Даниэла Стил - Герцогиня

Они обменялись недурными подарками. Анжелика подарила кому кошелек, кому блузку или шляпку, и каждой – большой бонус.

– Я никогда в жизни не имела столько денег, – радостно сообщила Филиппина. – Я сберегу их для кое-чего особенного.

– Я свои храню для поездки в Италию весной, если у нас будут каникулы, – заявила Камилла. – Я хочу посетить Флоренцию или Венецию. Никогда там не была.

Анжелика открыла им двери в мир, о котором они даже не мечтали.

Анжелика невольно задумалась о детях Фергюсонов. Как они там? Она хотела им послать подарки на Рождество, но не осмелилась. В целом Фергюсоны сослужили Анжелике хорошую службу. Она уже более чем возместила все свои траты и даже значительно приумножила дар, оставленный ей отцом.

Анжелика наконец написала письмо миссис Уайт, в котором сообщила, что работает няней в Париже и воспитывает двух чудесных детей.

После обеда в столовую зашел Жак. Камилла и Филиппина по очереди играли на пианино, остальные пели рождественские гимны. Жак и Фабьенн улизнули в сад. Анжелика задумалась, чем все это закончится. Некоторые из ее работниц привязались к определенным клиентам, но по большей части отношения с мужчинами были сугубо деловыми. Так проще. Хотя все они, кроме Анжелики, мечтали однажды выйти замуж. Сама же Анжелика никогда не была влюблена и не грезила о любви. Одной жить проще. К тому же она слишком много узнала о мужской натуре. Ей не хотелось быть обманутой женой или, того хуже, находиться в браке, подобном союзу Фергюсонов.

Накануне Нового года в «Будуаре» устроили еще один торжественный прием, продолжавшийся до самого утра. Многие клиенты перебрали спиртного, и Люку с Жаком пришлось им помогать рассаживаться по каретам.

В один из январских дней заведение посетил Джон Карсон. Увидев Анжелику, он чрезвычайно обрадовался. Она была окружена почитателями, надеявшимися, что однажды мадам капитулирует перед одним из них и отправится наверх со счастливчиком. Но Анжелика была непоколебима. Американец уселся чуть поодаль, попивая виски и восхищаясь ею. Дождавшись, когда Анжелика останется одна, он подошел к ней и тихо заговорил. Его глаза светились силой и уверенностью. От неловкости не осталось и следа.

– Я много о вас думал с тех пор, как был здесь последний раз.

– Благодарю вас, Джон, – ответила Анжелика улыбаясь.

Она тоже изредка думала о нем, размышляя, вернется ли он.

Карсон сообщил, что несколько месяцев был очень занят. Экономика Америки переживала большой рост, и он вложил часть средств в новые предприятия. Через несколько дней он должен был ехать для финансовой консультации правительства Великобритании, поскольку король оказался в больших долгах. Однако сюда он пришел не для разговоров о бизнесе.

– Анжелика, – тихо продолжил Джон, – вы молоды, ваши дела идут прекрасно, но вы не сможете заниматься этим бизнесом вечно. Однажды это станет тяготить вас, к тому же в любой момент что-нибудь может пойти не так, и все, чего вы достигли, обратится в прах. – Карсон явно готовил свою речь.

Анжелика с удивлением воззрилась на него, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Я предлагаю вам отличный дом в Нью-Йорке. Можете обставить его по своему желанию. Вы получите все, что пожелаете. Вы можете путешествовать со мной, вести образ жизни почтенной женщины в той мере, в какой я могу обеспечить, будучи женат. Мне трудно подобрать слова, буду говорить прямо. Я желаю, чтобы вы стали моей любовницей.

Он улыбнулся, уверенный, что произвел на Анжелику впечатление. Любая другая женщина не смогла бы отказаться от такого предложения. Но только не Анжелика. Она не любила Карсона и не хотела становиться его любовницей. Если Анжелика когда-нибудь вступит в связь с мужчиной, то только по любви.

– Я буду проводить с вами очень много времени. Моя жена больна, – он сделал паузу. – Наш брак был несчастливым с самого начала. Единственное, что нас объединяет, – это замечательный сын. Даже когда жена хорошо себя чувствовала, мы жили отдельными жизнями, и это продолжается уже почти тридцать лет.

Карсону на вид было около шестидесяти, но, несмотря на возраст, он был весьма привлекателен. Однако Анжелику не покидало ощущение, будто он не любит ее, а хочет лишь владеть ею. Она знала, что Джон сдержит свое слово, если она согласится, но Анжелика не хотела быть содержанкой. Жить, как птица в клетке, пусть и золотой. Открывая «Будуар», она отбросила все надежды на респектабельную жизнь в обмен на возможность принимать решения самостоятельно и делать все, что захочет. Ей не хотелось расставаться с обретенной свободой. Кроме того, Анжелика с самого начала полагала, что будет временно управлять борделем. Быть чьей-то любовницей – это навсегда. Как бы добр и умен Карсон ни был, Анжелика не хотела становиться его собственностью.

– Я безмерно тронута вашим предложением, – ответила она, глядя на Джона и пытаясь понять, что он чувствует к ней. Действует ли он по зову сердца или из эгоистических соображений? В любом случае ее отказ станет для него настоящим ударом. – Но я не могу принять его. Я желаю остаться в Париже и не готова бросить «Будуар». Мне нравится управлять собственным делом. Я не хочу становиться ничьей любовницей и вряд ли когда-нибудь захочу.

– Я не могу жениться на вас, Анжелика, – печально сказал Джон. – Я не могу поступить так со своей женой после стольких лет брака. Особенно сейчас, когда она больна.

Он уважал свою супругу, пусть и не любил ее.

– Я не хочу выходить замуж. Я желаю свободы, желаю принимать собственные решения. Если вы будете содержать меня, я потеряю все это.

На мгновение Карсон задумался: не торгуется ли она с ним? Но нет. Просто у нее были собственные убеждения и принципы, и она не собиралась жертвовать ими ради него.

– Я счастлива в Париже. И не думаю, что обрела бы счастье в Нью-Йорке.

– Вам понравилось бы жить в Америке. Особенно в собственном роскошном доме, – промолвил Джон. Он пытался завлечь ее, но понял, что попытка обречена на провал. В его глазах читалась стальная решимость. Он не умел проигрывать.

– Возможно, – тихо ответила она.

Да, он не убедил ее. Сначала Джон разозлился, но затем гнев быстро сменился грустью.

– Вы подумаете над моим предложением?

Анжелика покачала головой.

– Я не хочу обманывать вас и давать напрасную надежду, – искренне призналась она. – Я не думаю, что обладаю темпераментом любовницы. Куртизанки – возможно, но не любовницы. Я бесконечно тронута и польщена вашим предложением, но не могу принять его.

Карсон кивнул. Он понял, что сегодня ничего не добьется, и с сожалением покинул бордель. На следующий день он вернулся, сообщил о своем отбытии в Лондон и пообещал зайти в «Будуар» в следующий раз, когда будет в Париже.