Валентина Герман - Возвращённые тенью

— Простите, госпожа Фрауэр, — покраснела Диадра. — Простите, я очень виновата.

Эстер оглядела их и уже спокойнее проговорила:

— Что случилось, Диадра?

— Ничего, — девушка качнула головой. — Просто… сегодня Берзадилар вдруг появился в классе — без вызова, и мы должны были поговорить…

— Без вызова?.. — непонимающе повторила Эстер. — Ты имеешь в виду, что уже научилась звать без заклинаний… мысленно?..

— Я имею в виду, что вообще не звала его, — сказала Диадра. — Я думала о нем, но не звала. Госпожа Фрауэр, поверьте, я сознаю разницу.

Эстер покачала головой.

— Невозможно. Диадра, иногда мысленный вызов не нужно формулировать словами… достаточно желания позвать. Впрочем, для этого нужно или обладать достаточной силой или… — Эстер вдруг осеклась, переводя удивленный взгляд с девушки на призрака, и тяжело вздохнула. — Похоже, нам нужно поговорить.

— Госпожа Фрауэр, Вы можете… — начала Диадра, но Берзадилар мягко оборвал ее.

— Отпусти меня, Диадра.

Она поймала его взгляд и улыбнулась ему уголками губ. Берзадилар чуть сощурился в ответ — и исчез, оставляя Диадру удивленно смотреть на то место, где он только что находился.

— Вы правы… — сказала она наконец. — Достаточно желания.

— Диадра, — Эстер осторожно смотрела на нее. — Ты ведь знаешь, что я хотела сказать. Чтобы вызвать духа одним желанием, нужна сила или… любовь.

— В самом деле, — подтвердила Диадра, не в силах скрыть улыбки. — И в моем случае это второе.

Эстер сокрушенно покачала головой.

— Ох, малышка… я знаю, сейчас ты не станешь слушать, — тихо произнесла она. — Но поверь мне, у существ из разных миров не может быть будущего… он из мира Тени, девочка моя. Он не сможет быть с тобой.

— Он говорит мне то же самое, — спокойно произнесла Диадра.

— И он прав.

— Возможно, — тихо ответила девушка.

Она огляделась вокруг себя. Двор был по-прежнему освещен солнцем, все так же щебетали птицы и теплый ветер колыхал свежую листву. Диадра улыбнулась им и добавила:

— Но сейчас у меня есть это мгновение.

Диадра опустилась в мягкое театральное кресло и, грациозно сложив руки на балюстраде, оглядела зал. Она была одна в маленькой ложе балкона — и это отнюдь не было случайностью. Ей пришлось выкупить все четыре билета, чтобы убедиться, что рядом не окажется соседей — ведь она знала, что ее кавалер может прийтись не по душе особенно впечатлительным дамам. Зрители постепенно собирались в зале, и Диадра некоторое время занимала себя разглядыванием дамских нарядов, с удовольствием отмечая, что она сегодня выглядела не хуже любой из них.

Спустя четверть часа зал заполнился и свет наконец погас. Диадра улыбнулась и в непродолжительной тишине мысленно позвала Берзадилара.

— Ди?.. — он тихо откликнулся почти сразу. — Где мы? Что происходит?

В следующий миг оркестр резко заиграл вступление, и сцена озарилась слабым светом, бросая едва заметные отблески на зрителей. Диадра повернула голову и смогла разглядеть рядом призрачный силуэт Берзадилара.

— Прости, если напугала тебя, — улыбнулась она. — Ты любишь театр?

Он изумленно смотрел на нее, не говоря ни слова. Диадра смутилась.

— Прости… — расстроено прошептала она. — Я просто подумала, что здесь видеть и слышать — это все, что тебе нужно… и я лишь хотела…

— Ди, ты такая красивая, — прошептал он, не отрывая от нее взгляда.

Диадра подняла глаза. Берзадилар смотрел на нее, и в его взгляде смешались восхищение, благодарность… и любовь. Диадра робко улыбнулась.

— Спасибо. Но мы можем уйти, если ты…

— Я люблю театр, — он мягко улыбался, по-прежнему глядя только на нее. — Ох, Ди, но поверь, больше всего на свете я люблю тебя.

Диадра почувствовала, как тает под его взглядом.

— Мы уже пропустили начало, — смущенно проговорила она.

— Что за пьеса? Я расскажу тебе.

— Едва ли, — Диадра улыбнулась — Она совсем новая.

Она заметила, как Берзадилар положил свою призрачную руку на балюстраду совсем рядом с ее и неощутимо коснулся ее пальцами.

— Что ж, — сказал он, с мягкой улыбкой переводя взгляд на сцену. — Тогда давай не будем отвлекаться.

— В самом деле, искусство сильно меняется со временем, — сказал Берзадилар, когда они, выйдя после спектакля, не спеша брели по пустынной, освещенной редкими фонарями аллее. — В наши дни никто не позволил бы себе подать со сцены подобные фривольности.

Диадра удивленно рассмеялась.

— О Боги, что из этого показалось тебе фривольным?..

— Эти сцены с женой и любовницей были весьма пикантны.

Диадра беззлобно усмехнулась.

— Никогда не думала, что ты такой святоша, Берзадилар.

Она вдруг остановилась возле резной скамьи и, шагнув к росшему позади старому дубу, задумчиво коснулась его рукой.

— К слову об этом… — сказала она. — Помнишь, в прошлый раз, когда мы гуляли здесь, у меня было видение, — она подняла глаза на Берзадилара. — Ты говорил, между вами с Диадрой ничего не было… между тем, я видела вас, здесь, — Диадра усмехнулась, — в весьма нескромном виде.

Берзадилар смотрел на нее неожиданно странно, и Диадра уже было подумала, что, вероятно, сказала лишнее, когда он тихо произнес:

— Нас с ней — или нас с тобой, Ди?..

Диадра ошарашенно застыла.

— Я не лгал тебе, — продолжил он, — я действительно никогда не был волен с нею.

Он вдруг подался ближе к ней и прошептал:

— Но это не значит, что я не могу быть таким с тобой.

Диадра неосознанно прижалась спиной к шершавому стволу и, внезапно задрожав, взглянула в его глаза снизу вверх. Берзадилар бережно приблизил пальцы к ее щеке, лишь немного не касаясь ее — словно вот-вот мог сделать это… Диадра внезапно осознала, что ее рука против ее воли поднимается кверху, и, непонимающе взглянув на нее, ахнула. Ее пальцы словно лежали в ладони Берзадилара. Она по-прежнему не чувствовала его прикосновения — но он, словно в самом деле касаясь ее руки, направлял ее вверх. Диадра пораженно взглянула на него.

— Как… как ты делаешь это?..

Он улыбнулся.

— Лишь немного магии.

Он завел ее руку наверх, прижимая к дереву, и Диадра внезапно осознала, как близко он был к ней… их губы едва не касались друг друга, и он смотрел на нее сверху вниз, и в этот миг Диадра, казалось, почти ощущала его дыхание на своей коже. Глаза его были полны нежности, но в то же время какие-то совсем иные искорки мелькали в них… страсть, внезапно осознала Диадра. О Боги… он желал ее?..

— Мне нравится, как ты реагируешь на это, Ди, — прошептал он, лаская ее взглядом. — Краска на твоих щеках, и это взволнованное дыхание…

Он неощутимо скользнул пальцами вниз по ее вздымавшейся груди, прослеживая взором их движение, и, мягко улыбнувшись, вновь поднял глаза.