Джудит Гулд - Творящие любовь

До сегодняшнего дня.

Его решение выставить отель на аукцион оказалось достаточно интересным для того, чтобы четыре потенциальных покупателя заявили о себе и предложили свою цену. То, что двое отступили и вышли из игры, Шелбурна не беспокоило. В конце концов, одно предложение пока оставалось в силе. А судя по тому, что он слышал об Элизабет-Энн Хейл, она просто хватала всю попадавшуюся под руку недвижимость, словно завтрашнего дня могло и не быть. Ее присутствие могло свидетельствовать только об одном: ее намерения серьезны, она хочет получить отель «Шелбурн».

Его фатальной ошибкой было то, что он не знал, насколько серьезна эта женщина.

Шелбурн незаметно взглянул влево, пытаясь прочесть ее мысли. Она казалась спокойной, тихой, как и весь день до этого. Прямая спина, темный костюм, светлая блузка, нитка жемчуга придают ей вид финансовой обеспеченности. Аквамариновые глаза устремлены куда-то вдаль, а темные круги под глазами, появившиеся после двух последних напряженных дней, великолепно скрывает умело положенная пудра. Она выглядела, словно зритель, с умеренным интересом ожидающий начала пьесы.

Сознавая, что Шелбурн смотрит на нее, Элизабет-Энн постаралась держать себя в руках. Но, как только он отвел глаза, она взглянула на Лэрри, потом зашелестела какими-то бумагами, придвигая их к себе. Таким образом Элизабет-Энн пыталась украдкой посмотреть на часы и при этом не выдать себя. Прежде чем заговорить, она в задумчивости поджала губы.

— Конечно, — медленно начала Элизабет-Энн, — нам всем хотелось бы как можно быстрее уладить это дело. — Она снова посмотрела на лежащие перед ней документы. — Меня беспокоит тот факт, и я знаю, что мистера Хокстеттера он тоже волнует, что в течение последнего года «Шелбурн» терял своих постоянных клиентов. Просматривая бухгалтерские книги, я увидела, что оперативные расходы очень высоки. «Шелбурн» требует очень большого вложения капитала.

— «Шелбурн» — первоклассный отель, — мягко вступил в разговор Милтон Шелбурн. — А персонал всегда можно сократить. — Он склонил голову в сторону Элизабет-Энн и позволил себе неискреннюю улыбку. — Судя по тому, что я о вас слышал, миссис Хейл, вы очень профессионально урезаете расходы без видимых сокращений среди обслуги.

— Все может быть, но «Шелбурн» совершенно не похож на мои отели. — Элизабет-Энн потрясла бумагами, которые держала в руке. — Мои гостиницы значительно скромнее, и ими легче управлять. А «Шелбурн», как вам известно, — один из самых больших отелей в городе, в нем почти семьсот комнат и апартаментов, многие из которых нуждаются в срочном ремонте и замене мебели. Рестораны очень запущены и также требуют значительных вложений. Честно говоря, я боюсь, что мне будет трудно управлять таким отелем, так же как и заплатить за него высокую цену.

— Но вы еще даже не упомянули о цене, — подал голос старший из двух адвокатов Шелбурна.

— Да, это так. — Элизабет-Энн взяла карандаш и провела несколько линий на полях одного из лежащих перед ней документов. Потом отогнула рукав своего костюма и подчеркнуто посмотрела на часы. — Джентльмены, боюсь, уже поздно. Я предлагаю закончить на сегодня и встретиться завтра утром. — Она сделал вид, что встает.

— Подождите, — кровь отлила от лица Шелбурна. — Я уверен, что мы можем прийти к своего рода предварительному соглашению. — Предложение Элизабет-Энн оказалось для него ударом, и он впервые почувствовал, как его охватывает паника.

Элизабет-Энн затаила дыхание и посмотрела Лэрри прямо в глаза. Ловушку можно было уже захлопывать, но лицо Лэрри по-прежнему оставалось бесстрастным. Даже сейчас, когда добыча почти в руках, несмотря на возбуждение, необходимо скрыть свою радость и продолжать вести дело, не проявляя никаких эмоций. Бизнес, об этом знали они оба, не оставляет места для чувств.

— В таком случае, мистер Шелбурн, — спокойно сказала Элизабет-Энн, — позвольте мне сделать вам предложение. — Она посмотрела на его банкира и адвокатов. — Джентльмены, я предлагаю купить закладную на отель «Шелбурн». Кроме того, я предлагаю выплатить вам лично, мистер Шелбурн, шестьдесят пять тысяч долларов наличными.

Шелбурн выглядел так, будто его нокаутировали. Потом он глухо, безрадостно хмыкнул:

— Вы, конечно, шутите.

Элизабет-Энн покачала головой:

— Нет, мистер Шелбурн, я никогда не шучу, если речь идет о делах. Я абсолютно серьезна.

— Но… но это же совершенно нелепо, — прошипел Шелбурн.

— Неужели? — Элизабет-Энн положила руки на стол перед собой и наклонилась к нему. Ее глаза так жестко блеснули, что Лэрри, никогда не видевший ничего подобного, счел ее поведение чрезвычайно интересным. Это еще раз доказало ему, сколь многому она научилась и как возмужала со времени их первой встречи.

— Мистер Шелбурн, — терпеливо продолжила Элизабет-Энн, — остаток по закладной на отель составляет почти четверть миллиона долларов. Когда вы его приобрели, вы заплатили сто пятьдесят тысяч долларов, а за последующие десять лет вы выплатили четверть миллиона долларов. Мне нет нужды напоминать вам, что у вас денег нет и что рынок недвижимости переполнен. Хотя мне и не хотелось бы об этом говорить, но я навела справки, мистер Шелбурн. У вас нет возможности торговаться или отклонить мое предложение. Фактически вы разорены. Если вы не примете мое предложение, согласно которому вы все-таки получите шестьдесят пять тысяч долларов наличными, вы не только потеряете этот отель через… — Элизабет-Энн демонстративно взглянула на часы, а потом прямо в глаза Шелбурну, — через двенадцать минут, но у вас не будет даже чувства удовлетворения от того, что вы его продали. Отель перейдет в руки банка и — кто знает? — может быть, я совершу лучшую сделку, если подожду несколько лишних минут. — Она сделала паузу. Ее голос стал мягче, в нем слышалось почти сожаление. — Посмотрите на происходящее с другой стороны, мистер Шелбурн. У вас два пути — либо получить шестьдесят пять тысяч долларов, либо потерять все.

Шелбурн оказался в ловушке и понимал это.

— Кто сказал вам о семнадцати часах? — хрипло прошептал он, его лицо побледнело. — Вы? — Его голова осуждающе дернулась в сторону банкира, худого, хрупкого человека с высоким покатым лбом, в это мгновение не столько походившего на банкира, сколько на гробовщика.

— Нет, — ответил тот, качая головой, явно обиженный подобным предположением. — «Первый общий манхэттенский банк» не выдает секретов.

— Ну, кто-то да брякнул что-нибудь, — резко бросил Шелбурн. Он неожиданно весь вспотел, капли выступили у него на лбу. Владелец отеля вытащил из кармана платок и без церемоний вытер лицо. Потом нетвердо встал на ноги и повернулся к Элизабет-Энн. — Боюсь, мне придется отклонить ваше предложение, — сказал он, стараясь сохранить достоинство, и криво улыбнулся ей и банкиру. — Мне кажется, вы оба забыли, что у меня было еще одно предложение, и оно до сих пор остается в силе. Вы все это слышали. — Шелбурн позволил слабой улыбке облегчения изогнуть уголки его губ.