Эндрю Робертс - Смерч войны

«После возвращения нас чересчур разрекламировали. Мы действительно подорвали несколько участков железной дороги, на восстановление которых не требуется много времени. Мы собрали чуток полезной разведывательной информации, отвлекли японцев от некоторых незначительных операций, может быть, и от некоторых крупных. Мы уничтожили несколько сотен врагов из восьмидесяти миллионов. Конечно, важно то, что мы доказали реальность поддерживать боеспособность войск воздушными сбросами».

Не менее важно и другое: трехмесячная экспедиция доказала, что союзные войска способны сражаться и выживать в джунглях так же, как и японские армии. И это имело огромное психологическое значение, как и то, что она развеяла миф о несокрушимости японского супермена. Тем не менее рейд обошелся дорогой ценой, и многие генералы регулярной армии подвергли сомнению целесообразность налетов чиндитов на японские твердыни Пинбон, Монгмит и Мьянянг. Поэтому, наверно, Черчилль на конференцию в Квебеке в августе 1943 года взял с собой и Уингейта, помимо командира авиакрыла устрашающих бомбардировщиков «дамбастер» Гая Гибсона. Уингейт убедил и Черчилля, и Рузвельта в том, что легкие пехотные бригады, адекватно снабжаемые по воздуху, способны вести в тылу врага длительные боевые действия, перерезая линии коммуникаций, сея панику и разрушения, отвлекая войска противника с передовых позиций и постоянно вороша, как выразился главный чин-дит, «осиное гнездо». В Квебеке и было решено отправить весной вторую экспедицию чиндитов, усиленную в три раза.

5 марта 1944 года три бригады чиндитов численностью девять тысяч человек (и около тысячи мулов) начали операцию «Терзди» («Четверг»), войдя в Бирму в трех разных местах (часть бойцов была заброшена в тыл японцев на планерах). На этот раз перед чиндитами ставились гораздо более существенные задачи: отсечь японскую армию в Верхней Бирме, продвигавшуюся к равнине Импхала, и перерезать коммуникации японских войск, сражавшихся против китайцев, которыми командовал американский генерал-лейтенант Джозеф «Уксусный Джо» Стилуэлл, начальник штаба у Чан Кайши. Четвертая бригада чиндитов еще в феврале отправилась из Нага-Хиллз изматывающим маршрутом через Чиндуин по крутым, до шести тысячи футов, горным кряжам.

Через десять дней 77-я бригада Калверта взяла Мавлу, перерезав японские пути сообщения, и заняла опорные позиции, получая средства поддержки по воздуху. 16-я бригада Фергюссона после изнурительного месячного марша из Ледо не смогла захватить японскую материально-техническую базу в Индо. Тем не менее Уингейт в боевом приказе 13 марта 1944 года заявил:

«Первая наша задана выполнена. Мы застигли врага врасплох. Наши отряды проникли в самое нутро противника. Настало время пожинать плоды нашего вторжения. Враг отвечает насилием. А мы ответим ему завоеванием территории Северной Бирмы. Возблагодарим же Господа за успехи, которыми он нас удостоил, и пойдем вперед, вонзив мен в ребра врага, и вышвырнем его с нашей земли. Сейчас не время считать потери, когда достигнуты такие успехи. Мы должны делать историю. Каждый, кто участвует в этих свершениях, потом с гордостью скажет: "И я был там"».

Уингейт в возрасте сорока одного года погиб в авиакатастрофе под Импхалом 24 марта. Возможно, британские авиаторы предупреждали его об опасности лететь в ураганный ливень. «Он умер так, как и жил, — написано в одном из повествований о подвигах Уингейта, — пренебрегая советами посторонних». По другим свидетельствам, погодные и летные условия не были уж столь предательскими. Как и жизнь, так и его смерть окружены загадками и кривотолками.

9 апреля чиндиты получили подкрепление, но ничто не могло изменить жуткую среду, в которой им приходилось воевать. Вот лишь небольшой перечень их повседневных злосчастий, составленный на основе воспоминаний уцелевших участников боев в джунглях: ливневые дожди, моментально превращавшие окопы в грязевые ямы Пашендаля; диарея, малярия и масса других тропических болезней; каверзные мины-ловушки и постоянный страх наступить на них; минометный и снайперский обстрел; раздражающе неточные карты; отвратительные связь и разведка, вынуждающая больше полагаться на деревенские слухи, а не на достоверные данные; всегда больные и невероятно упрямые мулы; вши; мерзкая еда и вода [587] О превратностях войны в джунглях см. также: Calvert, Prisoners of Норе и Chindits; Fergusson, Beyond the Chindwin; Masters, Road Past Mandalay; Rhodes James, Chindit. . Ко всему этому надо добавить изматывающую борьбу с зарослями (на то, чтобы прорубить узкий проход в сотню ярдов, уходил целый час) и острую жалость к раненым и слабым, которых приходилось оставлять позади.

Эти беды испытывали не только чиндиты, но и все, кто служил в Бирме. Джордж Макдональд Фрейзер в своих мемуарах описал, как проходило прощание с двумя бойцами его группы, погибшими в очередной стычке с японцами:

«Никто не выражал скорби, не предавался грустным воспоминаниям или восхвалениям, всяким голливудским причитаниям и надуманным философским размышлениям. И это нельзя было назвать бессердечием или равнодушием по отношению к двум нашим товарищам, которые еще утром были живы, а теперь от них остались лишь имена для военного мемориала. А что можно было сказать? Смерть — быт войны. Кто-то уже погиб, кто-то погибнет завтра. То, что случилось, уже в прошлом. Имеет значение то, что происходит сейчас. Для тех, кто жив, жизнь все еще продолжается. Как бы горестно ни было, нет никакого смысла в том, чтобы говорить об этом, тяготить себя печальными мыслями, тем более делать из этого (для формы) некий спектакль. Лучше и для души, и для тела забыть о плохом и думать о завтрашнем дне».

То же самое, наверное, испытывали и немецкие, русские, американские и японские солдаты. Война есть война, и судьба человека на войне за столетия не претерпела особых изменений. Чиндиты, возможно, не знали о том, что их отважные партизанские действия американский командующий в Китае генерал Стилуэлл называл показухой, пустой тратой времени и сил. Не знал этого и Майк Калверт, уже бригадир, взявший 27 июня Могаун 77-й особой бригадой чиндитов и двумя китайскими батальонами. После сражения за Могаун, длившегося целый месяц, от бригады Калверта, насчитывавшей вначале 800 штыков, осталось 230 человек, от 1-го батальона Ланкаширских фузилеров и 1-го батальона Королевского Ливерпульского полка — 110, от 1-го батальона Южно-Стаффордширского полка — 180. Но они захватили стратегический железнодорожный мост, отрезав японскую 18-ю дивизию, сражавшуюся против Стилуэлла.

Можно привести не один пример стойкости и мужества чиндитов. Капитан Джим Блейкер из 3-го батальона 9-го стрелкового гуркхского полка пять часов брал высоту 2171 у Камаинга и, добравшись почти до вершины, попал под шквальный минометный и пулеметный огонь, заставивший его небольшой отряд отступить в джунгли. «Вперед, рота «Си»!» — скомандовал капитан, ринулся по склону и упал, скошенный пулеметной очередью. Умирая, Блейкер, успел дать последнюю команду: «Взять высоту!» [589] Masters, Road Past Mandalay, p. 278. . Гуркхи действительно овладели высотой, но не смогли похоронить капитана и его погибших товарищей. Спустя три месяца похоронная команда регулярной армии нашла их скелеты, проросшие бамбуком. К этому времени Блейкер уже был посмертно награжден крестом Виктории.