Аманда Скотт - Опасные иллюзии

Да, — ответила Дейнтри.

Опасный блеск в глазах Джеффри-свидетельствовал о гневе, не нашедшем выхода. Крайне недовольный вторжением горничной, он был вынужден играть роль заботливого родственника, чтобы ненароком не выдать себя. Но мнению Дейнтри, поянление Хильды вряд ли можно отнести к числу случайностей. Значит, леди Катарина точно шала, где искать Сикорта. Словно в подтвержде-иие этому горничная сказала:

— О сэр, я совсем забыла — в комнате леди Катарины так ужасно стучит окно, что она не мо-уснуть. Мадам попросила меня найти кого-нибудь, кто починит это. Но в такой час…

— Я сам справлюсь. Спокойной ночи.

После его ухода Дейнтри облегченно вздохнула, а Хильда участливо спросила:

— Вам что-нибудь принести, мадам?

«Пистолет или очень большой нож», — подумала Дейнтри, но вслух сказала:

— Нет, спасибо. Где ты будешь спать?

— В соседней комнате есть кушетка. Я прилягу там, а дверь оставлю открытой.

— Хорошо.

Горничная ни словом не обмолвилась о присутствии в спальне в столь поздний час хозяина д«ма. Дейнтри тоже решила не касаться этой щекотливой темы. Она не имела понятия, насколько хорошо Хильда знакома с привычками Сикорта и почему Катарина прислала ее сюда. Мысленно поблагодарив Бога за неожиданное спасение от рук неогодяя, Дейитри попыталась уснуть.

Однако ей это так и не удалось. Она до самого рас света лежала с открытыми глазами, потом подошла к окну и, распахнув его, впустила в комнату свежий морской воздух. Над проливом величественно плыли облака. Ничего не напоминало о ичеряшнем ужасном шторме.

Убедившись, что Хильда уже ушла, Дейнтри принялась одеваться самостоятельно. Ей не хотелось спускаться к завтраку, но Сюзан наверняка пошлет кого-нибудь за ней или придет сама, а Дейнтри не могла признаться сестре в случившемся.

Теперь, при свете дня, было трудно поделиться с кем-то мыслями о ночном кошмаре. Даже если Хильда доложит о присутствии Сикорта в ее спальне, тот непременно сумеет вывернуться, объяснив это тем, что Дейнтри, якобы, приснился кошмар. Впрочем, она сама ни за что бы не рассказала о событиях этой ужасной ночи.

Сикорта в гостиной не оказалось. За столом восседали лишь леди Сюзан и леди Катарина. Обе приветствовали ее совершенно нормально. Так как Катарина ни словом не обмолвилась о том, что ей пришлось ночью послать Хильду, Дейнтри тоже хранила молчание. Она не хотела доставлять сестре новых проблем, а кузина Джеффри была не тем человеком, которому можно довериться. Дейнтри даже не знала, Катарина ли послала горничную или та явилась по собственной инициативе.

Не секрет, что слуги зачастую знали больше хозяев о происходящем в доме. То, что Хильда ушла до восхода солнца, могло означать, что хозяйка действительно послала ее найти кого-нибудь, кто отремонтирует окно, и не представляла, где она провела ночь.

После завтрака Дейнтри послала за Чарли. Попрощавшись с леди Сюзан и леди Катариной, они направились в конюшню. Уже во дворе до них донесся хрип лошади, заглушенный двумя выст-релами.

Дейнтри вздрогнула, а Чарли, побледнев, сначала остановилась как вкопанная, а потом, придя в себя, бросилась в конюшню. Дейнтри помчалась следом за племянницей, мысленно представляя картину разыгравшейся трагедии. Сквозь слезы она увидела, как девочка, распахнув двери стойла, обнимает шею своего жеребца, а тот тычется губами ей в лоб, выпрашивая сахар или морковь.

— О Виктор, я думала, это ты1 — всхлипывала Чарли.

Над перегородкой показалась серебристая голова Облака. Конь тихо заржал, приветствуя хозяйку.

— Извините за беспокойство, миледи, — проговорил Клемонс. — Один из жеребцов сэра Джеффри испугался грозы и сломал ногу. Пришлось ого пристрелить.

— Ты ни в чем не виноват, — вся дрожа пробормотала Дейнтри. — Если наши лошади уже осед — Услышав несколько секунд назад выстрелы, «на сразу вспомнила гневные слова Сикорта об обученных разным трюкам лошадях и не сомневалась, что этот негодяй способен отомстить даже ребенку.

К счастью, Сикорта нигде не было видно. Впрочем, Дейнтри и не интересовалась им, не представляя, как теперь вести себя с мужем Сюзан.

Выехав со двора, они направились к горной тропинке. Чарли молчала, чем немало удивила Дейнтри.

— О чем ты думаешь? — поинтересовалась она.

— Я думала… думала, что это Виктор, — наконец проговорила девочка. — Вы знаете, он боится грозы и…

— Да, да, знаю, — поспешно перебила ее Дейнтри.

— Почему в одних домах уютно, а других — нет? — всхлипнула Чарли. — Я имею в виду вовсе не мебель.

— Полагаю, речь идет о живущих там людях?

— Дядя Джеффри ужасен, — заявила племянница.

Дейнтри полностью разделяла ее мнение, но, решив не углубляться в этот вопрос»лишь пожала плечами.

— Вчера ты вела себя неправильно, и сэр Джеффри имел полное право возмутиться твоим поведением.

— Знаю, но неужели ему всегда хочется ударить того, на кого он сердится?

— Это свойственно некоторым мужчинам.

Чарли снова замолчала, а Дейнтри не стала продолжать неприятный разговор. Постепенно яркое солнце и свежий морской ветер принесли ей облегчение, помогли притупить боль от случившегося. Словно уловив перемену в настроении хозяйки, Облако вскинул серебристую голову и начал пританцовывать, явно желая пуститься вскачь.

— Ну что, позволим им порезвиться? Облаку уже просто невмоготу.

Дальнейшее путешествие прошло без приключений, однако у Дейнтри пропала всякая охота посещать Сикорт-Хэд. Чарли тоже больше не заговаривала об этом. Они обе понимали: теперь, когда Сикорт узнал, каким образом удалось убежать его жене и дочери, им с Шарлоттой лучше было не показываться ему на глаза. Кроме того, близились рождественские праздники, да и зима не располагала к прогулкам верхом.

Давина и Чарльз вернулись из Труро злые, расстроенные, едва разговаривая друг с другом. Дейитри удалось выяснить, что Деверилл также находился в числе приглашенных, а затем вместе с отцом уехал из Корнуолла в Глочестершир. Она искренне пожалела, что променяла веселый бал но поездку в Сикорт-Хэд, закончившуюся так трагично.

Леди Сен-Меррин ожидала старшую дочь на праздники. Однако плохая погода позволила Сикорту оставить семью дома. Впрочем, Дейнтри ничуть не горевала по этому поводу. Зато в Таском-Парк прибыли другие гости — сэр Лайонелл :»рринг и лорд Овэнли. Узнав, что их уже пригласили встретить Новый год в аббатстве Жерво, леди Офелия воскликнула:

— Вы направляетесь прямо к врагу нашего ее мейства, Лайонелл!

Разговор происходил на следующий день после Рождества, после обеда, когда все собрались в гостиной.

Леди Сен-Меррин, выпрямившись, тихо заметила, что погода не подходит для путешествия.