Молли Лайхольм - Жених для двоих

Ее ждет двенадцать дней сущего ада, когда ей придется наблюдать, как мужчина, которого она, кажется, все еще любит, ухаживает за другой женщиной. А она организует им свадьбу и будет к тому же подружкой невесты.

Ну и профессию она себе выбрала!

— Ох, Фрейзер, я просто не могу поверить! — Мег мерила шагами спальню, потом, присев на кресло, обхватила голову руками. — Все это так ужасно!

Ему было неловко оттого, что он не сказал ей правды, но он собирался ей все рассказать и искал подходящего случая. Честно говоря, просто тянул время, так как боялся потерять Мег. Боялся, что она не поверит тому, что он изменился. А главное — боялся, что без нее у него не хватит сил противостоять прошлому. Прошлому, от которого его сейчас отделяло лишь две спальни по коридору.

Нет! Мег — это та женщина, которая ему подходит. Ему нравилось то, что она уважает его и нуждается в нем. Теперь ей все о нем известно.

— Мег, прости, что ты обо всем узнала таким образом, хотя, наверное, мне нет прощения.

Она рассержено тряхнула волосами.

— Как ты мог не сказать? В голове не укладывается, что ты утаил от меня такую важную вещь. Ведь дело касается нашего будущего.

— Я боялся того, что ты обо мне подумаешь.

Она удивилась, не понимая.

— Боялся? А, ты о своем криминальном прошлом. — Она махнула рукой. — Уголовное преступление со счетов не сбросишь, но главное — это беда в «Скорпионе». — Она помолчала. — Нет, я не права. Для меня, разумеется, важно, что тебя тревожит твое прошлое. — Она сжала его руки и доверчиво посмотрела на него. — Но я знаю тебя, Фрейзер Торн. Ты — честный и благородный.

— Я был виновен в растрате, — напомнил ей он, недоумевая, что могла найти в нем такая женщина. Он обязан доказать, что достоин Мег. — Но я не виновен в кражах, происходящих в «Скорпионе». — Он не знал, сказать ли ей истинную причину, по которой ее отец нанял его.

— Я знаю, Фрейзер. Но если ты заподозрил что-то неладное, то почему не сказал мне? Ты же знаешь, что значит для меня «Скорпион».

Ему бы следовало радоваться, что «Скорпион» — самое главное в жизни Мег. Но почему вдруг захотелось, чтобы Мег выказала такую же ярость, как Эмма, из-за того, что он скрыл от нее правду о себе?

Он отбросил эти предательские мысли.

— Да, я знаю, что «Скорпион» жизненно важен для тебя. Но уверяю, что не имею никакого отношения к неприятностям в компании.

— Фрейзер, я тебе верю. — Голос Мег звучал убедительно. — Просто папа считает, что это делает тот, кто имеет доступ к негативам обложек. А это значит, что под подозрением все, кто сегодня был на обеде, за исключением, разумеется, священника. Плюс редакторы, художники, производственники. Но как это может происходить? Кто может желать нам зла? И что будет, если мы лишимся всего, чего добились с таким трудом?

— Этого не случится. — Он подошел к ней и раскинул руки. Она с радостью очутилась в его объятиях. Он прижимал к себе ее хрупкое тело, гладил по спине и… ждал собственной чувственной реакции. Было бы весьма кстати сегодняшней ночью положить конец их платоническим отношениям, которые они сами для себя придумали.

У него было ощущение, что он обнимает сестру, но он решил, что это из-за стресса и усталости. Ему хотелось, чтобы их первая с Мег близость была красивой.

Интересно, почему его это волнует? Он беспокоится о себе или о Мег? Призраки из прошлого им не нужны.

Он осторожно отстранился от нее, но рук не разжал.

— Мег, я с пониманием отнесусь к тому, если ты отменишь свадьбу.

— Свадьбу? — Мег, наморщив лоб, посмотрела на него. — Неплохая мысль. Мы можем отложить ее на время, пока ситуация не разрешится.

Вот так удар! А он ожидал возмущенного взрыва в духе Эммы! Не подавая вида, он кивнул.

— Я пошлю завтра сообщение в газеты об отмене помолвки.

— Фрейзер, что ты! Я не хочу ее отменять. Ты — самое лучшее, что есть в моей жизни. Согласившись на брак с тобой, я приняла самое разумное решение. Мы ведь подходим друг другу. — Вид у Мег был непонимающим. — Ты, наверное, подумал, что из-за твоего криминального прошлого я не захочу выйти за тебя замуж.

— Вполне уважительная причина.

— Нет. Ради Бога, Фрейзер, за кого ты меня принимаешь? Я люблю тебя и твое прошлое мне безразлично. Главное — какой ты сейчас. Я знаю тебя — ты любящий, внимательный и ответственный. Из тебя получится замечательный муж и отец. Хотя должна признаться — тебе следовало все мне рассказать.

— Согласен.

— Ну ладно, значит, все улажено, — радостно заявила Мег и чмокнула его в губы. — В конце концов, я теперь знаю твой жуткий секрет. Большинство жен спустя годы узнают правду о своих мужьях!

Он стоял в коридоре напротив комнаты Эммы и с горечью думал о том, что Мег даже не подозревает о самом страшном его секрете. Что бы она сказала, узнай о том, что он — сбежавший жених Эммы?

Он хотел было вернуться в комнату Мег и излить ей душу, но передумал, пообещав себе сделать это завтра. Пора покончить с загадками. Нужно сообщить ей, что отец нанял его провести расследование в «Скорпионе», и рассказать правду про Эмму.

Но прежде он поговорит с Эммой Делейни. Подумать только, заявить во всеуслышание — а там были все подозреваемые им лица, — что она верит в его невиновность! И еще собирается доказать это!

Он постучал к ней и, не дождавшись ответа, повернул ручку двери. Эмма стояла около постели в кружевной рубашке. Она повернулась, и на лице у нее отразилось удивление. Белокурые волосы пышной копной обрамляли ее лицо.

— Ты!

Он стоял, молча уставившись на нее. Почему-то ему вспомнилось ее пристрастие к эротическому ночному белью.

— Входи и закрой дверь, пока нас не увидели! — резким тоном приказала она.

Он тихонько прикрыл дверь и вошел в комнату.

— Ну? — Эмма скрестила руки на груди. Он старался не обращать внимания на то, как рубашка обрисовывает ее фигуру. Почему он не был так же зачарован внешностью Мег, когда находился у нее в спальне? А сейчас все его мысли устремлены к постели Эммы, до которой всего три шага.

— Кто тебя просил лезть не в свое дело? — с порога набросился на нее Макс.

Эмма виновато потупилась.

— Я глупо поступила, когда столкнула тебя в фонтан, но ты был так самонадеян, считая лишь себя правым. Вот я и потеряла голову.

— Я не об этом. Я имею в виду твое намерение расследовать кражу и доказать, что я невиновен.

— Но я была вынуждена. Никто ничего не сказал в твою защиту. Да они смотрели на тебя как на вора. Не стоять же мне молча!

— Как раз это тебе и следовало сделать, — сквозь зубы процедил он.

— Нет. — Сверкая глазами, она вскинула подбородок. — И не указывай, что мне надо делать, Максвелл Фрейзер Торн. Не имеешь права!