добить приятеля, а теперь выслеживает, куда бывший пленник направится…