Альма Либрем - Ректор поневоле [СИ]

— Наслышан о вас, в таком случае. Мне кажется, вы уже работали с маркизом? — он воззрился на Альберто. — Простите, вылетела с первого курса? — он повернулся к профессору Биурману. — Вы уверены? Насколько мне известно, госпожа Крессман давно уже работает в профессиональной сфере по своей специальности.

— Действительно, у меня было определённое желание принять участие в процессе обучения здесь. Это, впрочем, тоже было связано с моей профессиональной сферой, — Нерисса скосила глаза на профессора Биурмана, и этого, очевидно, было достаточно, чтобы ярко улыбавшийся ей мужчина, не соизволивший представиться, перестал выражаться так громко. — Но я могу предъявить профессорам свой диплом, чтобы они удостоверились в моей компетентности в моей сфере. Но стоит ли обсуждать это?

Представитель комиссии улыбнулся и кивнул своим спутникам, чтобы они подошли немного ближе. Профессоры надулись, как те сычи, Ларстайн даже пнул ни в чём не повинное дерево ногой.

— Что это за отвратительная вещь?! — воскликнул он визгливым голосом. — Почему оно растёт здесь?

— Господин проректор, — Альберто отстранился от Нериссы. — Не стоит трогать дерево.

Оно не осталось равнодушным, а попыталось выдернуть из земли корень. Мостовая вокруг немного вздулась, но на это, разумеется, никто не соизволил обратить внимание.

Председатель комиссии, до сих пор не соизволивший представиться, наконец-то обратил внимание на что-нибудь помимо Нериссы, и уже за это следовало благодарить проректоров. В конце концов, Крессман были знакомы эти взгляды. Каждый потенциальный жених обычно окидывал её вот таким сальным взглядом, иногда даже облизывался, а потом начинал петь сладким голосом песни о том, как уважает её отца и как рад с нею познакомиться, насколько сражён невероятной красотой…

Девушка вздохнула и попятилась назад, ударившись спиной о грудь ди Руаза. Тот, заметив, как зашевелилось дерево, осторожно отодвинул Нериссу в сторону и заступил её собой.

Интересно, а этот проверяющий вытолкнул бы её вперёд, скрываясь от опасности, или просто остался бы стоять рядом? Второе ещё следовало считать джентльменским порывом.

— Какое любопытное дерево, — тем временем протянул мужчина, осматривая громадный дуб. Постучал осторожно.

Ветви опасно зашевелились. Михаэль, закованный вверху, недовольно фыркнул. Рот его всё так же был зажат проворным листком.

Альберто опять призвал заклинание, предчувствуя опасность.

— Но оно действительно посажено очень неуместно. Посреди дороги. Мне кажется, куда-то сюда ведут и координаты телепортации. Ну, вы знаете, стандартной для академии, — проверяющий повернулся к Альберто. Настроен он был довольно положительно, вероятно, благодаря высокому происхождению ди Руаза. — Вероятно, вы ещё не успели этим заняться, но лесополосу надо бы подчистить. И неплохо б начать с этого дерева. Оно мешает! Отец госпожи Крессман как раз может поднять вопрос о магической вырубке леса. Он слишком плотно к академии!

Рассуждения, которые вёл мужчина, Нериссе не понравились. Во-первых, он нагло упомянул её отца, словно намекал на будущее сотрудничество — а ей не нужен был такой горе-жених. А во-вторых…

Не то чтобы Крессман нравилось это дерево, но она считала, что старших надо уважать. Дерево тоже придерживалось такого мнения. Именно потому оно наконец-то вынуло корни из земли и занесло их над проверяющим.

— Господин!.. — Ларстайн и Биурман синхронно сделали шаг вперёд. — Возможно, вам стоит…

— Из этого дерева получится отличный спальный гарнитур! — вдруг сообщил мужчина. — Даже не один. Для вас, господин ректор, для вашего прекрасного секретаря, ну, и для меня, как для автора идей…

— Этого дуба хватит только на два, — заметила какая-то девушка из комиссии, — спальных гарнитура.

— А мы с госпожой Крессман наши, может быть, совместим? — полюбопытствовал тот. — А из оставшейся древесины сделаем…

Дерево не выдержало. Дубовые веточки сложили прелестную фигуру и подсунули её прямо под нос председателю комиссии.

— Что это? — удивился тот.

— Это? — переспросил Альберто. — Если меня не подводит зрение, фига.

— Ага, — подтвердило дерево утробным голосом — вероятно, Михаэль говорил за него. — Именно фига.

А потом корень оплёл чужую шею.

Нерисса предположила, что председатель комиссии попытался закричать. То, что он сдавленно захрипел, уже не имело особого значения. Дерево, отшвырнув в сторону Михаэля, как наскучившую игрушку, вытащило щупальца-корни из земли и зашевелило ими так активно, что громкий визг издали уже Ларстайн и Биурман.

— Спилить! — высвободившись из корней всего на полсекунды, завопил председатель комиссии. — Сжечь! Остановить!

Его подчинённые одновременно вскинули руки. Но они не были боевыми магами, так, обыкновенными колдунами, опытными, да, но не особенно могущественными. И эти люди уж точно не имели возможности часто практиковаться, потому что при виде реальной угрозы задрожали, как листва на ветру. Заклинание, использованное комиссией, тоже было ох как далеко от идеала, и Нерисса здраво предполагала, что оно окажется ещё и совершенно бессмысленным в итоге. Успеха точно не будет.

И вправду, силовая волна не навредила дереву. Корни и ветви смяли магию, впитали её в себя, а пленника сжали ещё крепче. Теперь древесные конечности тянулись и ко всем остальным, хватали их, не разбирая, то за ноги, то за руки, тащили вверх, душили, давили…

— Остановитесь! — Ларстайн бросился к дереву.

— Сожгу! — вторил ему Биурман, улепётывая в противоположную сторону. — На помощь!

Ни безрассудная смелость первого, ни трусость второго не помогли. Дерево, пробудившее остатки собственной мощи, расправило оставшиеся ветви, окончательно выбралось из земли и теперь возвышалось над магами, увешенное комиссией, как новогодняя ель — игрушками.

Ларстайн и Биурман тоже очень скоро оказались в его плену. Их расположение было легко опознать по тихому повизгиванию, писку, доносившемуся то с одной, то с другой стороны разлапистой кроны.

Альберто следовало стоять в стороне, но он, кажется, прекрасно понимал, чем его равнодушие закончится для несчастных. Дерево было готово четвертовать их, не вникая в сущность проблемы.

— Бежим отсюда! — Михаэль подбежал к Нериссе. — Пойдём. На подмогу позовём… Ты ему ничем не поможешь!

У ди Руаза особенно опасно светились глаза. Он плотно сжал губы и сосредоточенно смотрел на корни, призывая к стихийной магии, которой владел, мягко говоря, не слишком хорошо.

— Отстань! — отмахнулась от Михаэля Нерисса. — Если ему кто поможет, так это я.

— Да ведь ты даже первый семестр проучиться не смогла! — фыркнул студент, не сдержав презрение в голосе.