Анна Невер - Потерянные (СИ)

«Доброго дня, уважаемый Лазар Митрич».

Тиса схватилась за лоб. Снова впасть в новое оцепенение и потерять способность мозга к мышлению она не желала. Нет, она потом подумает об отце. Потом…

Силой воли Войнова заставила себя думать только о шкалуше, и уже через минуту вернула себе свою голову. Она продолжила чтение, словно от него зависело нечто важное.

«Надлежащим письмом предоставляем вам по требованию карточку кадета. Якшин Трихон Епифанович, восемнадцать лет от роду…»

Тиса пробежала глазами по строчкам. Рост, вес, цвет волос, глаз, особые приметы, пройденный материал с таблицей успеваемости. Выписка из кабака, в котором он всё-таки работал разносчиком, а не охранником. Печать и подпись.

Опустив на колени письмо, через миг девушка снова подняла бумагу к глазам. Что-то показалось ей странным в тексте, и она вернулась к началу. Ага, нашла. «Цвет глаз — зеленый» — Тиса покачала головой, сетуя на ошибку в карточке. Писаки! Девушка откинула от себя бумаги.

«В сарае у заброшенной мельницы… в шесть», — прозвучал в памяти шепот Трихона. Вот оно! Она должна с ним встретиться! Тиса посмотрела на настенные часы. Всего-навсего второй час дня. Изо рта вырвался вымученный стон. Единый, дай сил дождаться! Трихон нужен ей, настолько нужен, что знала бы, где он сейчас, бежала бы к нему по горящим углям.

Рука сама нырнула в карман юбки, где она оставила колечко шкалуша. Пальцы коснулись твердого металла и Тиса с недоумением вытащила находку на свет.

— Боже! — воскликнула девушка и в ту же секунду отбросила от себя вещь. Со стуком тяжелое серебряное кольцо покатилось по деревянным половицам и замолкло у прислонённой к стене двери. Подскочив с кровати, Тиса прижала руку к груди, словно обжегшись. Через несколько тяжелых стуков сердца, она приблизилась к кольцу с опаской, словно к ядовитой змее. Нет, это не игра ее воображения, и не дурной сон, — на полу лежало кольцо из ее видения. Василиск глядел на нее потухшими альмандинами. А змеиный хвост был испачкан в чем-то белом. Тиса осторожно нагнулась и вздрогнула, когда поняла — кольцо не было испачкано. Из серебряного хвоста торчал пучок белых ниток. В следующую секунду на глазах девушки пучок уменьшился в размере. Серебро будто пожирало нитяное кольцо шкалуша. Как это возможно?

— Я подниму. Какая интересная вещица! — Тиса вздрогнула от голоса. Зарай Климыч нагнулся и поднял кольцо. — Ничего, что я вот так, без стука? Двери-то нет.

Начальник таможни улыбнулся, растянув усы-гармошку. Он протянул Тисе украшение. Девушка отпрянула.

— Оно не мое! — лицо Тисы стремительно бледнело.

— А чье же? — не понял таможенник. — Постой-ка…

Зарай нахмурился, разглядывая украшение:

— А не то ли это колечко, о котором Лазар говорил? Вот же, василиск! И камешки вместо глаз, — постучал пальцем по серебру таможенник. — Откуда у тебя кольцо отступника, девочка?

Войнова не могла вымолвить и слова.

— Тиса Лазаровна? Вы знаете, чье это кольцо? — чуть ли не по слогам спросил Климыч, теряя терпение от ее молчания.

— Я его нашла, случайно, — пролепетала девушка.

— Ой-ей, — таможенник недоверчиво сощурил глаза.

Тиса закусила нижнюю губу, отчаянно пытаясь придумать правдоподобный ответ:

— Да. Я нашла его. На базаре.

Таможенник прокачал головой, все больше хмурясь.

— Это правда, — повторила Тиса. Но голос предательски дрогнул.

Климыч посмотрел на девушку исподлобья.

— Я тебе верю, — кивнул мужчина. — Лазар всегда был правдив, порой даже во вред себе. Я уверен, его дочь не может лгать. Тем более пойти на предательство и прикрывать безумца, который уже семь человек отправил в могилу, насылая свою огненную кошку. Нет-нет. Это не в вашем характере, Тиса Лазаровна. Ваш батюшка мне говорил…

Войнова вновь услышала звон в голове и сжала виски.

— Нет! — вскричала Тиса. — Пожалуйста, не говорите мне о нем! Я не знаю, чье это кольцо. Прошу!

Климыч удивленно вскинул брови и успокоительно заговорил:

— Тихо-тихо, я понимаю, девочка, как должно быть тебе тяжко нынче, — он коснулся ее плеча. — Но ты справишься. Обязательно справишься.

Тиса почувствовала, как слезы подступают к глазам, и опустила голову.

— Я лучше загляну позже, — сказал таможенник. — Вы не против, я заберу колечко-то?

Тиса покачала головой. Таможенник покинул ее комнату. И тишина набросилась на девушку.

— Нет, не может быть — растерянно шептала Тиса. — Это не его кольцо! Здесь какая-то ошибка.

Она выяснит, она поговорит с Трихоном, и он все ей объяснит. Но дурное предчувствие уже гадюкой заползало в душу.

Стук в косяк вырвал ее из мучительных размышлений. Камилла принесла кружку со снадобьем:

— Выпей, милая. Тебе полегчает.

Тиса безропотно приняла кружку из рук стряпухи и залпом выпила снадобье. Покривилась. Какая гадость. На зубах скрипел песок. Что там Агап намешал для нее?

Отставив пустую кружку на тумбочку, Тиса легла. Ее знобило. Камилла заботливо укрыла ее одеялом и на цыпочках покинула комнату. Скоро одеяло или лекарство согрело девушку. Ноги налились горячей кровью. Затем руки. Пальцы закололи как после онемения. Последней огнем вспыхнула голова. Зрение обострилось, а сердцебиение участилось. Тиса взглянула на высаженную дверь и поднялась с кровати.

— Камилла! — крикнула она, выглянув на лестничную площадку. — Какого дракона эта дверь еще не в петлях!? Сейчас же пусть починят оболтусы!

Через пять минут в комнату протиснулись здоровяки новобранцы, Егор с Федотом. Промямлили свои липовые дурацкие соболезнования. И, ухватив тяжелую дверь с двух сторон, попытались подтащить ее к косяку. По пути ноша сорвалась с солдатских рук и грохнула об пол. Это разозлило молодую хозяйку.

— Пошли прочь! — швырнула Тиса в парней гребень со столика. — Вы развалите мне комнату! Чтоб вам провалиться!

Гребень стукнулся о дверь.

— Вандалы!

Пригнув лысые головы, новобранцы исчезли с шепотком: «с горя, видать, помешалась».

— Я вам покажу, помешалась! — Тиса двинула ногой табурет. Злость распирала ее изнутри.

Что это с ней? Войнова достала успокоительную настойку из тумбочки и глотнула. Бесполезно. Все вокруг раздражало ее. В дверях снова появилась Камилла и осенила себя святым знамением. На крики из библиотеки спустились Витер, Климыч и Гор.

— У девочки истерика! — пролепетала кухарка подошедшим мужчинам. — Надо Агапа Фомича позвать.

— Не надо, — схватил стряпуху за руку Зарай. — Я слышал, в горе нужно давать выход эмоциям, а не подавлять их. Сейчас она покричит, зато потом станет легче.

Камилла, сглотнув, кивнула.

— Что вам надо от меня? Оставьте меня в покое! — накинулась на любопытных Тиса и тут же мрачно расхохоталась от вида вытянутой уморительной рожи Витера.