Дженнифер Дэвис - Клетка судьбы (СИ)

Кердан рассмеялся.

— Я пытаюсь сказать, что ты можешь быть сильным лидером, не будучи при этом жестоким, как твой отец.

Они пару минут шли в тишине.

— Я лишь раз видела тебя с армией, — сказала Аллисса. — Помню, твои люди уважали тебя. Ты не относился к ним, как к тем, кто ниже. Они были твоими товарищами, и я ощущала их верность тебе.

— Я не думал об этом. Я полагал, что остальная часть армии не послушается, пока я не буду править железным кулаком.

— Может, сначала придется быть строгим. Но тебе не нужно быть твоим отцом. Даже не начинай, — он не сказал, что она не знала, о чем говорила, что она никогда не вела армию, и что она была лишь женщиной. Он обдумывал ее слова. Что-то в ней дрогнуло, словно открылась дверь, за которой были варианты. Будущее, которое она не смела представлять, полное надежды. — Тебе нужно поговорить с моим отцом, — добавила она. — После казни императора Хамена он получил жестокую армию Империона и сделал ее такой, какая она теперь. На это ушли годы, но он это сделал, и я уверена, что он может дать ценный совет.

— Я не подумал спросить совета у твоего отца. Не уверен, что он его мне даст.

— Даст. Поженимся мы или нет, но будет рад тебе помочь, — она шагала дальше, думая о ролях, которые Кердану придется играть, когда он станет королем. Ей было сложно представить его в Империоне. Жизнь при дворе задушит его. Но она не могла представить себя в Кловеке. Там было слишком много воспоминаний. Рассек был жестоким и неприветливым. Но как об этом поговорить?

Словно зная, о чем она думала, Кердан спросил:

— Одар собирался жить с тобой в Лейксайде?

— Да, — она быстро объяснила, что его родители хотели править Френом до их смерти. А потом назначили бы регента, и Одар остался бы в Империоне с Аллиссой.

— Думаю, ты хотела бы остаться там с родителями? — спросил он.

— Я не взойду на трон, пока мне не исполнится тридцать, так что есть варианты, — хотя она была принцессой с обязанностями, ей нужно было участвовать в политике своей земли и учиться дальше, как быть императрицей.

— Я был бы рад пожить с любящей семьей. Это было бы приятной переменой, — его голос был хриплым, когда он признавался в этом.

— Я… не хочу править Империоном одна. Я хочу напарника. Но это значит, что тебе придется изучать политику нашей земли.

— Это меня не пугает, — ответил он. — Я знаю, что придется многому учиться. Особенно вашим глупым обычаям, — он улыбнулся, когда она ущипнула его за руку. — Пока у нас будет время на поездку на охоту вдвоем — чтобы ты показала мне свою меткость — я уверен, что мы справимся.

* * *

Они шли весь день. Одар не сказал ей ни слова. Поговорив с Керданом, Аллисса отстала, чтобы проверить, как Одар. Он игнорировал ее, не отвечал на ее вопросы. Его молчание злило. Мог бы хоть ответить, как он себя чувствовал. Хоть что-то сказать. Доказать, что у него были чувства. Едкий голосок в ее голове спрашивал, какое ей дело. Может, просто было сложно признать, что она любила того, кто мог вести себя так черство. Его действия показывали, как мало она о нем знала.

— Что такое? — спросил Натенек, и она вздрогнула.

— О, ничего. Просто задумалась. Делать больше нечего, — она попыталась улыбнуться.

— Может, это тебя взбодрит, — он указал вперед.

Аллисса посмотрела туда и увидела своего отца и Неко неподалеку. Она побежала.

Дармик улыбнулся. Когда она добралась до него, он обвил ее руками и крепко сжал.

— Вовремя, — сказал он. — Я уже задумывался, почему ты так долго.

— Ты в порядке? — спросил Неко, когда ее отец отпустил ее.

— В порядке.

Кердан, Натенек и Одар присоединились к ним.

— Где твои люди? — спросил Дармик у Кердана. Кердан свистнул, Хурит и Ларек вышли из леса, присоединились к ним. — Где остальные?

— Это все, кто был на миссии, — ответил Кердан.

Дармик напрягся.

— Только двое? Я думал, была дюжина.

Кердан глубоко вдохнул, выпрямился, был выше ее отца.

— Я планировал дюжину. Но, занявшись этим вопросом, я решил, что лучше внедрить двух человек в отряд, верный Жане. Я думал, что так шанс успеха будет выше.

Дармик прищурился, и Аллисса ощущала, как растет ярость отца. Она прикусила губу, не знала, предупреждать Кердана или смеяться от грядущей лекции. Она много раз получала выговоры от отца.

— И я думала, что буду с отрядом твоих людей, а не только двумя.

— Это важно? — спросил Кердан. — Все уже сделано, — он склонил голову, разглядывая ее.

— Жизнь моей дочери была в руках солдат, верных Жане. Я согласился на план, чтобы она все время была в безопасности, — сказал Дармик, грозно шагнув к Кердану, его лицо исказил гнев.

Аллисса взглянула на Одара, прислонившегося к дереву, скрестив лодыжки. Он с улыбкой смотрел на сцену перед ним. Ему это слишком сильно нравилось.

— Она была в безопасности, — возразил Кердан. — Со мной были двое моих лучших людей.

Неко потянулся к ее отцу, забрал меч с пояса Дармика и кинжал из его сапога. Неко бросил оружие Натенеку, и тот легко поймал. Такие предосторожности не требовались. Ее отец ведь не напал бы на Кердана?

— Два человека, — почти рычал Дармик. — Два.

— Количество не важно, если они умелые, — ответил Кердан. — И Аллисса тут, живая и невредимая.

— Но ты врал мне.

— Нет. Я сказал, что мои люди защитят ее. Так и было.

— Ты сказал, что с ней будет дюжина людей!

— С ней была дюжина людей. Я не говорил, что это будет дюжина моих людей. Это вы додумали.

Дармик ударил кулаком по животу Кердана. Аллисса была уверена, что Кердан остановит удар, но он не стал так делать. Дармик схватил Кердана за плечи, их лица оказались близко. Дармик шептал ему что-то так, что никто другой не слышал.

Кердан побелел.

— Понимаю, — ответил он. — Но я хотел бы кое-что сказать.

Дармик отпустил его и махнул Натенеку, который шагнул вперед и вернул ее отцу оружие. Дармик убрал меч и кинжал в ножны.

— Что ты хочешь мне сказать? — его голос был сухим от гнева.

Аллисса не была уверена, что им стоит стоять так близко. Ее отец ударил Кердана. Она еще не видела, чтобы он дрался вне тренировочного зала. И теперь он был вооружен.

— Я понимаю, что вы расстроены, — сказал Кердан, не впечатленный плохо сдерживаемой яростью ее отца. — Но вы недооцениваете свою дочь.

Шок вспыхнул в Аллиссе. Дармик застыл, сжимая рукоять кинжала.

— Что ты сказал? — прошептал он.

Неко рассмеялся, но быстро прикрыл это вялым кашлем.

— Аллисса — сильная, умелая девушка, — ответил Кердан. — Я видел, что она перенесла в Кловеке. Я не сомневался, что она сможет о себе позаботиться. Не важно, был там один мой человек или двадцать. Она умная, находчивая, а еще — отличный боец.

Дармик сжал переносицу.

— Ты не понимаешь? Она — моя единственная дочь. Я люблю ее больше жизни. А ты подвергаешь ее опасности. Не важно, умелая ли она, если она мертва.