Сергей Троицкий - Битва за водку

Так вот, в то время не было ни дискотек и рок-клубов, общение музыкальной тусы обычно проходило на квартирах, где накрывался большой стол, устраивались творческие посиделки, танцы под громкий металл и общение с девушками. В один январский день после уличного концерта на 24-градусном морозе в ЦПКиО Горького мы дико околели, закупили водки и поломились к Бороде. Около полуночи, когда мы чуток согрелись, позвонил наш директор – мошенник Панин и сказал, что зарядил крутые гастроли в Нальчике. Намечался жирный куш. За это дело мы тут же махнули ещё по 50 г, полирнув это дело травкой.

На следующий день «Коррозия», как всегда, собралась на репетицию в Зелёном театре у Стаса Намина. Здесь у нас была маленькая комната, в которой мы сконцентрировали весь бэклайн и концертный реквизит – черепа, кости, каски и гробы. Комнатуху мы делили с группой «Калинов мост». Её вокалист Дмитрий Ревякин словил белую горячку и после возвращения из ада ударился в религиозные искания. Он был в диком ужасе от бутафорских скелетов и постоянно жаловался Стасу Намину, чтобы их переселили в другое помещение без малейшего намёка на Люцифера.

В общем, примерно через два дня мы репетировали новую версию песни «Чёрный террор». Вскоре припёрся администратор группы Серёга Панин, загадочный и довольный. Ловким движением выхватил из сумки несколько бутылок грузинского вина и выставил на стол. Мы вылупились в изумлении.

– Это откудова же такое чудо?

– Чё тормозите-то, открывайте батлы, наполняйте стаканы! У нас сегодня праздник! Где штопор?

– Ух ты! А Новый год, кажись, уже прошёл?! Что отмечаем?

– Мы едем в Нальчик!!!

– В Нальчик??? Это где такое?

– Слушайте внимательно! Сегодня великий день! Я заключил контракт на четыре концерта в Нальчике. 800 руб. за каждое шоу! Аванс 500 руб. уже на кармане. Будет лучшая гостиница, минеральная вода, немерено водки, пыха и шашлыка!

Вся тусовка мигом оживилась.

– Супер! Давайте делить деньги! А Нальчик это где? Под Тулой?!

– Бери южнее! Это в горах Кавказа! Столица Кабардино-Балкарской АССР. Ну, я думаю, где «Мимино» снимали. Там грузины, чача, в общем, рядом с Ереваном или Баку.

– Не важно! Наливай быстрее! Ура!

– Отлично! Отлично! Поехали! За Нальчик!

Поехали мы, как всегда, к Бороде. Взяли у таксистов бухла, устроили вертеп и дико обожрались.

Вообще, мы дико обрадовались предстоящим гастролям и круглой сумме, не подозревая, в какую адскую западню попадаем. Нам очень нужны были деньги, спонсоров не предвиделось, ансамбль с трудом сводил концы с концами. Единственное, что меня частично напрягло, – гастроли завершались за три дня до моей свадьбы с девушкой Жанной. Необходимо было производить массу приготовлений, разрулов и финансовых манипуляций. Но гастроли есть гастроли, для рокера это самая лучшая в мире вещь, реальный адский рай, жуткий и славный!

Мы приехали во Внуково и на советском самолёте стартанули в Нальчик. В состав коррозийного гастрольного моба входили: Боров – гитара, вокал, я – бас, Ящер – барабаны, администратор Панин, техник Виталик, Сакс в качестве звукооператора, моя сестра Натаха в качестве световика. Транспорт в СССР тогда стоил очень дёшево, и это, пожалуй, единственное достижение так называемого советского социализма. Стоимость авиабилета в любой конец страны составляла в пересчёте на бухло всего пять батлов кристалловской водки!

Полёт проходил весело, мы дико глушили сухое вино, которое бесплатно раздавали бортпроводницы. Вот тут-то мы отвязались по полной программе. Вообще не врубались, куда летим, какая там обстановка. В понимании советского артиста или музыканта в СССР-городах живут русские, а если и есть кавказцы, то обитают в горах, любят ездить на добрых ишаках. В нашем понимании город Нальчик был по типу Тулы, только с элементами экзотики. Мы даже на секунду не могли представить, что окажемся в ИГИЛ-мире, немного припудренном красными полотнищами во славу XXV съезда КПСС.

Соответственно, некоторые персонажи отрывались, будто мы ломились в Калугу. В частности, Сакс. Вместо бесплатного вина он мочил портвенюгу. При посадке его начало тошнить, и он дико наблевал на мерзкую старуху-цунарефку, чем вызвал уматный скандал:

– Блюю-ю-ю!!!

– Ах ты, шайтан, зэчем на мен блювать?! Милиция! Милиция!

– Не п***ди, ведьма! А то ещё харча получишь. Блюю-ю-ю-ю!!!

– Сакс, продолжай. Ведьма, например, ещё золотой душ хочет!

Директор Панин чудом замял первый скандал.

В аэропорту нас встретили на модном автобусе и повезли в центральный отель, где останавливались одни крутари и звёзды советской Э.С.Т. рады.

В связи с ремонтом асфальта автобусу пришлось остановиться за 200 метров от отеля. «Коррозия» жирно выгрузилась и солидно попёрлась к входу. Епти, мы же рок-старз!

По дороге в гостиницу к нам тут же приклеилась куча оголтелых горских детей, цунарков и оборванцев – попрошаек. Они были наглее цыган. Они возбуждённо орали:

– Дай дэнег! Жевачка! Жевачка тавай! Японски аппаратур-батур падари, тавай! Красовк продать! Шапк продать, подарит! А-а?!! Гитара тавай мине!

– А залупу тебе не подарить?

– Чё за залуп? Жвачка тавай!!! Всё тавай! Не слюшев! Дари мене! Жвачк гуми!

– На, пожуй гуми! – Сакс выплюнул жвачку, цунарки бросились отскребать её от асфальта. Между ними тут же развернулся нехилый махач.

Швейцар и тётки-вахтёрши тоже врубились, что к ним из Германии приехал «Модерн Токинг», и стали умолять, чтобы Боров спел для них «Ю май харт, ю май соул», а также чтоб мы продали им валюту. Однако Сакс запалил наше совковое происхождение.

– А про х*й и говно вам не сыграть? А про золотой душ, песню в стиле диско?

Местные деятели рок-клуба гостеприимно и дружески встретили «Коррозию», поселили в номера и замутили сытный обед. В гостиничном ресторане накрыли стол с большим количеством водки и шампанского, где вся тусовка хорошо закусила и выпила. После короткого общения ансамбль отправился отдыхать в номера.

Я любовался живописными окрестностями из окна. Удивительный воздух, деревья в снежном инее. Через площадь передвигались смешные совковые цунарки в глупой одежде.

Потом мы с Ящером вышли на балкон и стали зырить по сторонам. Сакс тоже вышел покурить.

– Смотри, Ящер! Цунарок в бурке на велике ху**ит!

– Ага! Вижу.

– А вон тётка срёт прямо около троллейбусной остановки.

– Нет, она по ходу сидит на скамейке.

– Паук, не слушай Ящера! Я говорю, срёт! Только притворилась, что ждёт автобуса. Щас точно говно полезет.

От ржачки мы чуть не свалились с балкона.

Солидно отдохнув, обкурившись пыха и накачавшись минералкой с сухим вином, мы отправились на главный саунд-чек. Пыха в тех краях было немерено, и, по сравнению с московским, лучший по качеству и убойной силе.