Мари Явь - Децема

Наша поездка была долгой и изнуряющей. Когда я покинул комфортабельный салон, мне казалось, что все мое тело превратилось в колышущийся студень. Свидание было назначено в местном Доме Правосудия, дабы дуэль состоялась на глазах служителей Синедриона.

Я запрокинул голову, но глаз моих не хватало, чтобы полностью запечатлеть величие выросшего передо мной здания. Вот оно — лицо Синедриона. Вернее сказать, одно из многих. Мне трудно было вообразить, что из себя представляет Дом Правосудия в столице Эндакапея.

Симметричное, соединяющее небеса и землю, как мост, нагромождение прозрачного, как воздух, стекла и зеркал, удерживаемых скелетом из стальной арматуры. Мои извечно сухие глаза жгло огнем от исходящего от этого правосудия сияния.

Внизу, иллюстрируя собой броуновское движение, сновала вечно деловая толпа клерков и простых смертных, забредших сюда в поисках справедливости. И вот тут-то я и пожалел, что поддался мрачному очарованию черного цвета и остановил выбор именно на нём сегодня: мой наряд, так же как и внешний вид моих спутников, весьма выделялся на белом фоне здешних служителей.

А может всё это не так уж и катастрофично, ведь нас сразу заметили и признали, пропуская без лишних вопросов. Нас не обыскали и не отобрали оружия, хотя моя нервная хватка на рукояти сабли могла быть расценена местной охраной, как неприкрытая угроза.

Оказавшись под сводчатым потолком вытянутого нефа, я растерянно остановился. Такие масштабы, признаться честно, пугали меня. Это касалось и интерьера и людей, которые по сравнению с размерами самого здания выглядели просто суетливыми насекомыми.

Вытащив ингалятор, я сделал вдох. Именно этот неловкий, уязвимый момент выбрал один из местных служителей, чтобы подобраться к нам. В руках у него был зажат тонкий, полупрозрачный мобильный компьютер.

— Я вас сразу узнал. — Вежливо, даже заискивающе обратился к Дису молодой мужчина в белом. И что тут скажешь, Десница в самом деле личность весьма узнаваемая. — Вас и вашего главу ожидают. Я провожу вас на место, как только госпожа Эла…

— Она перед тобой. — Отозвался я, сглатывая, пытаясь отделаться от прилипшего к языку привкуса лекарства. — С моим телом возникли некоторые неполадки.

Только тогда клерк обратил на меня внимание, подтверждая мою теорию, согласно которой для приличных людей я до последнего момента остаюсь невидим.

Член Синедриона еще долго всматривался в меня, примечая регалии, которые абы кому не вручаются.

— Это… это не помешает вам? — решил в итоге узнать он, намекая на мой внешний вид.

— Благодарю за беспокойство, но если это не противоречит правилам, я готов ответить на вызов Адэра из клана Феб прямо сейчас. — Мой ответ прозвучал не горделиво, а обреченно.

Оглядев меня сверху до низу в очередной раз, клерк, вероятно, задумался над тем, сколько времени займет эта «дуэдь». Похоже, по его представлениям, я должен был загнуться от одного взгляда того воинственного грозного дядьки.

Люди сторонились, прижимаясь к стенам, пропуская нас к холлу с лифтами. В смазанном разговоре многоголосой толпы я распознавал отдельные фразы.

— Какая-то важная шишка…

— Это они..?

— Вы, должно быть, шутите.

— Просто сопляк…

— Здесь Стокрылый, ты слышал?

— Видимо, ради этого и тащились из самого Тавроса.

От непонятого смысла пойманных моим слухом отдельных фраз мне захотелось поежиться. Я все еще, как трусливый ребенок, сжимал ладонью навершие, а когда мы зашли в просторную кабину лифта, отошел в самый угол и опустил голову на грудь. Мысль, что, возможно, это — последние минуты моей короткой жизни, что план может провалиться, что я попросту недооценил Адэра, что я его вообще не знаю и потому не могу предугадать его реакцию, заставляли серое вещество моего мозга кипеть.

Самое паршивое, что мой страх был очевиден не только мне. Дело в том, что главная моя задача, как предводителя клана, заключалась не в решении сложных ситуаций. Для этой цели у меня была собственная армия, которой руководили старейшины — люди, чья сила и ум неоспоримы. Моей работой было не утрачивать ни капли величия и достоинства, сталкиваясь с опасностью лицом к лицу. Смотреть сверху вниз даже при таком росте.

Но я опять сдавал позиции инстинктам.

— Эла, — раздался надо мной тихий, никогда не колеблющийся голос, вынуждая поднять голову. Дис уже снял очки и капюшон и теперь смотрел на меня с высоты своего роста. — На Цитре скукота.

— А?

— На Цитре отдыхают всякие пустоголовые, развратные толстосумы, и все блага этого места ориентируются именно на них. Гнильё.

— Ты был на Цитре? Хрена ли ты там делал? — спросил я шокированно, потому что был наслышан об этом сказочном месте и откровенно не понимал, когда это мой заместитель успел там засветиться.

Вот и всё: мой страх как рукой сняло. В тот момент я окончательно себе уяснил, что Десница — самый опасный и самый близкий мне человек: только ему одному известна формула антидота от разъедающего меня яда страха, однако, с таким же успехом он мог знать, как превратить мой страх в смертельный ужас.

Прежде чем пройти в заполненный свидетелями шумный зал, я сказал своему заместителю, что если мы отсюда выберемся живыми, при этом не дав никому покалечить нашу гордость, он может с чистой совестью отправляться в свой заслуженный отпуск туда, куда его понесет нелегкая.

Тяжелые двери перед нами бесшумно расступились, отъехав в стороны, и я шагнул на территорию овального, напоминающего Колизей помещения с невыразимо высоким потолком. Мы находились под землей, возможно, в самом основании Дома Правосудия.

Пройдя к возвышению, на котором расположилось судебное трио, я напряг голосовые связки, объявив, что я — не обман их зрения, а Эла из Децемы. Я прибыл сюда по приглашению Адэра и потому хотел бы его видеть.

Насколько мне известно, все находящиеся здесь были посвящены в детали нашего разногласия.

Центральный судья привстал и наклонился над парапетом, всматриваясь в меня. Разглядев знаки отличия и двух моих спутников, судьи начали взволнованно между собой переговариваться. Зрители, на которых я даже не рассчитывал, взбесились: смех боролся с возмущением.

А я, дуралей, не мог никак понять, каким ветром Диса занесло на Цитру. Он не подходил по формату такому модному, помпезному местечку. Возможно, сопровождал своего предыдущего главу. Вспомнить бы, каким этот предыдущий был…

— Думаешь, это спасет твоего босса? — раздалось позади меня, и я отступил на шаг от судебной ложи, оборачиваясь. — Посылаете на заклание мальчишку. Как я и думал, ваш клан совсем опустился.

Дис проявил завидную выдержку, не отреагировав на это заявление ни словом, ни взглядом. Он даже бровью не повел, смотря на приближающегося, уже успевшего повидать жизнь и даже привыкнуть к ее фокусам, человека. Высокий, сухопарый, скорее жилистый, чем мускулистый, мужчина с проседью в смоляной шевелюре и был тем самым Адэром, который прислал мне розу. За что я не забыл его поблагодарить.