Лаура Торн - Веление сердец

– Охотно, – ответила она. – Я готова отказаться от моей доли пирога на целый год.

Катрин рассмеялась так громко, что Маргарет испуганно высунула голову из двери кухни, чтобы посмотреть, что случилось.

– Да, кстати, как раз вчера меня научили, как самой испечь такой пирог.

На следующее утро в замок прибыли жонглеры.

– Эй, люди, хотите посмотреть наше представление?! – Маленький мальчик с темными локонами, большими карими глазами и кожей цвета шоколада торопливо поднялся по лестнице и прошел через портал в большой холл замка.

– Ты, карлик, остановись! Чего тебе надо?

Маргарет схватила мальчика за воротник и крепко держала его.

– Отпусти его, – попросила леди Элизабет и присела перед ребенком на корточки. – Что ты хочешь и кто ты?

– Меня зовут Сальваторе, я из жонглеров, которые ждут на улице. Когда я вырасту, я буду глотать огонь. Я хотел спросить, не хотели бы вы посмотреть наше представление?

Леди Элизабет погладила мальчика по волосам.

– Нет, мой мальчик, жаль, но нам сейчас нечего праздновать, но у нас есть горячая еда для тебя и твоей семьи, а также вы получите овес и воду для лошадей. Сколько вас там?

Маленький мальчик показал пять пальцев на одной руке и три на другой.

– Нас столько, – сказал он. – И еще я.

Леди Элизабет рассмеялась.

– Итак, девять. Я велю подать вам обед. Вы пришли как раз вовремя, наша кухарка только что сварила вкусный бобовый суп. Пойди позови других, чтобы они рассказали, что происходит в городе и стране.

Спустя совсем немного времени жонглеры сидели за большим деревянным столом на кухне и с удовольствием поедали хлеб и суп, только старший в их маленькой труппе сидел с леди Элизабет и Катрин в холле. А Джонатан не смог удержаться, чтобы не пробраться на кухню и не порадоваться забавным трюкам и фокусам, которые жонглеры показывали между делом, а один из фокусников вытащил у Маргарет яйцо из носа.

– Ну, – обратилась леди Элизабет к жонглеру Адамо. Он уже закончил есть и медленно потягивал портвейн. – Расскажите, что вы слышали по дороге. Скоро ли король вернется назад? Каково настроение? Мы живем вдали от города и узнаем все важные новости порой слишком поздно.

Она слегка рассмеялась и подняла свой стакан.

– Миледи, мы путешествуем, нас не беспокоит политика, потому что она не касается нас, тем не менее я охотно расскажу вам, что мы видели в городе Ноттингеме.

– Я слушаю.

– Вчера, незадолго до закрытия городских ворот, в Ноттингем прибыли два духовных лица. Они расположились на торговой площади, посреди мелких торговцев. Один из них, немолодой мужчина, несколько худой, поднялся на камень и начал говорить. Он говорил, но люди проходили мимо, не обращая на него ни малейшего внимания. Тогда на камень взобрался другой, значительно моложе, поднял руки и звонким голосом начал проповедовать. Он говорил о свете, который указывает людям верный путь, он говорил о том, что необходимо любить ближнего и уметь прощать, он сказал, что слово Божие может проповедовать каждый. Каждый, кто верит в Бога. О важности слова свидетельствуют не деньги, власть и богатство, а только глубокая чистая вера, которая несет свет людям. Новый Свет, так сказал он, стоит того, чтобы его построить. Новый Свет, в котором каждый будет другом другого и у всех, будут равные права. Не тратьте время на длинное прощание, оставьте мертвых погребать своих мертвецов и стройте будущее для живых собственными руками, так звучали его слова.

– Вы выучили его проповедь наизусть? – спросила леди Элизабет, когда Адамо закончил свою речь.

– Да, миледи, выучил. Его слова достигли наших сердец. Что-то из старого времени подходит к концу, но мы должны сосредоточиться на настоящем, чтобы можно было построить будущее. Мы поедем в Америку, как только проповедник Кассиан подаст нам сигнал для этого.

– Вы сказали Кассиан? Проповедника зовут Кассиан?

– Да, миледи, а его спутника зовут Джордж Фокс, и мы отправимся с ними в Америку. Совсем скоро мы поедем туда. Мы хотим, чтобы у нас была собственная земля, хотим жить в собственных домах и хотим, чтобы наши дети учились в школе.

– Этот проповедник все это вам пообещал?

– Да, миледи, сотня людей уже следует за ним. Он еще молод, и никто не знает его, но от него исходит такая сила, что похоже на то, что его устами говорит сам Господь.

В то время как леди Элизабет с широко раскрытыми от удивления глазами слушала рассказ Адамо, Катрин уже давно было ясно, что проповедником был не кто иной, как Кассиан Арден. Рассказ жонглера так хорошо сходился с тем, что говорил о нем Дэвид. Это был ее Кассиан, и он в Ноттингеме. У Катрин не осталось ни малейшего сомнения. Пока ее мать продолжала беседовать с Адамо, Катрин мысленно была с Кассианом и разговаривала с ним.

«Почему ты едешь в Америку? – спросила она любимого мысленно. – И почему ты стал духовным лицом? Ты больше не веришь в нашу любовь, в нашу клятву? Ах, Кассиан! Может быть, у нас еще будет возможность когда-нибудь стать счастливыми вместе. Если бы не надежда и мечты о будущем, я бы давно уже сдалась. Ты моя жизнь, мой свет, воздух, которым я дышу. Без тебя я не могу и не хочу жить. Почему ты оставляешь меня в беде?»

Она была настолько погружена в собственные мысли, что не заметила, как Адамо попрощался с ней. Очнулась она, когда он уже закрыл за собой дверь, и тут же обратилась к матери:

– Это Кассиан. Он стал проповедником. Дэвид рассказал мне об этом в ночь своего возвращения из Лондона. Пожалуйста, мама, позволь мне увидеть его еще один-единственный раз, один-единственный раз с ним поговорить до того, как он отправится в эту далекую Америку.

Леди Элизабет отрицательно покачала головой.

– Будет лучше, если ты забудешь его. Сомневаюсь, что он захочет увидеть тебя хотя бы один-единственный раз. Подумай о словах, с которыми он обращается к людям в своей проповеди, – «не теряйте время на прощание». Он порвал со всем, что было в его прошлой жизни, и он имеет полное право на это.

– Мама, для Кассиана может быть легко, не оглядываясь назад, начать новую жизнь, мне же это очень трудно. Я умру, если не смогу увидеть его еще один раз.

– Не преувеличивай, детка. Никто не умирает от невозможности кого-то увидеть, но я понимаю, что ты имеешь в виду. – Она задумчиво посмотрела в окно. Ее взгляд скользил по все еще нежно-зеленым лугам, потом она перевела его на дочь, взяла ее за руки и тихо сказала: – Поверь мне, Катрин, мне не хотелось бы причинять тебе лишнего горя. Кассиан принял решение о своем будущем, и ты знаешь свое. Судьба против того, чтобы вы были вместе, как бы тебе не трудно было в это поверить. Ты достаточно взрослая, чтобы понимать, что ты делаешь. Ты готова ради жизни и счастья своего маленького брата отказаться от своего собственного счастья. Ты приносишь большую жертву, Катрин. Поверь мне, твой отец и я знаем, какую высокую цену ты платишь за Джонатана, но поверь мне так же, что мы сделаем все, чтобы в конце ты все-таки обрела свое счастье. В последние дни ты стала более уравновешенной, более жизнерадостной, не играй покоем своей души, не причиняй себе лишней боли.