Кэндис Робинсон - Тин

Несмотря на желание выхватить зеркало, Дороти осторожно приняла его в свои руки и понесла к лицу. По мере того, как она рассматривала себя, её руки дрожали сильнее. Кончики ушей, действительно заострились, глаза стали больше, а скулы выше. Она спокойно положила зеркало на стол. Она больше не хотела смотреть на себя.

— Не могли бы вы подсказать, как мне добраться до Глинды? — она сделала ещё один глоток травяного чая, напиток немного расплескалась, потому что её руки дрожали.

— Отсюда пешком несколько дней пути, рядом с подножием гор, на самой окраине Юга, — он замолчал с мрачным выражением лица. — Однако я не советую тебе идти туда. Глинда — великий лидер, но Ленгвидер становится все сильнее.

— Мне все равно нужно идти. Глинда мой друг, — она должна была предупредить её, что Тин и Лион предатели.

— Позволь мне, хотя бы накормить тебя, — и прежде чем она успела, что-то ответить, он поставил перед ней тарелку с мясным пирогом. Её желудок заурчал, когда она посмотрела на румяную корочку. Чтобы не произошло на дороге с Лионом, это отняло так много сил, что она набросилась на еду, как голодный зверь.

— Спасибо… Я прощу прощения, я ведь даже не спросила вашего имени.

— Тигуэ, — он улыбнулся. — Всё это время я думал, что Глинда победит Ленгвидер, но, возможно, ей просто нужна твоя помощь.

Дороти нашла в себе силы улыбнуться. Она вспомнила, что фейри никогда не называют своего полного имени, чтобы не потерять контроль над собой. Несмотря на то, что он произнёс её полное имя, она ничего не почувствовала. Она не была фейри. Это было невозможно. Значит эти изменения в ней временные.

Закончив с обедом, Тигуэ вывел Дороти на улицу и указал дорогу в сторону гряды высоких гор.

— Береги себя, Дороти Гейл.

Будучи осторожной, Дороти держалась вдоль дороги из жёлтого кирпича, пробираясь по лесу. Если она осталась бы на дороге, то стала бы лёгкой мишенью. Она не знала, ищет её Лион или же трусливо убежит к Ленгвидер.

Ярко-красные яблоки гроздьями свисали с деревьев. Несмотря на то, что она недавно ела, плоды были просто восхитительны и манили попробовать.

На развилке она услышала голоса, поэтому спряталась за широкий ствол дерева, густо покрытого мхом. Она осторожно выглянула из-за угла, голоса стали ближе — мужские. Двое. Возможно Лион позвал кого-то на помощь? Вытянув голову, она прислушивалась. Но голоса ни одного из них не принадлежали Лиону.

Когда из-за поворота показалось две фигуры в плащах, она сразу узнала одну из них. Она узнала его широкие плечи, уверенную походку и сверкающий на солнце металл из-под капюшона. Тин. Её предательское сердце забилось быстрее при его виде, хотя и знало, что он тот, кто предал его. Она едва не в крикнула в удивлении, когда посмотрела на его спутника. Она узнала маску с клювом, колыхание плаща, перья, вплетенные в чёрные волосы, верёвки, свисающие на обнаженную грудь. Кроу. Тин был с Кроу.

Означало ли, что Кроу помогает Тину и Лиону, или же Тин просто обманывает и его.

Дороти барабанила подушечками пальцев по мху, раздумывая, стоило ли ей подать сигнал о своём присутствии, или же дать им пройти мимо.

— Ты умрёшь, когда мы найдём Дороти, — негодовал Кроу. — Не могу поверить, что ты мог согласиться сделать с ней такое.

Услышав эти слова, она вздохнула с облегчением, он был на её стороне. Её внимание вернулось к Тин, у и Дороти была зла на него, потому что он нравился ей, действительно нравился. Она чувствовала к нему что-то, хотя это было бессмысленно из-за его каменного сердца. Но теперь она чувствовала только злость.

Выхватив мачете из-за спины, Дороти вышла из укрытия и бросилась на Тина. Прежде чем он успел обернуться, она толкнула его в спину и прижала к дороге из жёлтого кирпича. Он быстро перекатился под ней и замер в удивлении. Дороти сидела на нем, приставив мачете к его горлу.

— Похоже, это ты потеряешь голову, не я, — выплюнула Дороти.

У Тина перехватило дыхание. Дороти? Этого не может быть. Она была такой… Такой другой… Фейри. Если раньше она была красива, то сейчас она поразительно великолепна. Из-за изменений фейри, она казалось, сияла. Даже её тело казалось другим, более гибким. Но как? Что случилось с ней?

Давление мачете вернуло Тина из размышлений, и он встретил надменный взгляд Дороти. Ненависть читалась в её глазах, отчего Тин безнадёжно обмяк под ней. Лион рассказал ей. Не было никаких сомнений, что она встретила его, он чувствовал его запах от неё. Но где он сейчас? Лезвие сильнее впилось в кожу, заставляя Тина подумать о собственной шкуре.

— Если тебе нужна моя голова, — прохрипел он. — Можешь взять её. Я не буду сопротивляться.

На лице Дороти мелькнуло замешательство.

— Что?

— Это меньшее, чего я заслуживаю, — Тин приподнял подбородок, сдаваясь, подставляя горло к удару, когда удара не последовало, Тин сжал руку Дороти и сильнее нажал на лезвие. Струйка крови потекла по его коже. — Давай.

Дороти тяжело дыша, отскочила от него.

— Да что с тобой такое?

Тин медленно сел, чувствуя боль в теле и выдохнул. Черт. Печально известный Железный Дровосек боролся с Кроу, но сдался перед Дороти.

Дороти сделала три шага назад, затем посмотрела на Кроу.

— Он хотел убить меня, — оправдываясь, сказала Дороти. — Лион заплатил ему, чтобы он отвёл меня к Ленгвидер. Ей нужна моя голова.

Тот кивнул.

— Я недавно узнал.

Тин встал на колено.

— Я могу все объяснить.

— Объяснить? — закричала она. — Что тут объяснять? Ты собирался позволить отрубить мою голову! Мою голову, Тин! — она несколько раз постучала по своей голове. — Ты на самом деле такой бессердечный, как говорил.

Тину хотелось сказать ей, что у него есть сердце. Что оно теперь бьётся у него в груди. Но уже поздно. Он все испортил.

— Я не позволю Лиону забрать тебя. Поверь мне, — тихо сказал он.

— Поверить тебе? — Дороти рассмеялась. — Я была единственной, кто доверял тебе, теперь я понимаю, как это глупо.

Тин поднялся и двинулся к ней, но Кроу встал между ними.

— Я говорил тебе, что она все решит. Если не она, то это — он взмахнул рукой и острые лезвия обнажились.

Глаза Дороти расширились.

— Это не твоё дело, Кроу. Ты что с ума сошёл? — её руки взлетели ко рту. — Ты… Твой мозг?

Кроу снял маску с лица.

— С моим мозгом все в порядке. На самом деле, я, так сказать, совершенствовал его все эти годы. Я решил, что иногда одна смерть, это лучше чем пацифизм, который может привести к сотням смертей.

— Но он не собирался убивать сотни, он хотел убить только меня, — как бы оправдывая Тина, сказала Дороти. — Только меня и того, кто помешает ему получить деньги.

Тин с трудом проглотил комок в горле, слыша её оправдания. Он не заслужил этого. Хотя он не собирался самолично убивать Дороти, ведь он должен был доставить её к Ленгвидер живой, но, тем не менее, её кровь была бы и на его руках.