Тасмина Перри - Папины дочки

— Вы здесь, — небрежно бросила она и снова посмотрела на часы, — успеете все сделать?

— Попробую, — ответил он, — до сих пор на сцене возятся полсотни рабочих, если что, подожду до полуночи.

Он положил на стол конверт уверенным жестом карточного игрока. Мария схватила его и, открыв, принялась пересчитывать пятидесятифунтовые купюры. Она так и не научилась скрывать свою страсть к деньгам, которых не хватало когда-то бедной девочке из итальянской деревни. Поймав на себе пристальный, холодный взгляд собеседника, она сунула конверт в маленькую замшевую сумочку.

— Хорошо, ужин начнется через пятнадцать минут. Освальд никогда меньше двух часов не сидит за столом. Гостей он тоже раньше не отпускает. В доме только трое слуг, вам не трудно будет их отвлечь. — Она положила на стол коричневый кошелек. — Здесь ключ от задней двери. Пойдете прямо по коридору, ее комната — третья от конца. Уверена, вы найдете что ищете.

— Уверены? — спросил мужчина.

— Девчонка принимает кокаин. Я это сама видела на ее вечере в марте. Наверняка она и с собой его возит. Не удивлюсь, если она и таблетки глотает, и порошок. Эта маленькая сучка на все способна.

Мужчина мрачно усмехнулся, в его лице было что-то хищное.

— Найду все, что там есть, — наконец сказал он, вынув следующую сигарету, — газеты хорошо заплатят за сенсацию.

— Не сомневайтесь, все как договорились, — кивнула Мария, — а Серене еще придется поплакать.

Освальд Бэлкон сидел во главе стола эпохи Людовика XV. Ужин, как обычно, был сервирован в Красной гостиной. По обе стороны от него заняли свои места Серена и Мария, с неприязнью поглядывавшие друг на друга.

— Освальд Бэлкон, — пропела Мария, посмотрев на него жгучими темными глазами, — я-то думала, что это будет настоящий семейный ужин, а мы тут одни. Что же, никто больше не приедет сегодня?

Освальд повертел в руке серебряный нож.

— Кейт, Камилла, Венис и Джонатан приедут завтра, — сказал он. — Я решил, что лучше поужинать втроем.

Его голос отозвался зловещим эхом в огромной комнате, способной вместить не один десяток человек. Ситуация складывалась не слишком приятная: две женщины явно ненавидели друг друга. Ужин напоминал похоронную трапезу, а не вечер знакомства.

Коллинз бесшумно подошел к столу с подносом, на котором стояло горячее, накрытое серебряным колпаком. Он аккуратно положил на тарелку Серены кусок стейка с овощами и запеченным картофелем.

— Что это? — недовольно спросила она, сердито бросив на стол салфетку. — Оно же непрожарено!

— Но так всегда готовится стейк, мисс Серена, — возразил Коллинз в некотором замешательстве.

— Да, но я сейчас беременна, — раздраженно ответила Серена.

— Серена! Перестань болтать ерунду! — Освальд стукнул кулаком по столу. — День был тяжелый, я велел Коллинзу приготовить что-нибудь попроще.

— Конечно, ты ведь понятия не имеешь, что такое беременность! — воскликнула Серена, сверкнув глазами и отодвинувшись от стола. Сегодня ее все выводило из себя.

Она была утомлена поездкой и хотела поскорее закрыться в своей комнате, чтобы все оставили ее в покое и не трогали. И ей вовсе не хотелось два часа торчать за столом с отцом и этой наглой Марией, слушая их болтовню.

— Никто не понимает, как я себя плохо чувствую, — продолжала Серена, теребя салфетку, — я не могу вам это описать, — она посмотрела на отца, — а завтра предстоит работа и я хочу выспаться как следует. Так что прошу извинить меня.

Понимая, что не стоило устраивать скандал с дочерью накануне концерта, Освальд неохотно кивнул и махнул ей рукой.

Мария в тревоге посмотрела на часы. Без четверти девять. Внезапно она тоже поднялась с места.

— Серена, прошу тебя, — произнесла она с очаровательной улыбкой, — я буду чувствовать себя несчастной, если ты уйдешь. — Она протянула к ней руки. — Прошу тебя, останься. Мы же так хотели поужинать вместе. Коллинз сейчас принесет что-нибудь более подходящее. Правда, Коллинз? Останься и успокойся.

— Я уже все сказала, — возразила Серена. — Я не думаю, что вы можете представить, как себя чувствует женщина на третьем месяце беременности. Папа, может, лучше нам позавтракать вместе утром, тогда мы и познакомимся поближе?

Серена встала из-за стола и направилась к двери. Мария бросилась за ней следом, не давая уйти.

— Серена, — умоляюще заговорила она, — твой отец сказал мне, что этот ужин для него очень важен, нам не стоит его расстраивать.

Серена резко повернулась к ней.

— Я думаю, он меня поймет, — отрезала она, — а пока что вы не являетесь хозяйкой в этом доме и не имеете права настаивать на чем-либо.

Мария, скрывая беспокойство, посмотрела ей вслед.

— Глупая итальянская корова, — пробормотала Серена, громко стуча каблуками по ступенькам.

На первом этаже дома было тихо. Свет почти везде был выключен. Коллинз прошелся по всем комнатам и погасил лампы. Очевидно, в целях экономии по приказу Освальда. Серена с раздражением подумала, что в некоторых случаях скупость ее отца бывает просто абсурдной. Глянув в окно, она увидела освещенную прожекторами сцену. К счастью, в ее комнате шторы были очень плотные, свет не помешает ей заснуть. Но завтра ей не заснуть — за стеной будут развлекаться толпы.

Открыв дверь, она вошла в комнату и сразу почувствовала тревогу. Кто-то был там. Серена быстро сняла туфли и, держа их как орудие защиты, прошла вдоль стены. Нащупав наконец выключатель, она зажгла свет. И едва не вскрикнула, узнав незваного гостя.

— Майлз! Какого черта вы тут делаете!

Он стоял рядом с торшером, держа в одной руке ее сумку.

— Что вы здесь ищете? — Серена почти кричала.

— Серена, я…

Понимая, что его застали врасплох, Майлз осторожно двинулся к двери. Серена бросилась за ним.

Чары разрушились, недоумение исчезло. Зная, что в комнате кричать бесполезно, ее никто бы не услышал, Серена метнулась в коридор, а оттуда к лестнице, и завопила что было мочи. Она кричала так громко, что, казалось, даже заглушила шум, раздававшийся снаружи. Освальд, услыхав ее голос, помчался вниз.

— Что тут творится? — накинулся он на дочь. — Ты что, решила нам окончательно испортить ужин?

— Грабитель! В доме грабитель! — крикнула Серена.

Но когда они выскочили на улицу, рев мотоцикла уже затих вдали. Серена, вернувшись в дом, медленно опустилась на пол, обхватила голову руками и заплакала.

Камилла, увидев сестру, застыла в недоумении.

— Что происходит? — спросила она, склонившись к Серене, которая сидела в позе лотоса.

— Господи, какой кошмар! Все, что я делаю, бесполезно, мои агенты мерзавцы, охрана бездарна! Если бы я не занималась йогой, то уже сошла бы с ума от всего этого!

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спросила Камилла, присев на диван.