Шеннон Дрейк - Шотландский лев

– Уж не хочешь ли ты сказать, что Элизабет Дуглас посмотрит сквозь пальцы на то, что у тебя появится ребенок от любовницы?

– Дело сделано. Возражать теперь поздно.

– Дело сделано, но это только в твоем воображении, – заявила Кристина.

– Зачем ей было возражать? Ты намерена вернуться к своим людям. А я… если вздумаю когда-нибудь снова жениться, то, как ты сама говоришь, Элизабет Дуглас будет для меня самой подходящей партией.

– С тобой невозможно разговаривать! – возмутилась Кристина. – Разумеется, ты женишься на ком пожелаешь. Элизабет – привлекательная женщина и из такой уважаемой семьи. У нее даже зубы великолепные! Совет вам да любовь… только, умоляю, перестань мучить меня.

– Я тебя мучаю? Потому что я правдиво описывал ситуацию? Скажи, Кристина, если бы я сказал тебе, что король считает, что нет необходимости обменивать тебя, как бы ты на это отреагировала? Можешь не отвечать. Ты пришла бы в ужас. Гори все синим пламенем, но тебя должны обменять! Ведь ты единственное спасение для своего брата!

Кристина так стиснула кулаки, что ногти врезались в ладони.

– Что плохого в том, что отчаянно борешься за спасение жизни родного брата, который пожертвовал ради тебя свободой?

– Почему ты считаешь брата таким слабаком, Кристина? Почему сомневаешься в его способностях?

– Я не сомневаюсь в его способностях! Я просто знаю его обстоятельства. Уильям Уоллес был одним из самых могущественных людей, которые когда-либо брались за меч, чтобы сплотить народ, – а что в конечном счете с ним сделали палачи? Я не шотландка, хотя многое видела своими глазами и искренне сочувствовала твоему народу, на долю которого выпали такие ужасные страдания. Я англичанка и знаю также, что среди англичан есть достойные, честные, талантливые и умные люди. И среди англичанок тоже. И я не могу ненавидеть весь народ.

– Никто не говорит о ненависти ко всем англичанам или об отвращении ко всему английскому.

– Англичане все у вас отобрали. Возможно, вы проявляете мудрость и не показываете этого, но вы не можете не испытывать отвращения к англичанам как к народу.

– Иногда, – признался Джейми.

Кристина вдруг почувствовала сильную усталость и отвернулась.

Мгновение спустя она ощутила на своих плечах руки Джейми. Он погладил ее с необычайной нежностью.

– Пойдем в постель, Кристина.

Она повернулась к нему и решительно покачала головой:

– Нет. И запомни: если ты сегодня прикоснешься ко мне, это будет считаться насилием.

– Ладно, – Джейми улыбнулся, – предположим, ты принесла себя в жертву, чтобы спасти прекрасную Лорен от мужской похоти. Правда, это было довольно забавно, потому что она никогда не подвергалась опасности. Это тебе не приходило в голову? А теперь, когда здесь появилась Элизабет, я, по-твоему, совсем спятил… Если помнишь, было время, когда ты не была столь уверена в своей абсолютной привлекательности. Тебе ничто не угрожает в постели, Кристина. Не так уж ты соблазнительна, чтобы было невозможно просто уснуть рядом с тобой.

Трудно было сказать, что хуже: бороться ли с собственным желанием, находясь рядом с ним, или чувствовать себя отвергнутой.

– Признаюсь, что нынче вечером в зале я наслаждался беззаботным времяпрепровождением и, возможно, большим, чем нужно, количеством эля. Но нам редко выпадает возможность отдохнуть и расслабиться, потому что, как ты сама изволила заметить, осталось еще много крепостей, которые предстоит взять приступом, много замков, которые можно подвергнуть разграблению, и тому подобное. Мне нужно немного поспать.

Наклонив набок голову, Кристина отчеканила:

– Этажом ниже, сэр Джеймс, у вас есть собственная превосходная спальня.

– Видишь ли, я еще не решил окончательно, могу ли я тебе доверять.

– Наверняка вы все давно решили, сэр Джеймс, и ничуть мне не доверяете.

– Но ведь ты не нарушишь клятву? Ты поклялась жизнью своего брата.

– Видит Бог, мой брат может умереть в любую минуту.

– Но он все еще жив. Пока. Идем, Кристина. Я говорю серьезно: мне нужно немного поспать.

По его тону было понятно, что он не шутит, что продолжать с ним спорить бесполезно. Кристина забралась под одеяло в самом дальнем углу кровати, где и была намерена остаться.

Джейми улегся рядом, тоже строго соблюдая дистанцию. Она напряженно застыла, наблюдая за каждым его движением и убеждая себя, что злится вовсе не от ревности, а потому, что Элизабет отдали ее лошадь, тогда как ей самой здесь все помыкают и указывают, что она должна, а что не должна делать.

Прошло довольно много времени, а Кристина все еще лежала без сна. Не спал и Джейми.

– Вполне возможно, что Стивен бежал из Тизл-он-Даунза, – сказал он тихо. От неожиданности Кристина вздрогнула. – Правда это или нет, я не знаю. Я даже не хотел говорить тебе об этом, чтобы не давать напрасной надежды. Однако, насколько мне известно, твой брат умный и предприимчивый человек… так что такую возможность нельзя исключить.

Услышав такую новость, Кристина пришла в сильное волнение. Дрожа всем телом, она лежала, глядя на потолок. По щекам ее текли безутешные слезы. Мгновение спустя она почувствовала, как Джейми прикасается к ее щеке кончиками пальцев. Он тихо вздохнул и придвинул Кристину к себе.

– Стивен все еще в опасности, – сказала она. – Возможно, даже в еще большей опасности… если король Эдуард его схватит.

– Я думаю, что, оказавшись на свободе, он направится к северу.

– В Шотландии еще много английских войск.

– Положись на своего брата, Кристина.

– Я пытаюсь, – пробормотала она.

Почувствовав то ли облегчение, то ли надежду, то ли еще больший страх, Кристина положила голову Джейми на грудь. Ее пальцы скользнули по его телу.

– Побойся Бога, Кристина! – воскликнул Джейми. – Я изо всех сил стараюсь не сделать ничего такого, что напоминало бы насилие. Будь добра, постарайся и ты делать то же самое.

Она быстро отдернула руку и отодвинулась в дальний угол кровати. Но лежать спокойно уже не могла. Снова повернувшись к Джсйми, она почувствовала, что его плоть так бурно отреагировала на ее прикосновение, что ему едва ли удастся долго изображать равнодушие, лежа рядом с ней.

Он приподнялся на локте и сказал:

– Если таким способом ты намерена отблагодарить меня за информацию, то не надо этого делать. Я даже не знаю, верна ли она. И не надо меня задабривать, благодарить и обманывать. Я не хочу принуждать тебя. Ни сейчас, ни потом. Но я всего лишь слабый человек. Так что выбирай: либо ты держишься от меня на почтительном расстоянии и лежишь спокойно, либо отдаешься мне, но только по собственному желанию. Ну, что скажешь, Кристина?

Она вздохнула. Видно, на роду ей написано хотеть его. И ничего с этим не поделаешь.