Мадлен Кэр - Поединок страсти

— И что он сказал? Элен мягко рассмеялась.

— Он сказал, что с нетерпением будет ждать того дня, когда ты вернешь себе свой нормальный виц. Как он себя вел, когда увидел тебя на Ямайке?

— Он… он не узнал меня.

— Меня это не удивляет, — улыбнулась Элен.

— Нет, ты не поняла, — сухо сказала Софи. — Он вообще не узнал меня. Ни тогда, ни после. Он стал ухаживать за мной. Я думала, что он просто хочет немного поразвлечься, и решила подразнить его. Я солгала ему насчет своего имени и внушила, что мы никогда раньше не встречались.

— Боже мой, Софи! Но почему!

— Мне казалось, так я расквитаюсь с ним, что-то докажу. Но… все так быстро изменилось. Думаю, что в конце концов он увлекся мною всерьез, а я просто не знала, что после этого делать. Я вела себя просто ужасно. В день отъезда я написала ему письмо, в котором рассказала всю правду о себе. Глупое, детское письмо. Но к тому времени он уже занимал слишком большое место в моей жизни. Не знаю, что меня заставило повести себя подобным образом, знаю только, что сейчас очень жалею об этом. Вот Почему он чувствует такое отвращение ко мне, Элен.

— Ах, Софи! — с сожалением протянула Элен. — Как ты сглупила!

— Целых три недели я постоянно думала об этом и надеялась, что он все-таки даст о себе знать. Я даже не могла представить, насколько он зол на меня. Вчера вечером он… он говорил мне в лицо такие ужасные вещи. И с Дженни он пошел лишь для того, чтобы нанести мне ответный удар. Он решил наказать меня за мой поступок. — Ее голос с трудом повиновался ей. — Что же мне делать?

Элен долгое время молчала, как будто что-то обдумывая.

— Я не знаю, что здесь можно сделать, — сказала она наконец. — Но я хочу рассказать тебе кое-что о Кайле Харте — я знаю его уже давно и считаю своим хорошим другом. Он прирожденный борец, Софи, и любит добиваться своего. У него была довольно бурная юность, но, проведя пару лет на Карибах, он угомонился. Он тебе рассказывал об этом?

— Немного, — сказала Софи.

— В общем, с тех пор он сделал блестящую карьеру. Благодаря ему его банк заработал целую кучу денег, и сейчас он один из самых могущественных людей в Сити. Кайл был автором бесчисленных проектов и имеет очень высокую репутацию в деловом мире. Он невероятно много работает и не боится риска. Что касается женщин… я думаю, не нужно и говорить, что стоит ему только свистнуть… У него были романы со многими красивыми женщинами, но ни одна из них не смогла по-настоящему затронуть его чувства. Ты, наверное, считаешь, что я слишком рьяно защищаю его?

— Есть немного, — шутливо сказала Софи.

— Я просто стараюсь объяснить ситуацию. Дело в том, что, несмотря на весь свой успех у прекрасного пола, Кайл очень недоверчив. Возможно, это связано с его прошлым опытом, а может быть, он просто так устроен. Не берусь судить. Но он огородил себя неприступным барьером и относится с великим подозрением к любой женщине, пытающейся пробить в нем брешь. Всякий раз, когда ему кажется, что кто-то из них старается слишком сблизиться с ним, он тут же уходит в глухую оборону и вычеркивает их из своей жизни. Я наблюдала это, не раз они приходили ко мне в слезах, пытаясь выяснить причину его охлаждения к ним, и я вынуждена была говорить им, что ничего не знаю. Мне всегда казалось, что Кайл предпочитает иметь с женщинами простые и легкие отношения, без особой привязанности и серьезных обязанностей с обеих сторон. К несчастью, — добавила она с легким вздохом, — он из тех мужчин, с которыми для большинства женщин такие отношения невозможны. Как правило, все они безумно влюбляются в него.

— Влюбиться в него нетрудно, — сухо сказала Софи.

— Полагаю, что так. Я вот что хочу сказать, дорогая. Кажется, ты оказалась тем самым исключением, которое не подчиняется правилам. У меня такое ощущение, что тебе все-таки удалось преодолеть его оборону. Вероятно, ты смогла увидеть Кайла с такой стороны, с которой его знают очень немногие женщины. Я уже говорила, — мягко добавила она, — Кайл всегда был к тебе неравнодушен. Но, судя по тому, что произошло… вероятно, не подозревая об этом, ты слишком сильно ранила его самолюбие.

— Но я действительно не хотела этого, — сказала Софи, осознавая весь ужас случившегося.

— И скорее всего, он очень разгневан. А в гневе он способен нанести сокрушительный удар. Я не знаю, что можно сделать в такой ситуации, но уверена, что ты ничего не добьешься, если попытаешься сразиться с ним. Может, мне поговорить с ним?

— Нет, нет, пожалуйста, не надо. Это все равно ничего не даст.

— Наверное, ты права. Софи, я знаю, тебе будет неприятно услышать это, но я ни разу не видела, чтобы Кайл возвратился к той, кого он однажды вычеркнул из своей жизни. Если уж он решил завязать роман с твоей кузиной, то для тебя самоубийство присутствовать при этом, и здесь ты абсолютно бессильна. Разве что тебе постараться преодолеть твои чувства и помнить, что Дженни намного менее уязвима для Кайла, чем ты.

Элен еще долго говорила о Кайле, но Софи после всего услышанного пришла в оцепенение. Как же она примирится со всем тем, что сегодня узнала?

Тогда ей казалось, что то, что Кайл говорил ей в Очо-Риос, он привык говорить всем женщинам, с которыми хотел завести роман… а выходит, что это относилось только к ней. Кайл был не из тех, кто легко и походя бросается словами любви.

Ты необыкновенная женщина, любовь моя. Я уверен, что мы с тобой уже встречались когда-то. Если не в этой, то, наверное, в другой жизни. Я чувствую, что мы знакомы. Самое главное — это снова не потерять друг друга.

А она была так высокомерна, так холодна с ним.

Так говорить могут лишь пустые и поверхностные люди, а не те, кто чувствует так же глубоко, как мы с тобой.

Она грубо отринула его чувства, бездумно отвергла редчайшее сокровище, которым Кайл мог одарить женщину, — его доверие.

И теперь она никогда не вернет его.

Было уже около половины одиннадцатого, когда Софи услышала, как Дженни своим ключом открывает дверь. С ней был Кайл.

Они были в тех же вечерних костюмах, что и вчера, и Кайл все с той же небрежной уверенностью обнимал ее за талию, когда они, весело смеясь, входили в ее небольшую квартиру. Они принесли с собой запах духов, виски и сигар.

— Ты представить себе не можешь, как чудно мы повеселились, — довольно улыбаясь, сказала Дженни, обрушиваясь в кресло рядом с Софи и откидывая назад свои рыжевато-золотистые волосы. Она была похожа на кошку, съевшую целый горшок сметаны.

— В самом деле? — весело спросила Софи, избегая насмешливых глаз Кайла. — Где же вы были?

— Вряд ли я смогу вспомнить. — Дженни лениво зевнула, показав на мгновение розовые глубины своего рта. — Сначала в диско. Как называлось то место, милый?