Анна Брон - Впервые

Лорен покраснела.

Всю оставшуюся часть дня Ник был на деловых встречах, так что в пять часов Лорен вздохнула с облегчением. Вернувшись на свой этаж, где располагались сотрудники «Синко», Лорен услышала, как до следующего рабочего дня закрываются ящики столов и шкафов. Занятая своими мыслями, она автоматически кивнула, когда ей напомнили о посиделках в пабе, но, едва увидав Джима, она тут же забыла о своих планах и выразительно посмотрела на него.

— Хочешь поговорить? — спросил он, кивая на кабинет.

Лорен села в кожаное кресло возле его стола.

— Давай… Мы, кажется, уже прошли тот рубеж, за которым остаются все формальности.

— Зачем ты стоял там и слушал? — спросила Лорен, дрожащей рукой убирая с лица мешавшие ей волосы: — Зачем говорил о нас… о себе и обо мне то, чего не было и быть не может?

Джим откинулся на спинку своего кресла и изогнул губы в горькой усмешке.

— Когда я пришел с ланча, то узнал, что тебя перевели к Нику, вот и отправился к нему убедиться, что ничего нехорошего не происходит. Мэри сказала мне, что ты только что зашла в его кабинет. Поэтому я открыл дверь и посмотрел, не надо ли тебя спасать. Ты была на высоте… когда, ангельски улыбаясь, передавала ему сообщения от других женщин и отвергала его вариант «связи».

Джим закрыл глаза и рассмеялся.

— Да, Лорен, ты была великолепна! Я уже было хотел уйти, когда ты послала его в нокаут, сказав о своей будущей дочери, что ты рассчитываешь на него, когда придет время приобщить ее к тайнам секса, к которым он, по-видимому, приобщил тебя.

Приоткрыв один глаз, он посмотрел на пылавшие щеки Лорен и помахал рукой.

— Как бы то ни было, ты отвергла физические притязания Ника, поэтому я и хотел уйти, как вдруг он заявил, что ни на чем не может сосредоточиться, потому что думает о тебе. Тут ты поддалась и начала тонуть, поэтому я выступил на авансцену и дал тебе возможность опомниться.

— Зачем? — повторила свой вопрос Лорен.

Джим долго молчал.

— Думаю, потому что я видел, как ты рыдала из-за него, а я не хочу, чтобы ты страдала. По крайней мере, если он тебя достанет, ты уйдешь, а мне нравится, что ты здесь работаешь. — Его карие глаза потеплели. — Юная леди, вы на редкость красивы, но вы еще талантливы, умны и образованны.

Лорен улыбкой ответила на комплимент, но не позволила Джиму увести разговор в сторону. Он объяснил ей, зачем пришел к Нику, но зачем нужно было убеждать Ника в том, что ее с Джимом связывают особые отношения?

— Если Ник решит, что я нужна тебе, то его интерес ко мне усилится, следовательно, он будет тратить на меня больше времени, правильно? — Джим хотел было что-то сказать, но Лорен не дала ему такой возможности. — А если он будет больше времени тратить на меня, то у него не останется времени на Эрику Моран, да?

Джим прищурился.

— Ник, Эрика и я учились в одном колледже. Мы дружим уже Бог знает сколько времени.

— Дружите?

— Мы с Эрикой были помолвлены, но с тех пор прошло много лет. — Признание давалось Джиму с большим трудом. Немного помолчав, он хитро посмотрел на Лорен. — Может быть, мне надо сделать так, как я сказал, и поухаживать за тобой?

Лорен засмеялась.

— У меня появилось ощущение, что ты такой же развратный циник, как твой начальник. — Глаза Джима округлились от удивления, и Лорен пожалела его. — Но, несмотря ни на что, ты очень привлекателен.

— Благодарю, — сухо произнес он.

— В колледже вы с Ником были близки? — спросила Лорен, стараясь побольше разузнать о Нике.

— Нет. Он учился на стипендию, поэтому не мог принадлежать к нашему студенческому братству. Да не жалей ты его, дурочка. У него не было денег, зато были мозги… Он ведь блестящий инженер. И еще у него полно девиц, из которых несколько должны были быть моими.

— Я не жалею его, — заявила Лорен, поднимаясь.

— Кстати, — остановил ее Джим, — я поговорил с Мэри и объяснил ей, кто кого соблазнил несколько недель назад.

Лорен вздохнула.

— Лучше бы ты не…

— И это вместо благодарности! Мэри работала еще с дедом Ника. Она знает нашего босса с младенчества и бесконечно ему предана. А к тому же Мэри моралистка и питает откровенную антипатию к агрессивным молодым женщинам, которые преследуют ее любимца. Да если бы не я, она превратила бы твою жизнь в кромешный ад.

— Если она такая моралистка, — задумчиво произнесла Лорен, — то не представляю, как она сработалась с Ником.

Джим засмеялся и понимающе подмигнул Лорен.

— Она любит Ника, а заодно и меня, поэтому мы вне подозрений.

Лорен остановилась в дверях.

— Джим, — неожиданно спросила она, — ты пришел туда исключительно ради меня? Я хотела сказать, Куртис — всего лишь предлог?

В глазах Джима промелькнуло любопытство.

— Нет, не всего лишь предлог, но предлог. — Он хмыкнул, открывая портфель и складывая в него нужные бумаги. — Ник сказал мне, что разговор с Куртисом можно отложить. Это не срочно, следовательно, мое неожиданное появление у него в кабинете ничем не оправдано. А почему ты спросила о Куртисе?

Лорен похолодела.

— Да так. Просто к слову пришлось.

Джим застегнул наконец портфель.

— Пойдем. Я провожу тебя.

Они пересекли мраморный холл, и Джим открыл тяжелую стеклянную дверь, пропуская Лорен вперед. И она сразу же увидела Ника, который быстрыми шагами шел к поджидавшему его серебристому лимузину.

Неожиданно Ник оглянулся и, естественно, заметил Джима и Лорен. Сначала он внимательнейшим образом оглядел Джима, потом перевел взгляд на Лорен. Ник улыбался, но в его глазах она прочитала предупреждение. Завтра он не собирался так легко выпускать ее из своих когтей.

— Куда ехать, мистер Синклер? — спросил шофер, когда Ник наконец уселся в свой роскошный автомобиль.

— В аэропорт.

Ник оглянулся, чтобы посмотреть, как Джим и его спутница пересекают широкую улицу. Он вновь высоко оценил изящные линии фигуры Лорен, грациозность ее походки, которой непобедимая гордость придавала нечто такое, чего не было у других женщин.

Шоферу легко удалось использовать едва наметившуюся брешь в движении машин, и он быстро вписался в общий поток. Задумавшись о Лорен, Ник вдруг понял, что ему все в ней нравится. Она вызывала у него самые разнообразные чувства: любопытство, гнев, восхищение. Ничего не скажешь, Лорен — это чувственность, нежность и гордость в великолепной упаковке. А несказанное наслаждение, которое он испытал… Нет, об этом лучше не вспоминать.

Откинувшись на спинку мягкого кожаного сиденья, Ник размышлял об их отношениях. Он всегда считал безумием связываться с женщинами, которые у него работают. Если бы ему могло прийти в голову, что он не устоит перед чарами Лорен, он бы подыскал ей работу у кого-нибудь из своих приятелей. Теперь уже поздно…