Анна Эберхардт - Шепот страсти

— Но это был не я... — оскорбленно запротестовал он.

— Не ты? — спросила она с ледяной холодностью.

— Джек подтвердит, что я был с ним.

Она была готова к этому.

— Ты всерьез думаешь, что мне не поверят? Ты знаешь, как в маленьких городках любят скандалы. Я предоставлю им такой скандал, который прикончит и тебя, и твоего папочку. Мы оба знаем, как ему хочется найти предлог, чтобы лишить тебя наследства.

Она была абсолютно уверена в этом. Он тоже.

— Не переживай, Бью. Тебе понравится вторая часть соглашения.

Он едва расслышал ее,

— Вторая часть? — Ему не нравилось, что его принуждает, диктует условия худенькая девочка, знающая, что он должен согласиться, лишь бы она не привела в действие свою угрозу.

Она продолжала излагать свой план.

— В тот день, когда я закончу колледж, я хочу получить развод без всяких условий и разбирательств. Мне не нужно ничего твоего. Тогда, когда я получу степень, я сумею сама позаботиться о себе, и никто никогда не сможет снова манипулировать мною.

И он согласился на такие условия брака.

Его мать расплакалась, но дала согласие. Папочка не проронил ни слова по этому поводу, оставаясь верным себе, снова продемонстрировав свое безразличие.

Когда пришло время воспользоваться супружескими правами, Мелисса позволила ему это. Именно «позволила», и Бью знал это. Он до сих по пытался из избавиться от болезненных воспоминаний. С самого первого дня он только смотрел на нее, но не обладал ею. Он не мог выносить ее апатию. Она выключалась, ее сознание уносилось куда-то... в тот момент, когда он клал руку на ее тело. Это было все равно что заниматься любовью с бесплотным видением.

В отместку он стал специально афишировать свои романы на стороне, чтобы побольше ранить ее. Но его непрекращающиеся измены разбивались о стену ее апатии, отнимая тем самым даже иллюзию удовлетворения. Он был готов молить небеса, чтобы той ночи в амбаре никогда не было. Так получилось, что разрушилась жизнь не Слэйдера, а его собственная.

А вскоре появился Джеми. Маленький мальчик, которого он не мог любить. Единственной узнаваемой чертой у Джеми были глаза — такие же темные, как у Мелиссы. Он игнорировал Джеми. Но Джеми совершил невозможное и прокрался в сердце того, о ком, казалось, нельзя было подумать, что он его вообще имеет, — в сердце Адама Синклера.

Наблюдение за тем, как Джеми хвостиком ходит за Адамом, а тот уделяет ему терпеливо внимание, занимается с ним, только укрепило равнодушие Бью. Втайне Бью испытывал восторг, предвкушая несчастья Адама Синклера, когда Мелисса покинет их и заберет Джеми. Но этого не произошло. Адам снова ограбил его. Он умер раньше, чем Мелисса закончила колледж.

Бью проехал подъездную аллею и заглушил мотор. Он сидел в грузовике и в который уже раз доказывал сам себе, что он не испытывает никаких чувств к Мелиссе. Но он уже привык к тому, что она тихо спит рядом с ним, и от нее постоянно исходит такой сладкий запах. Он все время их брака мучил себя, покупая ей шелковые ночные рубашки и нижнее белье, и каждую красивую вещицу, какая только попадала ему на глаза, любил видеть ее в этих вещах, но не отваживался дотронуться до нее.

Он будет счастлив, когда она наконец уедет, лгал он сам себе, вылезая из грузовика.

От почтового ящика [14] В Америке в маленьких городках и в сельской местности почтовые ящики устанавливаются на дороге перед домом. к дому шел Слэйдер. Это напомнило Бью, что этот ублюдок живет на ферме и ведет себя так, словно ферма принадлежит только ему. Он должен добиться, чтобы Слэйдер убрался отсюда, чего бы это ему ни стоило.

Мелисса услышала, как Бью вошел на кухню, когда Слэйдер умывался, а она накрывала ужин. Слэйдер закончил умываться и стал помогать ей, носил горячие блюда. Бью тут же уселся на свое место у окна. За столом царило молчание, нарушаемое лишь звяканьем серебряных вилок о фарфоровые тарелки, когда все трое ели запеченную курицу, пышные бисквиты, кукурузу в початках, собранные с огорода помидоры и латук.

— Похоже, быть фермером, ковыряться в грязи доставляет больше удовольствия, чем быть зеком, а, Слэйдер? — спросил Бью, вгрызаясь в початок кукурузы.

— Я бы не сказал, что в такую засуху есть хоть какое-то удовольствие быть фермером. Когда я стал дисковать южные поля, чтобы подготовить их к внесению удобрений, поднялись клубы пыли...

— Может быть, пойдет дождь, — с надеждой произнесла Мелисса.

Бью метнул на нее убийственный взгляд, и она вспомнила, что должна играть против Слэйдера, а не поддерживать его, если желала добра себе.

— Что ж, может быть, — согласился Слэйдер, размышляя, какое значение имеют взгляды, которыми обменялись Мелисса и Бью.

— Ты слышал, как поздно ночью проехали пожарные машины? — спросила Мелисса.

— Джек сказал, что Джонни Бодекер говорил ему, что это был амбар Мейеров. Сгорел дотла, все пропало, пока он и шериф добрались туда...

Никто не смеялся, кроме самого Бью.

— А почему шериф и его помощник отправились туда? В пожарном департаменте подозревают поджог?

Бью пожал плечами.

— Кто знает? Я слышал, что сам Мейер напился перед этим. Может быть, он поджег свой амбар, чтобы получить страховку.

— А может быть, это несчастный случай, — сказал Слэйдер с сочувствием. — Если он перед этим напился, его страховка может быть признана недействительной. Ты же знаешь, Бью, как мало нужно в такую жару, чтобы начался пожар.

— Да? А может быть, это ты все устроил, — подленько заметил Бью. — Я слышал, что ты приехал на рассвете, не так ли? Забавно, что всякие неприятности происходят, когда ты где-то поблизости. Может быть, ты просто приносишь несчастье с собой, а может быть, это округ Джефферсон несчастье для тебя.

Слэйдер предпочел не отвечать на выпад Бью.

— Можно еще бисквитов к патоке? — спросил Бью, перенося свое внимание на Мелиссу.

Мелисса ушла и вскоре вернулась с несколькими бисквитами, которые держала в духовке, чтобы они оставались горячими. Слэйдер вилкой подцепил один бисквит, в то время как Бью стал ложкой накладывать на свою тарелку густую патоку из сорго.

— Могу поспорить, что ты соскучился по всяким сладостям, пока был в тюрьме, а, Слэйдер? — Бью рывком усадил Мелиссу к себе на колени. Он подвинул патоку к Слэйдеру, продолжая по-хозяйски удерживать рукой Мелиссу.

Мелисса приучила себя не реагировать, когда Бью дотрагивался до неё, но в этот момент она ненавидела его. Снова она чувствовала отвращение к своему положению заложницы этих двух мужчин. Она видела, как Слэйдер вцепился в ножки своего стула, чтобы сдержаться, не выйти из себя. Она почти слышала, как он напоминает себе, что она жена Бью. Но по своим соображениям она не могла воспротивиться этому грубому поведению Бью. Бью слишком ясно дал ей понять: ей лучше делать вид перед Слэйдером, что ей все это нравится, если она хочет, чтобы Бью честно выполнил их соглашение.