Дебора Диксон - Ты - мой спаситель

— Привет, шеф. Здравствуйте, мисс Сент-Джон.

— Привет. — Ее улыбка была бледной копией той ослепительной улыбки, которой она одарила его несколько дней назад.

Бо отстал от Мэгги, когда она прошла в кабинет. Затем повернулся к Расселу.

— Я жду досье из…

Опередив его, Рассел произнес:

— Уже здесь. Подумал, что это важно, поэтому уже собирался запереть его в шкаф до завтра. — Он бросил на стол ключи и подал Бо запечатанный конверт. — Не хотел доверять его новым уборщикам и не знал, когда вы появитесь и придете ли вообще.

Бо не обратил внимания на тонкий намек Рассела на то, что хорошо бы ввести его в курс дел Мэгги.

— Возможно, я попрошу тебя немного поработать для меня сверхурочно и понаблюдать за Мэгги. Можешь немного задержаться?

— Никаких проблем. Я все равно перебирал тут бумаги и ждал лабораторных результатов по пожару у Беннета.

— Зачем? Лаборатория все равно не выдаст результаты за один день.

— Разве вы не велели мне расследовать этот случай так, словно это дом моей мамы? Я так и думал, — сказал он, когда Бо подтвердил свое распоряжение кивком. — Поэтому я обещал лаборатории отдать им вашего первенца, если они позвонят мне до половины шестого.

Бо рассмеялся, как ему показалось, в первый раз за много дней.

— Я знал, что могу положиться на тебя, Рас.

— Ну… раз уж вы в таком хорошем настроении, то я должен вам признаться. — Он заговорщически понизил голос. — На самом деле я пообещал Лоле — вы ее знаете: не замужем, шикарная, высокая, с длинными черными волосами. Намекнул ей, что именно она может стать матерью вашего первенца.

Бо улыбнулся и перевел взгляд на Мэгги, которая ждала в его кабинете.

— Извини, Рас, кажется, я не смогу достойно сдержать твое обещание.

— Догадываюсь, что мне придется пожертвовать собой и заменить вас. Это будет нелегким делом… надеюсь. — Затем из голоса Рассела исчезла добродушная насмешка. — Будьте осторожны, Бо.

— Я всегда осторожен, — пообещал тот и направился к себе в кабинет.

У Рассела хватило то ли здравого смысла, то ли воспитания прямо не назвать его лжецом.

Когда Бо прикрыл за собой дверь, Мэгги подняла на него глаза. Она была тихой и бледной с тех пор, как они уехали из ее дома. Ее взгляд с испугом метнулся к конверту.

— Это оно? — спросила Мэгги, указывая на конверт.

— Боюсь, что да. — Бо сел за свой стол и сломал печать, потом остановился на мгновение. — Ты можешь подождать в комнате с Расселом, если хочешь. Я приду за тобой, если у меня возникнет вопрос.

Мэгги слегка покачала головой.

— Лучше я останусь здесь. Со мной все в порядке.

Бо в этом сильно сомневался, но, как и у Рассела, у него хватило здравого смысла и воспитания не назвать ее в лицо лгуньей.

И еще он знал, что у Мэгги сильный характер. Она не сломается, а если это произойдет, будет отрицать до последнего дыхания. Поэтому Бо позволил ей остаться.

В конверте лежали две папки, в том числе досье из полиции. Он откинулся на спинку стула и повернул досье так, чтобы Мэгги не видела снимков места происшествия и аутопсии. Тело Сары не сгорело, но Бо не думал, что Мэгги нуждается в новом горючем для подогрева чувства вины, которое и так давило ее.

Не обратив внимания на очевидные выводы — что пожар произошел в результате несчастного случая, — он изучил доказательства в пользу поджога. Даже после этого, при первом знакомстве с досье, он не мог не согласиться с определением пожарной бригады. Все выглядело как пожар от загоревшегося жира, который вспыхнул на сковородке. Чистая случайность. Честно говоря, он и сам бы пришел к такому выводу.

Поэтому он начал снова и прошелся по всем деталям.

Дом был надежно заперт. Не имелось никаких следов того, что Сара употребляла спиртное или применяла наркотики. Местом возгорания была плита. Картофельные очистки найдены в мусорном ведре, а нож лежал на столике. Черная чугунная сковородка на дальней горелке подтверждала теорию о том, что Саре захотелось кушать, и она решила поджарить картошку.

Развитие пожара позволяло предположить наличие горючего вещества, способствовавшего горению, но присутствие небольшого вентилятора на кухонном столе объясняло распространение огня в коридор и в переднюю часть дома. Лето в Луизиане выдалось необычайно жарким, достаточно жарким, чтобы объяснить тот факт, что в доме были включены все вентиляторы. Сара, должно быть, ушла в гостиную в ожидании, пока разогреется жир, и уснула в кресле.

Бо нахмурился. Вентилятор практически гнал на нее смертоносную струю.

Датчик дыма в коридоре у кухни не работал — в нем не было батарейки, что часто приводило к трагическим последствиям. Бо наблюдал такое каждый день. Люди терпеть не могут возиться с постоянными сигналами тревоги, когда что-то сгорает на кухне, поэтому отключают сигнализацию. Аластеры признались, что иногда вынимали батарейку, и не могли вспомнить точно, когда заменяли ее в последний раз, и делали ли это вообще.

Бо подумал, что их должно еще больше мучить чувство вины, чем Мэгги.

Вскрытие показало, что Сара была жива во время пожара. Эксперт нашел следы дыма в трахее, а также явные следы сажи у ноздрей и вокруг губ, что заметили и пожарники. У нее на голове был след от удара, объяснимый падением, а само падение легко объяснялось потерей ориентации.

Горящий пластик выделял невероятно токсичные газы, но даже обыкновенного углекислого газа было бы достаточно, чтобы лишить Сару способности ясно мыслить. Бо предположил, что она проснулась одновременно с Мэгги, когда сработал сигнал тревоги наверху. Но дым и ядовитые пары, которые вентилятор гнал прямо на нее, уже замедлили ее реакцию и подписали смертный приговор.

Когда Бо во второй раз иссяк, он сделал последнюю попытку и стал искать только нечто необычное. Нечто очень незначительное, нечто такое, что не заметили восемнадцать лет назад, потому что подавляющее количество доказательств свидетельствовало в пользу случайного пожара. Третий раз совершил чудо. Он нашел несоответствие, глядя на фотографию Сары на месте пожара. Она была полностью одета в юбку, блузку с оборками и черные выходные туфли.

Вот оно!

Пожар произошел после полуночи. И все же Сара не переоделась в шорты с майкой или халатик. Было так жарко, что работал вентилятор, но Сара не сняла нарядные туфли. Такие туфли предполагают чулки и эластичный пояс; по крайней мере, так одевались восемнадцать лет назад. В поясе ей было дьявольски жарко, слишком жарко, чтобы носить его без особой необходимости.

И почему она готовила еду в блузке с оборками? Никто не жарит картошку в жаркую летнюю ночь в блузке с оборками и в выходных туфлях. Может, кто-то и чистил эту картошку, но только не Сара.