Мэдлин Хантер - Соблазнитель

Но повторения страстей минувшей ночи она пока не хотела, страшась снова окунуться в пугающее молчание после бурной любви и почувствовать себя чужой и одинокой.

– Я знаю, что делать, Жанетта! Мне нужно как можно скорее покинуть ваш дом. Дуэли не будет, они договорятся. Роль бедной кузины мне надоела, я больше не в силах лгать и притворяться. Мне совершенно не хочется постоянно слышать шепот за спиной на балах и раутах. А люди непременно начнут обсуждать тот случай в трактире с Тиндалом и строить догадки о наших с Дэниелом отношениях. На чужой роток не накинешь платок. Нет, мне лучше уехать.

– И куда же ты отправишься?

– На какое-то время меня приютит графиня, она же могла бы порекомендовать меня в качестве гувернантки кому-то из своих многочисленных знакомых. Я могла бы преподавать в провинциальной школе. Если я исчезну из Лондона до того, как здесь разразится скандал, меня в скором времени забудут. – Диана грустно вздохнула.

Жанетта кивнула, эта мысль пришлась ей по душе.

– У меня есть немного денег. И Дэниел тоже тебе поможет.

– Денег у него я не возьму! – решительно сказала Диана.

– Ты будешь меня навещать, пока я не уеду в Париж?

– Обязательно! – Диана наклонилась и обняла Жанетту.

– Если Дэниел не вернется с дуэли, мы могли бы уехать во Францию вместе, – поцеловав ее в щеку, растроганно сказала Жанетта. – Подумай об этом!

По ее щеке скользнула слеза умиления.

– Дэниел обязательно вернется! – уверенно сказала Диана. – Он поехал вовсе не на дуэль, поверьте мне.

Вскоре посыльный принес письмо от графини: Пенелопа приглашала Диану погостить в ее родовом имении Леклер-Парк, куда она собиралась переселиться на некоторое время, отчаявшись избавиться от домогательств супруга.

Диана пошла в свою комнату собирать чемоданы. Это оказалось довольно хлопотным делом, но к услугам служанки она прибегать не стала, желая скрыть свои намерения. Разбирая гардероб, она то и дело прислушивалась и подходила к окну взглянуть, не вернулся ли Дэниел. Что прочтет она в его глазах при встрече? Что он ей скажет? Как он воспримет известие о ее отъезде? Удивится ли? Выслушает ли он его равнодушно или же с облегчением?

Естественно, он должен был понимать, что дальнейшее ее пребывание в его доме на птичьих правах не приведет ни к чему хорошему. Никакие букеты сирени, равно как и ее любовь, не могли изменить естественное развитие событий, рано или поздно такие отношения станут их тяготить.

Время шло, и уверенность Дианы в том, что он сдержит свое слово, таяла. Наконец она собрала багаж и спустилась в библиотеку, охваченная отчаянием. Открыв окно, выходящее на улицу, Диана села в кресло и стала ждать. Дэниел все не возвращался, и от огорчения у нее разнылось сердце. Мимо по улице проезжали кареты и двуколки, но ни один из экипажей не остановился напротив их дома. Когда терпение Дианы совершенно истощилось, к дому подскакал всадник. Подоспевший конюх отвел коня в конюшню. Диана вскочила и побежала по коридору к входной двери. В прихожей она увидела Дэниела. Радости ее не было предела.

– Ступай к сестре и успокой ее! Жанетта вся извелась, ожидая тебя. А я пока побуду в библиотеке.

Он стал бегом подниматься по лестнице. Когда стих стук его каблуков, Диана вернулась в библиотеку. Ей живо представилось его лицо в тот миг, когда он увидел ее в коридоре: в глазах его читались и нежность, и страсть, но морщины на лбу говорили, что он чем-то раздражен и озабочен. Как-то он поведет себя во время их откровенного разговора?

Вскоре Дэниел вернулся в библиотеку и затворил за собой дверь. Вид у него был серьезный и сосредоточенный, глаза сверкали, поджатые губы свидетельствовали о нешуточности намерений.

– Жанетта успокоилась? – спросила Диана.

– Да. Мы с Луи встретились утром с Тиндалом и его секундантом. Я сказал, что отзываю свой вызов и приношу ему свои извинения. Это было трудно и унизительно, однако я был верен данному тебе слову.

– Я в этом и не сомневалась.

– Черта с два! – в сердцах воскликнул Дэниел.

– Полагаю, что Жанетту твое решение очень обрадовало, – сказала Диана.

– Сомневаюсь, – мрачно произнес Дэниел. – По-моему, она была удивлена. Но я давно уже ничем ее не удивлял, так что и это хорошо.

– Я тебе очень признательна, – сказала Диана, предположив, что он злится на нее за то, что она вынудила его пойти на попятную и выставить себя трусом в глазах своего врага. Его недобрый взгляд подтвердил ее догадку.

– Сестра говорила, что ты собираешься навестить графиню, – сказал Дэниел. – С чего ты решила, что я позволю тебе уехать?

– Я подумала, что так будет лучше для всех....

– Что за вздор! – Он подошел к ней вплотную и продолжал: – Я отказываюсь от дуэли со своим заклятым врагом, храня верность нашему уговору, а ты в мое отсутствие собираешь чемоданы? Разве порядочные люди так поступают?

– Мне больше нельзя здесь оставаться, и ты это знаешь!

– Не вижу причины для твоего отъезда, – холодно сказал он.

– Нет, я должна уехать! – настаивала она. – И причина тебе известна.

– Ты намекаешь на то, что произошло прошлой ночью? Ты считаешь, что мы совершили ошибку? – не унимался он, наступая на Диану. – Или тебе стало стыдно за свой поступок?

– Мы говорим сейчас совсем не об этом, – смущенно пролепетала она, теряя способность мыслить здраво из-за того, что он стоит к ней слишком близко. – Дело совсем в другом.

– Ах, не об этом! Значит, ошибкой ты свой поступок не считаешь, очевидно, потому что думаешь, что совершила его из благородных побуждений. Прекрасно! Ты положила свою невинность на алтарь спасения моей жизни. Что ж, если так, тогда тем более ты должна остаться, чтобы на этот раз отдаться мне во спасение моей истерзанной души. А потом – разбитого сердца. Причин для жертв такого сорта можно найти множество.

В его голосе улавливались насмешливые нотки, но глаза излучали тепло и ласку. Это окончательно сбило Диану с толку.

Она не знала, что ответить. Очевидно, именно так и сбивает людей с праведного пути дьявол-искуситель, используя их добрые намерения в своих сатанинских целях.

– Когда тебе пришла в голову идея покинуть мой дом? – продолжал расспрашивать ее Дэниел. – Этой ночью? Следует ли мне расценивать твой приход в мою спальню как финал нашей дружбы? Своеобразный прощальный жест?

В голове у Дианы все окончательно перемешалось, а сердце, казалось, было готово лопнуть. Ей живо представились пикантные сцены событий минувшей ночи, его поцелуи и ласки, пронзительная боль, последовавшее за ней облегчение, приятные ощущения, забытье, томительное молчание после соития и все остальное. Дыхание ее внезапно стало прерывистым и учащенным, перед глазами все помутилось...