Песнь любви

И в следующий раз, когда я отправился в сад и между нами было то, что было и что описать язык бессилен, я, собираясь уйти, прочел те два стиха. Услышав их, она заплакала и произнесла слова поэта:

И я запомнил этот стих. А придя домой, увидел, что дочь моего дяди лежит без чувств, и моя мать сидит у нее в головах. Мой приход вернул ее в сознание, она открыла глаза и спросила: «О Азиз, сказал ли ты ей стихи?». «Да, — отвечал я, — и, услышав их, она ответила другими стихами». Когда я прочитал их, моя сестра вторично лишилась чувств, а очнувшись, произнесла такие два стиха:

Когда же настала ночь, я отправился, по обыкновению, в сад и нашел ту женщину ожидающей меня. Мы сели, поели и выпили, и сделали наше дело, и проспали до утра, а собираясь уйти, я повторил ей то, что сказала моя сестра. Услышав эти стихи, она испустила громкий крик, и расстроилась, и сказала: «Ах, клянусь Аллахом, та, что сказала эти стихи, умерла!». Женщина заплакала и спросила: «Горе тебе, в каком ты родстве с той, что прочла этот стих?». «Она дочь моего дяди», — отвечал я. И женщина воскликнула: «Ты лжешь, клянусь Аллахом! Если бы она была дочерью твоего дяди, ты бы испытывал к ней такую же любовь, как и она к тебе! Это ты ее убил. Убей тебя Аллах, как ты убил ее! Клянусь Аллахом, если бы ты рассказал мне, что у тебя есть двоюродная сестра, я бы не приблизила тебя к себе!». «О, она толковала мне знаки, которые ты мне делала, и это она научила меня, как с тобою сблизиться и как поступать с тобою. Если бы не она, я не достиг бы тебя», — сказал я. «Разве она знала про нас?» — спросила женщина; и я сказал: «Да». И тогда она воскликнула: «Да погубит Аллах твою молодость, как ты погубил ее юность! Теперь иди и посмотри на нее». И я пошел с расстроенным сердцем и шел, до тех пор пока не достиг нашего переулка, а там услышал вопли и спросил, в чем дело, и мне ответили: «Мы нашли Азизу мертвой».

И я вошел в дом, и моя мать встретила меня словами: «Грех за нее на твоей совести и на твоей шее! Да не отпустит тебе Аллах ее крови! Пропади ты, о сын, двоюродный брат сестры своей!».

А потом пришел мой отец, мы обрядили Азизу и вынесли ее, и проводили носилки на кладбище, где закопали ее в могиле. Над местом ее погребения мы устроили чтение Корана и провели там целых три дня, а затем вернулись домой, и я грустил о сестре.

Однажды моя мать подошла ко мне и сказала: «Я хочу знать, что ты сделал такого с Азизой, что у нее лопнул желчный пузырь! О дитя мое, я все время спрашивала твою сестру, отчего она больна, но она ничего мне не сообщила и не рассказала мне ни о чем. Заклинаю тебя Аллахом, расскажи же мне, что ты с ней сделал, почему она умерла». «Я ничего не делал», — отвечал я. И моя мать воскликнула: «Да отомстит тебе за нее Аллах! Дочь твоего дяди ничего не сказала мне, но скрывала свое дело, пока не умерла, простив тебе! Когда она умирала, я была рядом, и она открыла глаза и сказала мне: “О жена моего дяди, да сочтет Аллах твоего сына неповинным за мою кровь и да не взыщет с него за то, что он со мной сделал! Аллах только перенес меня из преходящей обители здешней жизни в вечную обитель будущей жизни!”. Тогда я сказала ей: “О дочь моя, да сохранит он тебя и твою юность!” — и стала расспрашивать о причине болезни, но она ничего не сказала, а лишь улыбнулась и молвила: “О жена моего дяди, скажи своему сыну, когда он захочет пойти туда, куда ходит каждый день, чтобы он, уходя оттуда, сказал такие слова: “Верность прекрасна, измена дурна!” В этом моя защита для него, чтобы я была за него заступницей и при жизни и после смерти”. Потом Азиза дала мне для тебя одну вещь и заставила меня поклясться, что дам ее тебе, только если увижу, как ты плачешь о ней и рыдаешь. Эта вещь у меня, и когда я увижу тебя в таком состоянии, то отдам ее тебе».

И я попросил: «Покажи», — но мать не согласилась, а потом я отвлекся мыслью о наслаждениях и не вспоминал о смерти сестры, так как был легкомыслен и хотел проводить целые ночи и дни у моей возлюбленной. И едва стемнело на улице, я отправился в сад и нашел эту женщину точно на горячих сковородках от долгого ожидания.

Она увидела меня и поспешила броситься мне на шею, спрашивая про дочь моего дяди. Я же ответил: «Она умерла, и мы устроили по ней поминанья и чтения Корана, а после ее смерти прошло уже четыре ночи, сегодня — пятая».

И, услышав это, она закричала, заплакала и воскликнула: «Не говорила ли я тебе, что ты убил ее! Если бы ты рассказал мне о своей сестре до ее смерти, я бы, наверное, вознаградила ее за милость, которую она мне сделала. Твоя сестра сослужила мне службу и привела тебя ко мне, и если бы не она, мы бы с тобой не встретились. Я боюсь, что тебя постигнет несчастье за грех, который ты совершил с нею».

«Она сняла с меня вину Перед смертью», — ответил я и поведал женщине о том, что сообщила мне мать. И тогда она воскликнула: «Ради Аллаха, когда пойдешь к твоей матери, узнай, что у нее за вещь!». И я рассказал ей о том условии, которое поставила Азиза перед матерью, и о поручении сказать возлюбленной на прощание: «Верность прекрасна, измена дурна». И женщина, услышав это, воскликнула: «Да помилует ее Аллах Великий! Она избавила тебя от меня, а ведь я задумала причинить тебе вред. Но теперь не стану вредить тебе и расстраивать тебя!». И я удивился и спросил: «Что же ты хотела раньше со мною сделать? Ведь между нами возникла любовь!». И она отвечала: «Ты влюблен в меня, но ты молод годами и прост. В твоем сердце нет обмана, так что ты не знаешь нашего коварства и козней. Будь она жива, она, наверное, была бы тебе помощницей, ведь именно она стала виновницей твоего спасения от гибели. А теперь я дам тебе наставление: не говори, не заговаривай ни с кем из подобных нам: ни со старой, ни с молодой. Берегись и еще раз берегись: ты простак и не знаешь козней женщин и их коварства! Та, что толковала тебе знаки, умерла, и я боюсь, что теперь ты попадешь в беду, и никто отныне не спасет тебя от нас, женщин, после смерти твоей сестры. О, печаль моя по дочери твоего дяди! О, если бы я знала ее раньше, до того как смерть похитила ее, я бы воздала ей за добро, которое она мне сделала! Я навещу ее могилу! Да помилует ее Аллах Великий! Она скрыла свою тайну и не выдала того, что знала, и если бы не она, ты бы никогда не достиг меня, — сказала женщина и добавила: — Я хочу от тебя одну вещь». «Какую?» — спросил я, и она ответила: «Приведи меня к ее могиле, чтобы я могла посетить ее гробницу, где она лежит, и написать на ней стихи». «Завтра, если захочет Аллах Великий», — был мой ответ.