Пенни Уайлдер - Грязное обещание

— Святое дерьмо, — говорю я, тяжело дыша. Я вытираю пот со лба.

Он наклоняется и целует меня.

— Ты еще не закончила, да?

— Ни единого шанса.

Он улыбается и переворачивает меня на живот. Я обхватываю руками подушку, держа ее так, словно обнимаю его, в то время как он целует мои коленки и бедра, поднимаясь к ягодицм. Макс крепко сжимает их, щипает, целует и кусает. Он, определенно, любитель задницы. К счастью, у меня есть с чем ему можно было бы поиграть.

Макс тянет мои бедра вверх так, что я стою на четвереньках, и входит в меня сзади. Сначала медленно, очень медленно. Он оттягивает мои ягодицы и скользит пальцем по анусу. Он дразнит меня. Я знаю, что он смотрит на реакцию моего тела, читая мою реакцию на его прикосновения к запретной области. И я реагирую — протягиваю руки назад и оттягиваю ягодицы так, чтобы он мог продолжать исследовать и делать то, что захочет.

Макс издает одобрительный звук и большим пальцем надавливает на задний вход. Не проскальзывает внутрь, а просто играет. Ощущения потрясающие, и когда начинают появляться первые импульсы оргазма, я сильнее толкаюсь навстречу ему. Он движется быстрее, ускоряя свой темп.

Внезапно, Макс шлепает меня по ягодице так, что я вздрагиваю, а затем успокаивает, нежно поглаживая. Я стону громче.

Он отвечает еще одним шлепком. На этот раз я готова к нему. Каждый раз, когда Макс делает это, я возбуждаюсь все больше и больше, пока не взрываюсь. И когда он скользит своим мокрым большим пальцем в мою задницу, мой оргазм вырывается, как бешеная собака, и я начинаю брыкаться в его руках. Он рычит и толкается сильнее, пока его собственный оргазм не накрывает его. Я чувствую, как он мощными толчками движется внутри меня и кончает.

Макс падает сверху на меня. Его вес прижимает меня, и мы лежим, тяжело дыша и пытаясь перевести дыхание. Мой мозг взорвался, мои кости слабые и бесполезные, и я с трудом дышу, так же, как и он. Макс скатывается с меня, и я встаю.

Он кладет свои руки на живот, пот стекает по его телу, а также доказательства моего оргазма.

— Дерьмо, презерватив порвался? — спрашивает он, глядя вниз и осматривая латекс, который еще на нем.

— Нет, — говорю я.

— Это все ты? — интересуется Макс, глядя на меня, затем на огромное мокрое пятно на кровати. Он выглядит заинтригованным.

Выражение его лица, которое так и говорит «это из-за меня?»

довольно милое.

Я пожимаю плечами.

— Ты меня возбуждаешь.

Макс наблюдает за мной, пока я хожу по комнате, собирая одежду.

Чувствую на себе его взгляд, и как он следит за моими движениями. Я не привыкла к такому вниманию. Как только мой бюстгальтер и трусики на мне, я начинаю надевать джинсы.

— Ты куда? — спрашивает Макс.

— Эм, домой?

Как и в прошлый раз, он не выглядит счастливым из-за того, что я ухожу. На самом деле, Макс выглядит разочарованным, когда я говорю ему, что иду домой.

— Что насчет того, чтобы я почитал тебе в кровати?

Я смеюсь, но когда смотрю на него, он держит мою книгу «Гордость и предубеждение» в руке.

— Ты серьезно говорил об этом?

— А ты думала, что это был подкат?

Я пожимаю плечами.

— Вроде как.

— И это сработало? — спрашивает он, звуча удивленно.

Правда в том, что ему не нужно было подкатывать, чтобы затащить меня в постель. Мои мысли были уже на полпути к этому, прежде чем он сказал хоть слово, но вместо того, чтобы сказать ему это и раздуть его и без того большое эго, я говорю:

— Это был лучший подкат, который когда-либо на мне использовали.

Он смеется.

— Тебе, действительно, нужно повысить свои ожидания и общаться с мужчинами получше.

Я машу рукой в его сторону.

— Очевидно.

Макс смеется и тянется вперед, хватая меня за руку и игриво дергая обратно на кровать. Я сворачиваюсь калачиком рядом с ним, прижимаясь к изгибу его руки, успокаиваюсь и вдыхю его запах, который есть исключительно у него. Запах, от которого я становлюсь зависимой.

Он начинает читать:

— Все знают, что молодой человек, располагающий средствами, должен подыскивать себе жену…

В течение следующих двух часов, он читает мне. Как только заканчивает, спрашивает:

— Ну, что думаешь?

— Все женщины описаны, как хладнокровные охотницы за деньгами.

От его улыбки по моему телу проходит теплая дрожь. Как и запах, его улыбка также вызывает зависимость. Хотела бы я быть веселой и умной, как Элизабет Беннет, так я могла бы заставлять его смеяться и улыбаться все время.

— Да, думаю, что они такими и были, но обещаю, это одна из лучших когда-либо написанных любовных историй, — говорит он.

Я поднимаюсь на локтях, испытывая желание поцеловать его руку. Но даже несмотря на то, что Макс читает мне любовную историю, и у нас только что был секс, этот маленький жест кажется слишком романтичным, словно я прошу его о большем, чем он мог бы дать мне. Не хочу его спугнуть. Даже, если это просто секс, я не против, чтобы он было постоянным.

Он смотрит на часы.

— У меня клиент через час. Не хочешь по-быстрому пообедать со мной?

После этой силовой тренировки, мне не помешало бы подкрепиться.

— Звучит замечательно.

Мы идем в закусочную рядом с его тату-салоном. Это милое место с сочетанием азиатского и американского. Все, кто работают там, знают его имя и что он обычно заказывает. Я беру корейский суп.

Как только нам приносят еду, он говорит:

— Нам надо делать это почаще, читать, я имею в виду.

То, как он это говорит, с прикрытыми глазами и хриплым голосом, заставляет меня думать, что он говорит вовсе не о чтении.

— Да, должны, — соглашаюсь я.

— Я слышал, что это важно… читать, я имею в виду.

Я смеюсь и качаю головой. Он улыбается, и трепет в моем сердце возвращается. Убирайся. Я не должна влюбляться в него.

— Я тоже это слышала, — признаюсь я.

Затем наступает неловкая тишина. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но быстро закрывает. Делает это пару раз, прежде чем спросить:

— Как суп?

Я совершенно уверена, что это не тот вопрос, который парень хотел задать, но по какой-то причине, он сдерживает себя.

— Острый.

Поднимая свой телефон, он смотрит на черный экран.

— Мы, вероятно, должны обменяться номерами телефонов, чтобы ты смогла написать мне, когда захочешь снова это сделать, — говорит он.

— Читать ты имеешь в виду? — спрашиваю я.

На его лице вспыхивает улыбка. Я вызвала ее. Посмотрите, люди, посмотрите, что я сделала. Я сделала это. Не благодарите.

Мы обмениваемся номерами и разделяем клубничный пирог на десерт. Он забирает счет, отказываясь даже позволить мне на него взглянуть. Если он платит за еду, значит, это считается свиданием.

Мы доходим до его работы пешком. Пока идем, наши пальцы слегка прикасаются друг к другу. Не знаю, это случайно или он делает это специально. Мои мысли и сердце запутались, и все то, что происходит между нами, ощущается так же, как и моя первая влюбленность.