Тасмина Перри - Папины дочки

Серена тут же насторожилась.

— Вообще мы можем расширить поле деятельности, — продолжала она, ухватившись за перспективную идею, — мои агенты неоднократно предлагали мне сделать это. — Серена подумала, что рынок Северной Америки с ее участием мог быть куда более прибыльным, нежели европейский, и если бы доход составил миллионов пять в год, то процентное прибавление к ее контракту было бы весьма существенным.

Сидни помолчал немного и затем как-то беспокойно заерзал в кресле.

— Мы с Лизетт как раз говорили о возобновлении вашего контракта…

— Как поживает Лизетт? — невинно улыбаясь, поинтересовалась Серена.

Сидни кивнул:

— Хорошо, очень хорошо. Вы же знаете, в работе я полностью доверяю ее мнению.

— О да, она очень умная женщина, — согласилась Серена.

— Она не только моя супруга, но и администратор; она не ошиблась, когда три года назад пригласила вас. Но едва ли теперь мы можем рассчитывать на сотрудничество с вами, после того как вы покинули Лондон с Майклом Саркисом…

Серена чуть не подпрыгнула на месте.

— Я знаю, — воскликнула она, — это было неожиданно для многих, но в плане карьеры это был едва ли не самый мой удачный шаг за последнее время! Я полагаю, что мы вполне могли бы сейчас завоевать и североамериканский рынок.

— Я не это имел в виду, — возразил Сидни.

— Поверьте, это было бы перспективное сотрудничество, — настаивала Серена.

Сидни поднялся с дивана и, сняв пиджак, повесил его на спинку стула.

— Ваши отношения с Майклом Саркисом наносят ущерб репутации фирмы.

Улыбка тут же исчезла с лица Серены.

— Вы можете не беспокоиться об этом, — стала оправдываться она. — В Каннах между нами произошла размолвка, и я прекратила с ним отношения. Я гарантирую, что больше никаких инцидентов не будет.

— Вы беременны, — ответил Сидни тоном обвинителя.

— Да, — обиженно отозвалась Серена и с вызовом добавила: — Такое иногда случается с женщинами.

Сидни откинулся на спинку дивана, словно желая тем самым увеличить дистанцию между собой и Сереной.

— Вы очень красивая женщина, — сказал он наконец с улыбкой, — но вы представляете фирму, которая превыше всего ставит качество, элегантность и традиционные ценности. Вы подрываете доверие клиентов своим поведением.

— Я уже сказала, что все в прошлом, — упрямо возразила Серена.

Сидни несколько минут держал Паузу.

— К сожалению, Лизетт считает, что за последние две недели положение изменилось в худшую сторону.

— Послушайте, это смешно! — возмутилась Серена. — Майкл повел себя дурно, и я рассталась с ним. Я жду от него ребенка. Но на дворе двадцать первый век. Кажется, сейчас уже не принято осуждать женщину за то, что она беременна.

— Вы представляете компанию, которая придерживается определенных принципов, — медленно, отчеканивая каждое слово, произнес Сидни. — Вы сами знаете, как консервативна Америка. Мы имеем успех лишь до тех пор, пока поддерживаем традиционные ценности. А в вашу историю замешаны какие-то проститутки…

— Хорошо, давайте оставим Америку в покое, — предложила Серена. — Мы хотели обсудить контракт…

Сидни не обратил внимания на ее реплику.

— На данный момент ваш европейский контракт тоже под сомнением. Это не самое удобное время для его возобновления.

Внутри у нее все оборвалось.

— Неужели потому, что я беременна? Вы считаете, что это помешает моей работе?

— Ваш контракт истек, и компания пока что не намерена его возобновлять, — ответил он. — Бэй Линг весьма успешно представляла наш брэнд на Востоке, и у нас есть все основания полагать, что она будет не менее успешно делать это на Западе. Работа с ней приносит компании колоссальную прибыль.

Серена смотрела на него в полном недоумении.

— Вы хотите заменить меня ею? — Она повысила голос чуть ли не до крика. — Вы же знаете, как я была популярна в Европе, меня называли Английской розой! Я была успешной моделью! Почему вы решили заменить меня какой-то китаянкой?

— Решение уже принято, — прервал ее Сидни, — мы очень признательны вам за работу в течение трех лет. Мы с Лизетт хотели поблагодарить вас и преподнести вот этот подарок.

Он положил на стол косметический набор Жоли.

— Оставьте это для Бэй Линг, — холодно ответила Серена.

Сидни вежливо кивнул. Когда Серена вышла из комнаты, он открыл упаковку, взял пудреницу и посмотрел в зеркальце на свои отбеленные зубы, не потемнели ли они от выпитого только что чая. Убедившись, что все в порядке, он захлопнул крышку.

День для поло выдался идеальный. Возможно, игрокам палящее полуденное солнце и не казалось таким уж приятным подарком, но вот у Камиллы, которая наблюдала за ними под тентом, попивая прохладное белое вино, погода вызывала исключительно приятные эмоции. Теперь ей предстояла нелегкая задача — решить, как и где провести выходные. Будучи уже узнаваемой персоной, которой предстояло восхождение по политической лестнице, Камилла больше не могла позволить себе необдуманных поступков. В отличие от Серены, постоянно провоцировавшей публику своими экстравагантными выходками, ее сестра намерена была вести себя соответственно новому статусу и ревниво оберегать свою репутацию. Во всяком случае, начинающий политик должен помнить о том, что за ним зорко наблюдают те, от кого будет зависеть его дальнейшее продвижение. Она пришла к выводу, что самым разумным времяпрепровождением будет посещение ежегодной игры в поло, учитывая, что пригласил ее сам Джош Джексон, владелец клуба, бас-гитарист легендарной рок-группы «Феникс».

— Ну и где же он? — спросила Кейт, оглядывая собравшихся — знаменитых актеров и светских львов, наслаждавшихся шампанским и усердно делавших вид, что их очень интересует поло.

До отправки журнала в типографию оставалось всего два дня, но Кейт все же согласилась пойти с Камиллой. Соблазн познакомиться с хозяином — звездой рок-группы, которая выпустила недавно мультиплатиновый альбом «Альбатрос», был так велик, что даже рабочие треволнения не смогли помешать ей воспользоваться приглашением.

Камилла кивнула на одного из загорелых игроков, гарцевавшего на лошади по изумрудно-зеленому полю. В руке он крепко сжимал деревянную клюшку.

— Да вот же он, — сказала она. — Он уже так давно играет, что, по-моему, пропустил и завтрак и обед.

— Какой ужас! — засмеялась Кейт. — Значит, я даже не смогу с ним поздороваться!

Рядом с ними за столом сидели человек восемь гостей, и Камилла, наклонившись к сестре, чтобы никто из них не слышал ее слов, пояснила:

— Я пришла из вежливости. Ты же знаешь, я не интересуюсь поло. Но на приглашение нельзя было не отреагировать.