Марина Эльденберт - Цепи его души

Я же смотрела в них и видела совсем другие.

Светлые. Полные нежности. Живые.

Родные.

— Скажи, ты сможешь любить чудовище?

Этот простой вопрос прозвучал неестественно-спокойно. С тем же успехом он мог спросить у меня, что я хочу на ужин, но в глазах даже сквозь заливающую их тьму застыло нечто такое… такое, что застыла я. Чувствуя, как стыну изнутри.

Усилием воли вытолкнула себя из этой стужи в тепло. Разливающееся в груди, набирающее силу, согревающее.

— Я не верю в чудовищ, — сказала тихо.

— А во что веришь?

— В любовь.

Воспользовавшись короткой паузой-замешательством, стремительно шагнула в потусторонний холод. Позволяя ему вцепиться в меня когтями, обняла Эрика и глубоко вздохнула, отпуская бьющуюся во мне магию.

Полыхнувшая перед глазами золотая вспышка и рычание:

— Шаррррлотта! — заставило вскинуть голову.

Золота в его глазах больше не было, точно так же, как и тьмы, но было нечто похуже, и прежде чем я успела об этом подумать, меня уже втолкнули в раскрывшийся портал, даже пикнуть не успела.

— Ты… — яростно произнес Эрик. — Сумасшедшая. Несносная. Девчонка.

Он наступал на меня, и сейчас я все-таки попятилась. Боковым зрением уловив обстановку и понимая, что мы оказались в Дэрнсе. В его спальне.

— Я тебя согреть хотела! — выдохнула ему в лицо.

Которое внушало серьезные опасения.

— Сейчас согреемся, — произнес он.

Так выразительно, что я не выдержала и одним прыжком оказалась возле ванной. Влетела в нее, задвинула щеколду и привалилась спиной к двери.

— А ну выходи, Шарлотта, — донеслось снаружи.

— И не подумаю, — ответила, пытаясь отдышаться.

— Выходи, или войду я.

— И что будет?

— Ты правда хочешь это знать?

Нет.

Не хочу.

Я едва успела осознать эту мысль, когда щеколда за моей спиной повернулась. Сама.

Точнее, не сама, а подчиняясь дымчатой туманной нити, протянувшейся в щель между спиной и дверью. С визгом, которого сама от себя не ожидала, отпрыгнула назад, а дверь чудом не слетела с петель.

— Думала, что меня это остановит? — Эрик захлопнул несчастную дверь с такой силой, что она жалобно хрустнула. — Ты хоть знаешь, что когда ты кинулась мне на шею, из тебя могло выжечь магию подчистую? Это ты понимаешь, ненормальная?!

Что?

Выжечь магию?!

— Как?!

— То, что ты видела — та дымка, которая меня окружала, называется золотая мгла. Это сильнейшая антимагия, при соприкосновении с ней любой маг лишается сил. Надолго. Очень надолго. И это очень больно, Шарлотта, — последнее он прорычал так, что задребезжали матовые стекла. Или мне просто так показалось. — Если бы я не успел ее отвести…

Это прозвучало зловеще.

— Откуда я могла знать?! — выкрикнула я. — Откуда, если ты мне об этом не сказал?!

— Ты не должна была бросаться ко мне. Не должна, потому что я просил тебя уйти. Дурная!

Прежде чем я успела сказать, что сам он дурной, Эрик уже шагнул ко мне. Я не успела отпрыгнуть, как меня уже притянули к себе. Не просто притянули, сграбастали в объятия, уткнувшись носом в растрепавшиеся волосы.

— Знаешь, Шарлотта, — хрипло произнес он, — когда-нибудь я точно тебя выпорю, и увы, не потому, что это доставит мне удовольствие. Просто ты окончательно меня доведешь.

Что-о-о?!

— Это я? Я окончательно тебя доведу? — забарахталась в его руках, бессмысленно и тщетно.

Эрик отстранился только для того, чтобы вглядеться в мое лицо.

— Я ведь правда мог тебя зацепить, — произнес негромко. — Почему ты никогда не слушаешь, что я говорю?

— Но не зацепил же, — сама не знаю, почему, шмыгнула носом.

— Ты что, собираешься плакать? — подозрительно спросил он.

— Нет.

Не собираюсь, я сказала.

Нельзя столько плакать, я же не дырявая тучка.

— Я просто хотела остаться с тобой, — это не я всхлипнула, оно само. — Просто хотела, чтобы…

И тут меня прорвало. Слезы хлынули из глаз, а Эрик судорожно вздохнул и уселся на край ванной, увлекая меня за собой.

— Всевидящий, — вздохнул он. — Вот и что мне с тобой делать?

Шляпку с меня сняли в первую очередь. Потом накидку и пальто.

Когда пришла очередь платья, я вспомнила, что под ним нет белья, и снова начала вырываться.

— Н-не надо, — прошептала, давясь вздохами и всхлипами. — Я сама.

— Ты сегодня уже достаточно сама, — произнес Эрик.

А потом подтянул меня еще ближе к себе, усадил на колени и коснулся губами щеки. Раз, другой, третий… Так легко и невесомо, что если бы я не чувствовала его дыхания, наверное, не поверила бы, что он так может.

Может — что?

Губы коснулись моих, и я почувствовала вкус своих слез. Соленый, стирающийся за удивительно нежным поцелуем.

— Замерзла? — спросил он, заключая мои руки между ладоней.

Покачала головой.

— Замерзла, — Эрик мягко растирал озябшие пальцы.

Не знаю, когда успела. То ли в машине, то ли когда спустилась в этот жуткий подвал.

Он остановился лишь для того, чтобы открыть воду, а потом снова повернулся ко мне. Расстегивая платье, смотрел мне в глаза. Смотрел так, что я сама не могла поверить в то, что знаю его… сколько? Чуть больше месяца? Всевидящий, сейчас мне казалось, что между нами раскинулись годы, а может быть, так оно и было.

— Что ты имел в виду, когда сказал про двенадцать лет?

Теперь я уже внимательно смотрела ему в глаза. Смотрела, не отрываясь, затаив дыхание, не вполне отдавая себе отчет, насколько для меня важен его ответ.

— Я говорил о том, что рядом с тобой не могу не чувствовать. Даже если бы очень хотел… не могу.

— Но ты не хочешь? — зачем-то уточнила я.

— Все, чего я хочу, это никогда больше не отпускать тебя. Ни на минуту, — негромко произнес он. А потом поднялся, увлекая меня за собой.

Платье с шорохом упало к моим ногам, и тут я вспомнила про шоколад.

И про белье.

Еще раз.

— Я вся липкая, — пробормотала смущенно.

— Это мы сейчас поправим.

Он подхватил меня на руки, мягко опуская в теплую воду.

Звякнули склянки, по ванной поплыл легкий аромат цветущей вишни. Эрик слегка повел рукой, и по воде словно прошла волна, вспенивая ее. Теперь я сидела, укрытая облаком пены по самую грудь. Сидела и смотрела на него сверху вниз, понимая, что хочу невозможного.

Хочу того, что приличным девушкам в голову приходить не должно.

Но наверное, мне уже давно пора смириться с тем, что я не приличная.

Вцепившись дрожащими руками в бортики ванной, медленно поднялась. Пена укрывала мое тело невесомым покрывалом растрепавшейся тюли. Эрик замер, взгляд его скользнул по моим плечам и груди.

— Ты уверена? — спросил хрипло.

— Уверена, — ответила я, мягко подавшись вперед, положила руки ему на грудь. — Позволишь… тебя раздеть?

Эрик перехватил мои запястья, стоило мне коснуться верхней пуговицы. Наверное, не случись между нами всего, что случилось, я бы не решилась на такое. Уж точно не сразу, но сейчас только спокойно смотрела ему в глаза. Не пытаясь отнять руки или отстраниться, не настаивая, но и не отступая. Невыносимо долгое мгновение, пока его пальцы браслетами сжимались на моих руках, просто ждала.