Ханна Хауэлл - Огонь гор

«При чем тут одежда? – думала Мойра. – С ним явно что-то не так». Внезапно она почувствовала, что руки Тэвига легли ей на плечи. А в следующее мгновение заметила, что он не отрывает взгляда от того места, где одеяло прикрывало грудь. И ей тотчас же вспомнились их страстные объятия в погребе. Да, Тэвиг желал ее, отчаянно желал – в этом не могло быть сомнений. И Мойра вдруг поняла, что тоже его желает, желает так же, как и тогда, когда их держали взаперти. «А правильно ли я себя веду, сохраняя невинность?» – подумала она неожиданно. И действительно, зачем ей хранить добродетельную чистоту, если она не собирается выходить замуж. С другой же стороны, она желала Тэвига и хотела познать всю полноту страсти, которую пробуждали в ней его ласки и поцелуи. Снова заглянув ему в глаза, она прошептала:

– Тэвиг, не сердись.

Она прикоснулась к густым волосам, заставив взглянуть на себя.

Тэвиг тихо выругался и отвернулся.

– Прости, милая, я просто не в духе. И не бойся, я не стану тебя тревожить. – Он тяжело вздохнул и принялся стаскивать сапоги. – Думаю, нам пора спать, – добавил он, стаскивая с себя рубаху.

– Но я подумала…

– Что ты подумала? Что я желаю тебя? Да, желаю. С того мгновения, как увидел впервые. А сейчас, глядя на тебя… Нет-нет, милая, не пугайся. Я же сказал, что не стану тебя тревожить. Так что ложись… и давай спать, – пробурчал Тэвиг, укладываясь на постель.

Мойра невольно улыбнулась, уловив ворчливые нотки в его голосе. Он старался сдерживать себя, хотя это было не так-то просто. Но как же дать ему понять, что сдерживаться уже не обязательно? Наверное, ей самой надо что-то предпринять, но что именно? Да и сумеет ли она? К тому же Тэвиг может плохо о ней подумать, если она будет вести себя слишком уж смело.

Сделав глубокий вдох, Мойра тихо проговорила:

– А может, тебе больше не стоит себя сдерживать?

Он резко приподнялся и посмотрел на нее в упор.

– Что ты сказала? Я не ослышался?..

Мойра почувствовала, что краснеет.

– Я сказала, что тебе не стоит себя сдерживать.

Он протянул к ней руки и начал расплетать ее толстую косу.

– Но имей в виду, дорогая, обратно пути не будет. Если мы станем любовниками, я не смогу вернуть тебе то, что заберу.

– Да, я знаю. Но я решила, что… – Мойра в смущении откашлялась. – Я хочу, чтобы это сделал именно ты.

Тэвиг молчал, и она спросила:

– Почему ты медлишь?

– Любимая, я просто не знаю… Не знаю, понимаешь ли ты, чего просишь. Я не хочу торопиться, потому что боюсь совершить ошибку.

«Как же убедить его в том, что я прекрасно все понимаю? – думала Мойра. – Ведь я уже все ему сказала… Что же еще надо сказать?» И тут инстинкт подсказал ей, что одних слов недостаточно – нужно действовать. Пораженная собственной дерзостью, Мойра медленно потянула за край одеяла, обнажая грудь.

Из горла Тэвига вырвался стон. Он смотрел на девушку, не в силах пошевелиться – словно окаменел. Мойра предлагала ему то, чего он так страстно желал. И все же главное – не торопиться, не совершить какую-нибудь ошибку.

– Тэвиг, что же ты? – Мойра прикоснулась к его плечу. – Чего ты боишься?

Он ласково ей улыбнулся и провел кончиком пальца по ее губам.

– Ах, милая, я опасаюсь сделать какой-нибудь неверный шаг. Боюсь, что не сумею доставить тебе удовольствие… и только все испорчу.

– Тэвиг, не думай так. Ведь я уже все тебе объяснила. – Мойра обняла его и крепко к нему прижалась. – И поверь, я прекрасно знаю, чего хочу. Так что тебе не нужно опасаться, что я потом пожалею… – Она улыбнулась и, снова покраснев, прошептала: – Я не стала бы об этом просить, если бы не знала, что мне понравится…

Тэвига пронзила дрожь желания. Подхватив девушку на руки, он тут же опустил ее на одеяло и прижался губами к ее губам. Обвивая руками его шею, Мойра отвечала на его поцелуи, и желание ее с каждым мгновением усиливалось. Она уже забыла обо всех своих страхах и теперь нисколько не сомневалась в том, что поступила правильно, сказав Тэвигу о своем желании. А еще она знала, что не станет сожалеть о случившемся. Десять долгих лет она не знала счастья, и вот теперь… Возможно, счастье с Тэвигом будет совсем недолгим, но все же оно будет, и это теперь самое главное, пусть даже потом ей придется столкнуться с последствиями своего нынешнего поведения. Да-да, что бы с ней потом ни случилось, она гораздо больше страдала бы, если бы отказала сейчас Тэвигу.

Тут Тэвиг вдруг откинул одеяло, прикрывавшее ее ниже талии, и пробормотал:

– Ах, милая, твоей красотой нельзя не восторгаться.

Он принялся стаскивать с себя остатки одежды, а Мойра смотрела на него как завороженная. Конечно, ей и прежде доводилось видеть обнаженных мужчин, так как люди сэра Бернарда скромностью не отличались, а полное уединение в его доме считалось непозволительной роскошью. Однако ни один из тех мужчин не мог сравниться с Тэвигом. Когда она смотрела на них, сердце ее не билось так неистово, как сейчас, и не перехватывало дыхание. Когда же Тэвиг лег с ней рядом, она тихонько застонала и прижалась к нему всем телом.

– Дорогая, ты такая красивая… – прошептал он, осыпая ее лицо нежными поцелуями.

– Ты тоже очень красивый. – Мойра провела ладонями по его плечам и по спине.

Внезапно он чуть отстранился и пробормотал:

– Еще не поздно остановиться, если хочешь. Она решительно покачала головой:

– Нет, не хочу останавливаться. Я действительно этого хочу, и я… хочу впервые за долгое время сделать то, что считаю нужным. Неужели это так плохо?

Тэвиг тихо рассмеялся.

– Нет, дорогая, не думаю. Полагаю, в этом нет ничего плохого. И знаешь… Я давно уже не юнец, но мне никогда еще не приходилось делить ложе с такой красавицей, как ты, Мойра Робертсон.

– Ты льстишь мне, сэр Макалпин, но такая лесть мне по душе.

Тэвиг снова ее поцеловал, и на сей раз его поцелуй был долгим и страстным. А потом он принялся осыпать поцелуями ее груди и легонько покусывать набухшие соски. Мойра же стонала все громче, и ей казалось, что она вот-вот сгорит, охваченная пламенем страсти.

Внезапно рука Тэвига скользнула меж ее ног, и пальцы коснулись завитков волос. Мойра невольно вздрогнула, Тэвиг, поцеловав ее в губы, прошептал:

– Не волнуйся, все будет хорошо. И не стыдись ничего. Не следует стыдиться того, что доставляет удовольствие. – Заглянув ей в глаза, он вдруг спросил: – Теперь ты понимаешь, что мы действительно предназначены друг для друга?

– Да, предназначены… Во всяком случае – сейчас, – прошептала она в ответ, обвивая ногами его бедра и стараясь прижаться к нему покрепче.

– Похоже, ты готова, моя милая красавица. Сейчас тебе будет немного больно, но боль скоро пройдет.