Колин Фолкнер - Любовь незнакомца

Монти снял шляпу и вежливо поклонился Мэг.

— Мадам, сегодня вы просто ослепительны! — произнес он шутливым тоном, но в его голосе слышалось искреннее восхищение.

Мэг протянула ему руку.

— Благодарю вас, сэр, вы тоже наилучшим образом подготовились к нашему совместному выходу в свет!

Они вышли из дома мамаши Гудвин, и пока Кинкейд с Монти дожидались свободного экипажа, Мэг стояла на тротуаре и с наслаждением вдыхала чистый морозный воздух, к которому примешивались запахи только что испеченного хлеба из булочной и аромат душистого банного мыла, витавший над расположенной рядом прачечной. Эти простые повседневные запахи значили для Мэг свободу и надежду на новую жизнь!

Наконец экипаж подъехал, Кинкейд и Монти помогли Мэг взобраться в него и сели сами.

— Куда вы собираетесь меня отвезти? — Мэг окинула радостным взглядом обоих друзей.

— Сначала мы заглянем в «Рыбу и кость», что на Друри-Лейн рядом с королевским театром, а потом, если захочешь, отправимся туда смотреть «Клеопатру», — объяснил Кинкейд. — Как тебе наша программа?

— Прекрасно! — Мэг улыбнулась ему.

Кинкейд в своем белом парике выглядел так странно и непривычно, что Мэг, встретив его на улице, ни за что не узнала бы.

— В какой роли мы будем сегодня выступать? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — недоуменно спросил Кинкейд.

— Не притворяйся, что не понимаешь! — Она шутливо погрозила ему пальцем. — Ты не выглядишь капитаном Скарлетом, останавливающим кареты на пустынных дорогах. И твой друг, — Мэг перевела взгляд на Монти, — тоже смотрится благородным джентльменом!

На Монти была зеленая бархатная накидка, из-под которой выглядывал розовый жилет, ядовито-зеленого цвета панталоны и розовые чулки. У белого парика — красновато-фиолетовый оттенок, а шляпу украшало птичье перо малинового цвета.

— Разве это Монти? — продолжала веселиться Мэг. — Это Монтегю Керн — известный при королевском дворе джентльмен, славящийся своим безупречным вкусом!

Монти довольно засмеялся, не уловив иронию в словах Мэг. Кинкейд едва сдерживал улыбку.

— Что ж, если мы сумели так хорошо перевоплотиться в джентльменов, то и сыграем их роли. Меня, например, многие знают как Джеймса Кинкейда — отвергнутого сына одного из виконтов. Когда-то он учился на адвоката, но несправедливая, разорительная для страны политика Кромвеля заставила его на время покинуть Англию и бежать за границу.

— Его папаша был рад избавиться от строптивого сынка, — добавил Монти.

Кинкейд нахмурился, но Монти, притворившись, что не замечает его недовольства, продолжил:

— Джеймс плавал по морю, грабя нагруженные сокровищами корабли Парламента, а я несколько лет служил в испанской армии, воюющей против Франции и Англии. Когда наш король возвратился на трон, мы с Джеймсом тоже последовали за ним домой, в Англию.

Мэг внимательно выслушала Монти и, повернув голову к Кинкейду, спросила:

— Это правда?

Он шутливо улыбнулся.

— Частично — правда, а частично — выдумка Монти.

— А ты знаешь, Мэг, где мы познакомились с Кинкейдом? — увлеченно продолжал Монти. — Во Франции, в публичном доме, прошу прощения за упоминание о таком неприличном заведении!

Мэг от души рассмеялась.

— О каких обидах ты говоришь, Монти? — воскликнула она. — Не забывай, что я сейчас тоже живу в публичном доме! И виноваты в этом вы с Кинкейдом.

Монти восторженно взглянул на Мэг. Она заметила, что он часто поглядывает на нее не как на друга, а как на желанную женщину.

— Кстати, а знаешь, где именно мы встретились? — продолжал Монти. — В постели одной прелестной дамочки!

— Как? Вы… — Мэг уставилась на Кинкейда.

Она слышала о различных плотских утехах, но представить себе Кинкейда, занимавшегося любовью втроем, не могла.

Он ласково похлопал ее по руке и засмеялся.

— Не слушай ты этого болтуна, дорогая! — воскликнул он. — Все было совсем не так. Мы не делили красотку, потому что я был мертвецки пьян и даже не мог пошевелить рукой, уж не говоря обо всем прочем…

— Когда Кинкейд немного проспался, я оттащил его к себе домой, ведь ему негде было жить! — уточнил Монти.

— И с тех пор вы не расстаетесь? — спросила Мэг.

Монти и Кинкейд одновременно кивнули и подмигнули друг другу.

— Да, в хорошенькую компанию я попала! — притворно вздохнула Мэг. — Грабители, воры, мошенники, азартные игроки…

Кинкейд дотронулся рукой до ее подбородка и поцеловал в губы.

— Разве тебе плохо со мной, любимая?

Мэг лишь улыбнулась.

— Людскую судьбу определяют звезды, — с важным видом изрек Монти. — Если бы вы советовались с астрологами, как это делают образованные дамы и джентльмены, то знали бы, что означает ваша встреча — случайное совпадение или знак судьбы.

Кинкейд усмехнулся. Ему уже давно надоело выслушивать подобные указания, но астрология была в моде, и многие люди, подобно Монти, увлекались ею и безоговорочно верили в предсказания.

Экипаж остановился, Мэг опустила на лицо вуаль, и Кинкейд помог ей спуститься на мостовую.

— Ты знаешь, я немного волнуюсь, — шепотом призналась она.

— Перестань! Ни о чем не думай! — ободрил он ее. — Сейчас мы заглянем в таверну, хозяйка нас вкусно накормит, предложит вина, а потом мы поиграем в карты. Не переживай, сердце мое, просто ты отвыкла бывать на людях!

Мэг в нерешительности остановилась на пороге таверны.

— Ты уверен, что нас не схватят? — тихо спросила она.

— Здесь мы в абсолютной безопасности! — заверил ее Кинкейд. — А теперь заходи.

Хозяйка таверны «Рыба и кость» миссис Ниман радостно приветствовала их, и через минуту Мэг, Кинкейд и Монти расположились за уютным столом в дальнем углу зала. Ожидая ужина, они выпили вина, и Кинкейд уговорил Мэг поднять вуаль.

— Здесь тебя никто не знает, — успокоил он.

Хозяйка таверны приготовила для дорогих гостей восхитительный ужин. Она подала им жареную птицу, постную свинину, свежий ржаной хлеб с маслом, тушеную репу с луком, а на десерт — засахаренные фрукты и марципаны.

Они пили вино, разговаривали и весело смеялись. Когда с ужином было покончено, два молодых парня, очевидно, знакомые Кинкейда и Монти, подсели к ним за стол и предложили сыграть в карты. Мэг отказалась от партии ломбера, эта карточная игра ее не интересовала, и стала молча наблюдать за игроками.

Глядя на Кинкейда, она понимала, что чем дольше живет с ним, тем ей будет труднее расстаться. Мэг не придавала значения его предложению руки и сердца, но его идея покинуть Англию и уехать в дальние края, где их никто не знает, нравилась ей все больше. А почему, собственно, она не может поехать вместе с Кинкейдом в американские колонии и начать там новую жизнь?