Анна Эберхардт - Шепот страсти

— Не бери в расчет Слэйдера. Он тут не останется, — сказал Бью, глядя поверх его головы на Эверетта Спенсера, все еще злясь, что юрист отказался опровергнуть завещание.

— В самом деле? А он заказал у меня семена... Сказал, что остается...

— Этого не будет, — пообещал Бью, отходя от него.

Политикан разглагольствовал перед людьми по-свойски, словно это не он приехал сюда на новеньком «мерседесе». Ему было нелегко конкурировать с ароматами барбекью, [18] Барбекью — Целиком зажаренная на вертеле туша бычка, барана или поросенка, от которого отрезают кусочки-порцин, похожие на шашлык. исходящими из-под тента, окруженного летними столиками. Несколько человек из толпы двинулись в сторону барбекью, в том числе Бью и Мелисса.

— Я не уверена, что эта еда сейчас вовремя, — сказала Мелисса, пробуя кусок жареного мяса.

— Почему? — спросил Бью, вытирая бумажной салфеткой соус в уголках рта и швыряя ее на столик.

— Аттракционы...

— Аттракционы... Я не собираюсь идти ни на какие дурацкие аттракционы. Я пришел посмотреть конное шоу.

— Ладно. А я пойду на аттракционы, как только стемнеет, — твердо сказала Мелисса. Она любила и считала их более возбуждающими и магическими, когда они проводились при искусственном освещении вечером.

Бью доел свою порцию и прихватил с собой пиво.

— Делай что хочешь. А я пойду взгляну на лошадей. А потом буду на открытой трибуне. Посмотрю, как будут выступать старые друзья. Купить тебе программку или ты намерена обойтись без нее?

— Я только взгляну на твою, — практично крикнула она, стараясь перекрыть шум толпы у входа и гремящий оркестр, мимо которого они проходили. — Ты иди, я найду тебя позже, после.

Это были как раз те слова, которые и хотел услышать Бью. Он еще не видел Цисси, но она должна была находиться где-то здесь. Он глядел, как Мелисса шла к единственной стационарной постройке на ярмарочной площади. Здесь проводились выставки по шитью-вязанью и выпечке. Бью направился в противоположную сторону.

Мелисса попробовала один из пирогов-победителей миссис Бодекер и поздравила ее с получением нескольких призовых голубых лент. Потом она прокатилась на всех аттракционах, за исключением «Колеса Ферриса». [19] « Колесо Ферриса » — Аттракцион, изобретенный в 1896 г. американским инженером Г. Феррисом, у нас известен под названием «Чертово колесо» или «Колесо обозрения». Боялась высоты. Затем бродила по территории и играла во всевозможные игры. Не имело значения, что ничего не выиграла. Мелисса вовсе не рвалась стать обладательницей приза. Особенно огромной, лохматой розовой птицы, которую выиграл Поль Хантер.

Она повернулась к последнему аттракциону, который еще не испробовала: к «Будке предсказаний», из которой выглядывал манекен цыганки.

— А я все время ищу тебя, — сказал Слэйдер.

— Правда? — спросила Мелисса, удивленная тем, что встретила здесь Слэйдера.

— Да. Почему ты не идешь к аттракционам? Я помню, что ты любила кататься на них, особенно в темноте, при искусственном свете.

— Я хочу узнать, какое будущее меня ждет, — сказала Мелисса, кивнув на будку, из которой только что вышли школьницы.

— Пойдем к аттракционам, и я бесплатно расскажу тебе о твоем будущем, — пообещал Слэйдер, беря ее за руку.

Мелисса вдруг обнаружила, что она покорно следует за ним. Когда Слэйдер остановился перед «Колесом Ферриса», она запротестовала.

— Ну, пойдем, Лисса, — упрашивал Слэйдер, положив руки ей на плечи. Потом он приподнял пальцами ее подбородок и взглянул прямо в глаза. — Раньше ты соглашалась пойти туда со мной.

— Раньше я доверяла тебе, — холодно ответила она.

— Черт!.. — пробормотал Слэйдер, так стиснув губы, что они побелели; сунув руки в карманы, он повернулся к ней спиной.

Заметив направляющегося в их сторону Бью, Слэйдер мгновенно принял решение. Снова повернувшись к Мелиссе, он подхватил ее на руки и оторвал от земли. Сунув служащему аттракциона несколько долларов, он приказал:

— Не останавливай эту чертову мельницу, пока я тебе не подам сигнал.

— Слэйдер! Немедленно опусти меня! — потребовала Мелисса.

— Счастлив подчиниться! — заявил он и опустил ее на сиденье в железной клетке, которую только что остановил перед ними служитель.

Как только Слэйдер уселся, служитель тут же запер кабинку, улыбаясь при виде того, как Мелисса пыталась освободиться.

Слэйдер придерживал ее своими сильными руками, служитель включил рубильник, «Колесо Ферриса» начало движение.

Мелисса с широко раскрытыми глазами умоляла Слэйдера остановить аттракцион, дать ей возможность выйти. Когда же поняла, что это бесполезно, она заявила:

— Верно, я почти забыла, что ты все делаешь по-своему.

Слэйдер закрыл глаза и ослабил руку, Мелисса тут же высвободилась.

Они молча сидели, потом Слэйдер открыл глаза.

Они взглянули друг на друга, и Мелисса на мгновение забыла о страхе высоты.

— Лисса, это было не так, как ты думаешь...

— Ты пытаешься сказать мне, что не виноват, Слэйдер? Я была там, я помню. Поверь мне, я помню.

Он поднял ее левую руку.

— Единственное, в чем я виноват, — он указал взглядом на золотое обручальное кольцо на ее пальце, — это в том, что ошибался в тебе.

— Что?

— Объясни это мне, — сказал Слэйдер, повернув кольцо на ее пальце.

Она отвернулась.

Колесо остановилось, когда они находились в самой высокой точке. Служитель внизу начал впускать в кабинки новых посетителей. Страх высоты вернулся к Лиссе с новой силой, она начала дрожать. Порыв ветра раскачал их кабину, и ее страх возрос до предела.

Слэйдер инстинктивно подвинулся к ней, ее лицо побелело как мел, и она прильнула к нему.

— Закрой глаза, — приказал он. Его голос охрип. — И прижмись крепче, — добавил он.

Она послушалась, тут до боли страстное влечение, так долго сдерживаемое, вырвалось из-под ее контроля. Желание, эмоциональная и сексуальная потребность пробудились, вырвали их из реальности. Их обостренные чувства были направлены лишь друг на друга. Время и место, вопросы и ответы больше не имели значения, перестали существовать. Они прижались друг к другу так, словно разделиться для них означало бы умереть. Они не целовались. Они обнялись, прижались друг к другу всем телом. Она чувствовала, как его тело отчаянно взывало к ней.

— Я люблю тебя, Лисса... — проговорил он фразу, которая одновременно была для нее и ядом, и противоядием. — Ты моя, черт побери, моя, а не его.

— Хватит! Ты, негодяй...

Они не заметили, как «Колесо Ферриса» начало опускаться, настолько они были поглощены друг другом. Они не очнулись, даже когда колесо остановилось, достигнув нижней точки.

Слэйдер медленно открыл глаза.