Барбара Смит - Всем сердцем

– Ты сделал все, что мог, – проговорила она. – Твоя сестра ушла туда, где нет боли. Она обрела вечный покой и вечную любовь. Не растравляй себя напрасными мыслями.

Дэвид отвернулся и судорожно вздохнул.

– Ты права. Я не должен был так сердиться.

Анна молчала, понимая, что ему нужно время, чтобы прийти в себя; голова её нещадно трещала, но эта физическая боль не шла ни в какое сравнение с теми душевными муками, которые испытывал Дэвид.

Она думала, что ее друг уже оправился от потери своей младшей сестры. В последние месяцы он редко упоминал о ней в разговорах, хоть и продолжал носить на ее могилу свежие лилии. Лорд Джошуа Кеньон разбередил старую рану. Вчера он явился в Грейстоун, чтобы принести Дэвиду и лорду Тимберлейку свои запоздалые соболезнования. Интересно, какую цель он преследовал? Может быть, ему просто хотелось позлорадствовать. Или он решил надеть, на себя маску доброго, благородного джентльмена.

Скорее всего, последнее. Он вернулся в Англию и пожелал занять прежнее высокое положение в обществе. Однако после того как бросил свою невесту, его репутация оказалась сильно подмочена, и ее не спасли ни дьявольское обаяние, ни героизм на поле брани. Чтобы обелить себя, Кеньону надо было показать, что он исправился.

Анна от души сочувствовала Дэвиду и жалела о том, что пошла на поводу, у мамы, разрешив лорду Джошуа остановиться, в их доме. Она должна была подумать о том, какую реакцию это вызовет у Дэвида.

Она приподнялась с подушек и сбросила ноги с кровати. Комната накренилась, словно каюта плывущего по морю корабля, Анна уперлась ладонями, в матрац и приготовилась встать. Дэвид шагнул ближе и испуганно уставился на свою подругу, как будто только что заметил, что она нездорова.

– Куда ты? Тебе надо лежать.

– Я должна поговорить с мамой… предостеречь ее насчет лорда Джошуа.

– Но у тебя такой вид, как будто ты вот-вот упадешь в обморок…

Перед глазами у Анны двоилось, желудок свело от нового приступа тошноты.

– Надеюсь… что не упаду.

– Я тоже на это надеюсь, – он заломил руки, – какой же я нечуткий! Все твержу о своих неприятностях, а ведь ты ранена… причем из-за меня.

– Я не жалею об этом.

– Глупая девчонка! – ласково сказал он, взяв с прикроватного столика чашку с чаем. – Выпей, это придаст тебе сил.

Он поднес чашку к ее губам, и Анна сделала глоток. Его заботливость не вызывала в ней того волнения, которое она испытывала в присутствии лорда Джошуа. Вот если бы Дэвид, дотронулся до нее, погладил по щеке, может быть, даже обнял и приложился своими красиво очерченными губами к ее губам… Она устыдилась собственных мыслей. За те пять лет, что они дружили (им было уютно друг с другом, хоть и несколько скучновато), Дэвид ни разу не позволил себе подобных вольностей. Он относился к Анне с уважением, как настоящий джентльмен. Не то, что лорд Джошуа.

– Пожалуй, я все-таки лягу. – Анна вновь опустилась на холодные подушки. В висках у нее стучало. – Ты не мог бы позвать маму?

Дэвид неуклюже похлопал ее по плечу.

– Конечно, сейчас позову. Прости, что излил тебе душу.

– Не стоит извиняться. Мне всегда приятно тебя слушать.

Из друзей получаются самые лучшие семейные пары. Взять, к примеру, ее родителей или ее женатых братьев. Как жаль, что Дэвид об этом не знает!

Прощаясь, он нагнул голову, и солнечный луч, пробившийся сквозь занавеску, позолотил его светлые кудри.

– До свидания. И, пожалуйста, остерегайся Кеньона. Он умеет втираться в доверие.

В памяти Анны мелькнуло суровое лицо лорда Джошуа с грубыми мужественными чертами.

– Не волнуйся, – твердо сказала она. – Ему не удастся меня очаровать.

Джошуа зашел в кухню раньше Пег. Ему пришлось нагнуть голову, чтобы не удариться о дверную раму. В просторной комнате с низким потолком сверкали висевшие на крючках медные котелки, и булькал чайник, стоявший на каминной полке. Солнечный свет проникал сюда через единственное окно с веселенькими желтыми занавесками и горшками с красной геранью. В центре помещения, на длинном деревянном столе, возле противней для пирогов и деревянной миски, до половины, наполненной ежевикой, лежало раскатанное тесто.

Харрингтон стоял у стола, черпал ягоды своими короткими пальцами и отправлял в рот.

– Ты поймал злоумышленника? – спросил Джошуа. Гарри поднял голову. Его щетинистый подбородок был испачкан темным соком.

– Нет. Парню удалось уйти, но…

– Вор! – завопила Пег. – Негодник! Я сама собирала эту ежевику!

Она схватила сковородку и бросилась на Харрингтона. Несмотря на больную ногу, Гарри быстро развернулся и угрожающе вскинул кулаки. На полголовы ниже Пег, он обошел ее кругом, как боксер на ринге.

– Если бы ты накормила меня завтраком, – проворчал Гарри, – мне не пришлось бы лопать ягоды.

– Я не прислуживаю врагам.

Она метнулась за ним, но он нырнул под стол и выскочил с другой стороны, фыркнув от радости, что сумел улизнуть.

– Сорока! Мне больше нравилось, когда ты изображала мужчину. Во всяком случае, тогда ты держала свой рот на замке.

– Дурья башка! Если бы ты держал свой рот на замке, я не осталась бы без ягод.

– Так тебе и надо! Не будешь морить меня голодом.

– Хорошо, сейчас я тебя накормлю!

Пег метнула в Харрингтона сковородку. Он пригнулся, и посудина улетела в раковину, по пути опрокинув гору кастрюль и издав при этом дикий грохот.

Джошуа с интересом наблюдал за состязанием, однако ему не терпелось узнать, что же выяснил Гарри.

Он отобрал у Пег миску с яйцами, которую пышнотелая горничная собиралась запустить в его лакея.

– К вашему сведению, миссис Невилл пригласила меня пожить здесь несколько дней.

– Пожить? – тупо повторила Пег.

– Здесь? – Не менее ошарашенный, Гарри опустил крышку от кастрюли, которую использовал в качестве щита. – А как же наш номер в гостинице?

– Ты заберешь оттуда наши вещи после того, как отчитаешься о своей поездке. – Обернувшись к Пег, Джошуа добавил: – Ваша госпожа ждет вас наверху.

Пег нехотя присела в реверансе.

– Да, милорд.

Она одарила Гарри гневным взглядом, потом схватила со стола миску с ягодами и поспешно вышла за дверь.

– Скатертью дорожка! – крикнул Гарри. – Чтоб твои пироги сгорели! – Подойдя к очагу, он налил в котелок горячей воды и бросил туда щепотку чайных листьев. – Сварливая баба! Она и понятия не имеет о том, как следует обращаться с мужчиной.

Джошуа присел на край стола.

– Когда будешь готов, расскажешь мне про таинственного стрелка, – бросил он.

Гарри смущенно поднял глаза.

– Я готов, капитан. Хоть рассказывать-то особо и нечего. Я погнался за этим типом. Мы въехали в город, но я потерял его в тумане возле Королевского павильона. [1]Наверное, он ушел переулками.