Дж. М. Дарховер - Вечно

– ДеМарко, я был бы признателен Вам за объяснения.

Услышав голос директора, Доминик сказал брату, что ему пора идти, и Кармин выругался, когда тот положил трубку.

– И я бы с радостью Вам их предоставил, директор Рутледж. Я бы, разумеется, предпочел стоять здесь и объясняться перед Вами, но мне действительно нужно вернуться домой.

Засунув телефон в карман, Кармин направился к выходу из туалета. Директор Рутледж уставился на него, шокированный демонстрацией настолько вопиющего неуважения, но промолчал, когда Кармин пронесся мимо него.

Быстро преодолев школьный коридор, он в считанные секунды выбежал в дверь, даже не задумавшись о том, что его учебники остались в классе. Он поспешил домой, и, приехав, притормозил позади «Мерседеса» своего отца. Распахнув входную дверь, он услышал доносящиеся из кухни крики. Остановившись в дверях кухни, он увидел Нунцио, который облокотился на стойку, в то время как Винсент зашивал ему рану на лице.

Позади Кармина показался Доминик, с опаской смотря на брата.

– Мне следовало лучше за ней присматривать. Нунцио приставал к ней.

Кармин изо всех пытался держать себя в руках, не желая еще больше усугублять ситуацию.

– Где она?

– В твоей комнате, – ответил Доминик. – Она сказала, что с ней все в порядке.

Вздыхая, Кармин снова посмотрел на отца. Нунцио тихо посмеивался, и, спустя мгновение, отодвинулся от Винсента.

– Эта сука умоляла меня об этом.

Самоконтроль Кармина улетучился, когда он услышал эти слова.

– Что ты только что сказал?

Нунцио бросил на него взгляд.

– Я сказал, что она сама хотела меня.

Кармин бросился к нему, и Винсент заблокировал Нунцио путь, когда тот попытался отодвинуться в сторону. Замахнувшись, Кармин задел кулаком нос Нунцио, но в этот момент в их стычку вмешался Сальваторе, оттянувший Кармина назад.

– Ты больной! – крикнул Кармин, когда Винсент подтолкнул Нунцио к стойке для того, чтобы снова зашить его рану. Сальваторе вытащил Кармина в фойе, не отпуская его до тех пор, пока они не дошли до лестницы. – Это неправильно.

Сальваторе покачал головой.

– Я в курсе, Principe, но разве мы не говорили вчера о том, что личным чувствам нет места в этом бизнесе? Он ответит за проявленное к твоему отцу неуважение, но никаких серьезных правил он не нарушил.

Кармин потрясенно уставился на него.

– Так она в глазах Ваших людей ничего не стоит? Это Вы пытаетесь мне сказать? О, да – кому какая, блять, разница до того, что он причиняет девушке боль! В ней нет ничего особенного, ведь ей не посчастливилось родиться во влиятельной семье!

Выражение лица Сальваторе исказилось от гнева. Заметив это, Кармин моментально замолчал.

– Эта девушка значит гораздо большее, чем тебе дано постичь, но в la famiglia все делится только лишь на черное и белое. Тебе необходимо научиться различать личные чувства и бизнес. Научиться следовать принятым нормам поведения, держать их вот здесь… – он ударил его по затылку, – …и прекратить так сильно повиноваться вот этому, – Сальваторе ударил Кармина по груди, над самым сердцем. – Когда ты вчера выругался, обращаясь ко мне, я понял, что она проникла сюда… – еще один удар по груди, – …и у тебя возникнут проблемы, если ты не начнешь пользоваться вот этим, – последний удар по голове вывел Кармина из себя.

– Да хватит меня бить! И что Вы имеете в виду, говоря, что девушка значит гораздо большее, чем мне дано постичь?

Сальваторе покачал головой, отказываясь объяснять сказанное.

– Ты ведь знаешь, что я отношусь к тебе, как к сыну, Кармин. Я всегда обращался с тобой так, словно ты был моим собственным сыном, и я желаю тебе всего самого лучшего. Я хочу, чтобы ты добился успеха, чтобы у тебя была хорошая жизнь – такая, которую ты должен иметь. Я не советую тебе не впускать сюда девушку… – он слегка похлопал его по груди, – …но я советую тебе не позволять этим чувствам пересилить все остальное. Нет ничего страшного в том, что ты позволяешь своему сердцу главенствовать, когда находишься с ней наедине, но в присутствии остальных тебе необходимо позволить господствовать вот этому… – он постучал указательным пальцем Кармину по лбу. – Ты понимаешь, о чем я говорю? Необходимо найти баланс.

Кармин расстроено провел руками по лицу.

– Я понял.

Сальваторе улыбнулся, похлопывая его по плечу.

– Ты без ума от нее. Такое случается, но эту щекотливую ситуацию не следует выставлять напоказ. Можешь мне верить, когда я говорю о том, что сейчас не время игнорировать рассудок. В конечном счете, это тебе самому будет на руку.

– Я просто… не понимал, насколько очевидно я себя вел.

– Побочный эффект любви, – заметил Сальваторе. – Это сложная ситуация.

Кармин испытал облегчение от того, что Сальваторе оказался таким понимающим.

– Сложно ничего не предпринимать.

– Тебя удивит то, что твой отец по-прежнему страдает от той же самой проблемы? Я потратил годы на то, чтобы попытаться заставить его соблюдать границы, но он все еще время от времени их переходит, – за этими словами последовал громкий удар и крики, донесшиеся из кухни. Сальваторе вздохнул. – Вероятно, сейчас один из таких случаев.

* * *

Хейвен сидела в тишине, смотря на часы и отсчитывая утекающие минуты. Три. Пять. Восемь. Двенадцать. Шестнадцать. Двадцать две.

Спустя практически полчаса до Хейвен донеслись из библиотеки звуки торопливых шагов. Кто-то попытался повернуть ручку двери, но та была заперта, а Хейвен попросту не могла подняться для того, чтобы открыть ее. Она услышала звон ключей, когда дверь распахнулась, и в комнату поспешно зашел Кармин.

Присев рядом с ней на кровать, он притянул ее в свои объятия. Из ее глаз струились слезы, пока он извинялся за то, что отсутствовал и не смог защитить ее. Ей хотелось сказать ему, что он не был виноват в случившемся, но ей никак не удавалось произнести хоть что-нибудь.

Она не знала, как долго он обнимал ее до того момента, когда с порога до них донесся голос доктора ДеМарко.

– Она в порядке?

Хейвен украдкой посмотрела на него, ее взгляд был затуманен от слез, но ей все же удалось разглядеть суровое выражение его лица. Он казался раздраженным, и она понадеялась на то, что его гнев был направлен не на нее.

– Будет в порядке, – ответил Кармин. – Нунцио убрался отсюда?

– Да, Сальваторе повез его в аэропорт.

– В аэропорт, – повторил Кармин, продолжая покачивать Хейвен. – Он слишком легко отделался. Я бы убил его.

На мгновение все стихло, и Хейвен закрыла глаза. Она задумалась о том, остались ли они снова одни, но в этот момент доктор ДеМарко снова заговорил.

– Я бы тоже его убил.

* * *

Кармин лежал на кровати рядом с Хейвен, просто смотря на нее. Она не произнесла ни слова после того, как ее всхлипы стихли, ее лицо покрылось от слез пятнами.