Эндрю Робертс - Смерч войны

Впервые японцы без боя покинули свои позиции 17 июня на хребте Мао Сонгсан, и через пять дней открылась дорога Импхал — Димапур. Численность некоторых подразделений катастрофически сократилась из-за потерь, болезней и побегов. От 15-й дивизии генерал-лейтенанта Масафуми Ямаути, например, осталось только полтора батальона. (Ямаути утешался сочинением стихов хайку.) «На дорогах месиво грязи, — писал майор Фудзивара Иваити, обучавший индийскую национальную армию, — реки вышли из берегов, невозможно не только ехать, но и идти… Почти все офицеры и солдаты переболели малярией. Свирепствует амебная дизентерия, почти у каждого бери-бери (авитаминоз)» [606] A lien, Burma, p. 74. . Для Слима настало время начинать операцию возмездия за «У-Го». Войска Содружества потеряли у Импхала 12 603 человека (японцы — 54 879 человек, в том числе 13 376 убитыми). По некоторым данным, за всю кампанию «У-Го» погибло 65 000 японских солдат и офицеров [607] Dupuy and Dupuy, Encyclopedia, p. 1278; ed. Dear, Oxford Companion, p. 177. . Японцы отступали организованно, хотя переправлялись через Чиндуин под бомбами британской авиации и лишились всех танков и орудий, потеряв также 17 000 мулов и вьючных пони.

«У-Го», как считается, закончилась «крупнейшим поражением Японии за всю ее историю». Мутагути отправили в отставку, уволили, за исключением одного офицера, и весь штаб 15-й армии. Премьер-министр Хидэки Тодзио ушел в отставку 18 июля 1944 года. Если учесть, что ему сообщили о сражении за Мидуэй только через шесть недель, то вряд ли он был столь могущественным диктатором, каким его представляет западная мифология. Вся власть принадлежала высшему военному совету. Но он, конечно, был больше, чем «козел отпущения»: не случайно его казнили в 1948 году [608] Хидэки Тодзио был приговорен к смертной казни через повешение как военный преступник 12 ноября 1948 г. и казнен 23 декабря. . Бирма теперь была доступна для ее освобождения от японцев, и британская армия 19 ноября перешла через Чиндуин. «Последствия побед в Импхале и Кохиме, — написал историк, — превзошли все другие британские достижения на Дальнем Востоке, имевшие место после декабря 1941 года» [609] Allen, Burma, p. 74. . Без излишнего пафоса можно сказать, что Британская империя спасла Индию от опустошительного японского режима, разорявшего Маньчжурию и Китай с 1931 года, а через десять лет распространившего свою мародерскую политику на страны Южной ресурсной зоны. Адольф Гитлер писал в «Майн кампф»: «Тот, кто думает, что Британия отпустит Индию, не пролив ни капли своей крови, проявляет прискорбное непонимание как уроков Первой мировой войны, так и настырности англосаксов» [610] ed. Cameron Watt, Mein Kampf, p. 601. . Через три года британцы ушли из Индии, не пытаясь удерживать ее силой оружия.

Жестокое обращение японской императорской армии с военнопленными-европейцами всегда следует рассматривать в общем контексте преступлений японской военщины против человечества, таких как бойня в Нанкине [611] Оккупировав в декабре 1937 г. Нанкин, японцы зверски убили, по разным данным, от двухсот до трехсот тысяч мирных жителей. . [612] Данные о числе жертв различны. См. например: Chang, Rape of Nanking, passim.

В 1941 — 1945 годах погибло 6,2 процента заключенных из стран Британского Содружества. За это же время умерло 23 процента голландских узников, 41,6 процента американских пленных и 77 процентов (230 000 из 300 000) индонезийских невольников [613] Ferguson, War of the World, p. 497. . Педро Лопес, филиппинский юрисконсульт на трибунале по военным преступлениям, состоявшемся в Японии после войны, говорил о преднамеренном и документально доказанном убийстве японцами в 1942—1945 годах 131 000 филиппинцев (на самом деле их в несколько раз больше) и «многих сотнях людей, замученных в застенках» [614] Harvey, American Shogun, p. 236. .

Сегодня нет недостатка в литературе об «ужасе на востоке»: лагере смерти Канчанабури на реке Квай, экспериментах с сибирской язвой «отряда 731» [615] Речь идет о работах над созданием бактериологического оружия в Маньчжурии и его испытаниях на живых людях. , тюрьме Чанги в Сингапуре, Батаанском марше смерти, «станциях комфорта» [616] Принудительные бордели для японских солдат, создававшиеся на оккупированных территориях. из корейских женщин и многих других беспрецедентных изуверствах в истории насилия человека над человеком [617] См., в частности: Rees, Horror in the East; Williams and Wallace, Unit 731; MacArthur, Surviving the Sword; Ferguson, War of the World; Rawlings, And the Dawn. . Патологическим садизмом особенно отличались японские моряки и морские пехотинцы. Истязания и умерщвление пленников были для них привычной и стандартной процедурой. Типичен в данном случае пример нападения японцев на голландское грузовое судно «Тьисалак», приведенный на Токийском трибунале по военным преступлениям [618] Felton, Slaughter at Sea, pp. 124—136, 145. . Они торпедировали 5787-тонный корабль, шедший из Мельбурна в Австралии в Коломбо на Цейлоне, 26 марта 1944 года. Капитан, приказавший команде покинуть судно, конечно, не знал о том, что ровно год назад командиры японских подводных лодок получили наставление следующего содержания: «Без колебаний потопляйте вражеские корабли и грузовые суда. Полностью уничтожайте команды вражеских кораблей». То, что произошло потом, иллюстрирует официальную политику японского адмиралтейства.

Японская подлодка «И-8» всплыла на поверхность, и ее командир Тацуносукэ Ариидзуми приказал подойти к трем спасательным шлюпкам, в которых находились моряки сухогруза, и открыть по ним огонь из пулеметов. Уцелевших членов команды, среди которых были китайцы, индийцы и европейцы, заставили подняться на палубу субмарины, разоружили и связали им руки. Затем японцы начали обезглавливать европейцев, одного за другим. «Они подходили со спины, разворачивали парня лицом к себе и отсекали голову саблей — вжик! — вспоминал радист судна. — Одному парню они отрубили голову лишь наполовину, и он в агонии бился на палубе. Они отсекали головы одним ударом и, смеясь, сбрасывали тела в море» [619] Felton, Slaughter at Sea, p. 132. . Еще один спасшийся британский моряк, двадцатилетний Блирс, подтвердил свидетельства радиста: «Да, они развлекались, а один японец снимал все это на кинопленку». Когда его вели на расправу, он видел, что его ждут два японских офицера: один держал в руке саблю, а другой — кувалду. Блирс успел высвободить одну руку, спрыгнуть в море и доплыть до плота, оставшегося от «Тьисалака», в то время как японцы стреляли по нему, охотясь как на утку. Он тогда даже не думал об акулах, собравшихся на кровавое пиршество. Уцелевшие двадцать два моряка были связаны веревкой на палубе, и подлодка «И-8» погрузилась в воду, «унося в морскую пучину плененных и беспомощных людей». Каким-то чудом спасся индиец по имени Дханга, донесший до нас вместе с двумя британцами свидетельства об этом чудовищном преступлении японского флота [620] Ibid., pp. 124-136. .