Аро Поури - Зеркала

Лорен разрешили остаться в замке, выделив одну из комнат для гостей. Ужин не состоялся, большая часть королевской семьи внезапно разъехалась по делам. Некоторые обещали вернуться примерно через неделю. Причём, по понятиям Меклета, в неделе всего пять дней. Гасма довольно быстро простился с гостьей и удалился в свою комнату, оставив студентку в одиночестве. Та успела внимательно рассмотреть небо и заметила, что ночь в Капуа действительно наступала иначе. Солнце не садилось, не скрывалось за горизонтом, а продолжало плыть по небу, медленно меняя цвет с оранжевого на серебряный. Ночь казалась точно такой же, как и на Земле. Тафт довольно долго не могла уснуть, а когда проснулась, оказалось, что наследник с «рассветом» уехал по срочным делам. При этом он умудрился договориться с кем-то, и Лорен пришлось несколько часов просиживать в душном кабинете, выслушивая человека, которому было велено обучить её всеобщему языку.

— Любой уважающий себя человек должен его знать, — ворчал седой старичок, в которой раз грозя пальцем. — А Вы, юная леди, до сих пор не выучили и азов языка. Вот сколько Вам уже лет?

— Двадцать, — скучающе ответила гостья, ковыряя ногтём в столе дырку. Ох, и обрадуется же Кот. — И вообще, спрашивать девушку о возрасте неприлично.

Они договорились с Вайрогсом, что студентка будет называть именно тот возраст, которого она достигла на той стороне, ибо по меркам этой реальности ей всего лишь восемнадцать, а это означало несовершеннолетие. Тогда у девушки могли возникнуть серьёзные проблемы.

— Не отвлекайтесь и повторяйте за мной.

В целом, Лорен, а теперь уже Лицис, что следовало ей хорошенько запомнить, сама не против выучить этот «всеобщий» язык. Но предпочла бы учителя более приятной натуры и внешности. Поймав себя на мысли, что Гасма вполне подходил под такое описание, сломала врученный ей карандаш и попыталась больше не думать о подобном. После первого упоминания получаться стало всё хуже и хуже.

Ближе к вечеру в кабинет внезапно ворвался запыхавшийся Чип и со словами: «Извините, но я похищаю Вашу ученицу», — схватил ту за руку и потащил на выход. А ведь Тафт только начала привыкать. Гасма выглядел потрёпанным, уставшим, но довольным. Сообщил, что через несколько часов состоится ужин, на котором будут присутствовать некоторые родственники. И так как Диена пригласила Лицис составить им компанию, отказаться гостья уже ну никак не могла.

— Значит, запоминай: мы вместе учились в Главной Государственной Академии Магии Зинашанас, которая…

— В какой академии? — Лицис скривилась от одного только слова, которое не смогла разобрать с первого раза. — А специальности у вас там тоже такие сложные названия имеют?

Кот решил проигнорировать вопрос.

— … которая находится в северной части столицы. Ты училась на травницу, причём специализировалась на волшебных свойствах растений той стороны.

— Но я ничего не знаю из того, что могло вообще входить в эту программу.

— О, просто напридумывай невероятно полезных свойств подорожника и начни их перечислять. Больше, чем уверен, они тут же переведут тему.

Гостья вздохнула, покачала головой, но спорить не решилась. Хоть и не она всё это придумала. Сложнее всего было подобрать подходящее для вечера платье. Пришлось заглянуть к Диене, которая и рада бы помочь, но костюмы женщины на размер больше, на Лорен они смотрелись бы весьма плачевно. У Кота в голове созрел гениальный план, но на пути его исполнения возникло препятствие. Маленькое такое недоразумение с чёрными волосами до плеч и деревянным мечом в руках. Создание случайно наткнулось на спутников в очередном коридоре, отбросило оружие в сторону и с криками: «Братик!» — бросилось на шею Вайрогсу.

— Лицис, знакомься, это Зисма — моя младшая сестра, — весело проговорил Гасма, выпуская малышку из крепких объятий. Девочке было всего двенадцать, и она относилась к тому типу дам, которые с удовольствием бы родились юношами.

— Братик, я новый приём выучила! Хочешь, покажу?

— Давай другой раз, ладно? Если кто увидит, влетит всем. Так что, помнишь? Ни в коем случае не рассказывай родителям, что ходишь не на уроки танцев, а на фехтование, договорились?

— Пусть проклянёт меня Великая Дихай, если я хоть слово выдам!

В итоге через пять минут двое наследников королевского престола, как последние партизаны, прокрались в покои двоюродной сестры, которая приехала вместе с их дядей, и принялись рыться в её вещах ради какого-то платья. Лорен не знала, убежать ей подальше от этих ненормальных, отговорить от затеи, или присоединиться к веселью. Благо, слишком далеко всё не зашло, ничего путного откопать не удалось, и расстроенная компания замела следы собственного присутствия, покинув спальню. Спасла их одна из служанок, которая, с разрешения Диены, подшила одно из её платьев. На трапезу искатели приключений едва не опоздали. К тому моменту за столом собрались все, кроме матери Гасмы. Присутствующих в замке оказалось немного: брат Владыки скучающе разбалтывал вино в кубке, Диена разглядывала браслет, что подарил ей муж (Тафт и не предполагала, что он у неё есть!), её супруг что-то читал, а брат-близнец перекатывал горошины с одного края тарелки на другой.

— Твоей матери не будет сегодня, племянник, можешь расслабиться.

У Кота словно гора с плеч спала. Он усадил гостью рядом с собой и наложил в тарелки еду.

— Неужели, второму Векасу, наконец, дадут спокойно поужинать! — с сарказмом произнёс близнец.

— Накс, давай хотя бы не сегодня.

— Вы меня простите, ребята, но нами правит конченный идиот! — дядя поднял руку с бокалом, словно произносил тост, после чего залпом выпил его содержимое. — Он и правда считает, что небеса послали ему знак! Но все мы прекрасно знаем — бога нет! Выдумка! Иллюзия! Сплошной обман!

— Мне кажется, Вы уже достаточно выпили, милорд, — холодно бросила Диена, глядя то на брата, то на дядю. — Прошу, перестаньте портить нам ужин.

Оказалось, семья Гасмы не такая уж и дружная. Особенно, подвыпившая. Леди Вайрогс старательно пыталась сохранить мир за столом, но одно за другим всплывали недовольства. То Накс проявлял фальшивое сочувствие младшему брату, то дядя, которого, кстати, звали Мэлса, негодовал о выборе Повелителя. Ближе к концу трапезы собравшиеся одумались и принялись выкладывать интересные байки или запевать популярные трактирские песни, которые обычно исполняли барды. Лицис повезло, никто её не расспрашивал, ничего придумывать не пришлось, и только Чип иногда предлагал девушке выпить или положить новое блюдо, отвлекаясь от внезапно разгоревшегося веселья.

— Ну и сколько Вы выпили, Ваша Светлость? — с укором произнесла студентка, когда они выбрались в сад, демонстративно зажимая нос.