Александр Андреев - Главное - воля!

Елка надеялась, что в новом рождении орел будет служить более светлому делу.

Хотя не была уверена, что более разумному.

Пытаться спасти человечество от него самого…

Она и сама сочла бы это безумием. Если бы выбор был.

Кроме "реформы униформы" Елка-Аликс мягко внедрила в сознание императора ещё несколько идей, по её мнению — совершенно необходимых. И тесно связанных с мундиром, рангом, классом и т. п. Окончательным результатом реформы по её мысли должно было стать появление чего-то вроде "Геральдического Кодекса" в смеси с "Военным Кодексом": система титулования, структура Сословий, роспись классных чинов, принятых для служащих гражданских органов управления, а также нестроевых военных и приравненных к ним департаментов, роспись собственно военных чинов, полное описание знаков различия, нашивок и орденов… Она даже позаимствовала оттуда же несколько чиновных званий — поскольку все предыдущие попытки сократить количество чиновников провалились с громким треском, проблему следовало решать с другого конца.

На сегодняшний день в составленной ещё Петром I и с тех пор непрерывно усовершенствовавшейся "Табели о рангах" имелось четырнадцать позиций, начиная с I класса — каковому соответствовали: армейский "генерал-фельдмаршал", флотский "генерал-адмирал", чиновный "действительный тайный советник I класса" и не используемый, но и не отмененный "канцлер" (последний раз звание канцлера присваивали в 1867 году князю Горчакову). Заканчивал "Табель" XIV класс, каковому соответствовали только чиновники — в виде чина "коллежского регистратора". Кроме этой, существовали ещё две "пустых графы" — XI и V классы, заполненные только в колонке "гражданские чины".

При этом чин "полковника" означал командование именно полком. Для командования бригадой или дивизией надлежало иметь чин генеральский. Кстати, после Милютина в российской армии командиров дивизий не было. А были "дивизии начальники". Мелочь, конечно, но весьма показательная. Граф, похоже, попросту не видел особой разницы между канцеляристом и боевым командиром.

Это положение было исправлено очередным введением чинов "майора" (последний раз его отменили в 1884 году) и "капитан-лейтенанта" — их поставили в VII класс, что вытеснило чины "подполковника" и "капитана 2-го ранга" в VI класс, а "полковника" и "капитана 1-го ранга" — в пустовавший до того V. Пустая строка XI класса была заполнена подъемом чина "подпоручик" и соответствующих ему "корнета" и "хорунжего". В тот же XI класс Елка ввела чин "фельдпоручика" и кавалерийского "фельдкорнета" — для выслужившихся из нижних чинов по окончании специальных командных курсов при военных училищах или сдачи экзаменов. "Прапорщик запаса", присваиваемый студентам и прочим вольноопределяющимся, остался чином XIII класса, "подпрапорщик" — XIV, в XII классе появился "старший прапорщик".

Дырой — причем одной из основных — в царской армии этого времени была практически полная невозможность карьерного роста для рядового и унтер-офицерского состава. Их продвижение по службе заканчивалось в чине фельдфебеля, в крайнем случае — того же прапорщика, по окончании войны тут же отправляемого в запас. А это, в свою очередь, весьма и весьма способствовало тому, что наиболее талантливые либо не попадали в комсостав вовсе, либо очень быстро его покидали — в том или ином направлении. А те, кто все же оставался — как сотни тысяч "химических" прапорщиков 1917-го — воспринимали свое "куриное" положение "не офицеров" крайне болезненно. Введение чина фельдпоручика должно было изжить эту язву — из этого звания открывались уже многие пути… включая и путь к золотым погонам настоящего кадрового офицера. Ясен пень, что выше комбата (то есть, в САМОМ лучшем случае, капитана гвардии) офицеру, выслужившемуся из рядовых, дорога будет практически закрыта — сколько бы курсов он не окончил. Однако и капитан — VIII класс, личное дворянство… Не так уж плохо! За такое стоит бороться!

Одновременно военные и приравненные к ним чины были разделены на несколько категорий. Прапорщики XIV–XII класса именовались на французский манер "пти-офицерами". С XI по VIII класс шел "младший офицерский состав", к которому было положено обращаться уже на "ваше благородие". "Старший офицерский состав" — VII–V класс, "ваше высокоблагородие". "Высший офицерский состав" или "генералитет", занимал четыре строчки табели — с IV по I класс. При этом к чинам IV и III класса обращались "ваше превосходительство", II и I класса — "ваше высокопревосходительство".

И I класс Елка-Аликс намеревалась переименовать и существенно расширить. "Генерал-адмирал" — это ведь не чин, а должность [22] Если при назначении офицера на должность его чин был ниже чина, установленного для этой должности штатом (как в данном случае — начальником департамента по штату полагалось быть вице-адмиралу), то такого офицера именовали "исполняющим должность" до тех пор, пока он не получал "штатного" чина и утверждения в должности. . Да и генерал-фельдмаршалов тоже не сказать, чтобы за историю России было много — за двести лет это звание присваивалось всего лишь шестьдесят два раза. Между тем армии нынче уже далеко не те — в 1796 году армия России насчитывала полмиллиона человек, в 1821-м — 621 тысячу… Сейчас же только армия мирного времени переваливала за миллион человек, а по мобилизации она развертывалась более чем в три раза! Что требует соответствующего наращивания структуры управления и командования.

Поэтому армейский чин I класса был разделен на три ступени — вице-маршал, маршал, маршал Империи. Связываться с генерал-адмиралом великим князем "семь пудов" было пока что рановато, но все же у неё уже имелся проект переименования I класса флотской табели в "Адмирала Флота Российской Империи": что "Адмирал Флота", что "Имперский Адмирал" — все звучало одинаково хорошо. И, что самое лучшее — эти звания не имели никакого отношения к управлению МорВедом.

В ходе тех же преобразований по причине "растущей потребности в повышении качества офицеров Российской Имперской Армии" пятнадцать окружных юнкерских училищ (12 пехотных, 3 кавалерийских) с одногодичным сроком обучения, выпускающих в войска стажеров-подпрапорщиков, были преобразованы в полноценные военные училища двухгодичного курса, выпускники которых получали сразу офицерские погоны. Чин "подпрапорщика" остался только для военного времени — как высшее звание для нижних чинов, не прошедших специального обучения.

В тех же целях основаны две новых военных Академии. Уже существовавшие Интендантские Курсы при Академии Генерального Штаба превратились в Академию Тыла. Здесь готовили офицеров интендантского корпуса, претендующих на должности заместителей по тылу — начиная от полка и вверх до самого фронта эта должность и подчиненная ей структура стали обязательными. А вот Военно-Дипломатический Курс (также отпочкованный от Академии ГенШтаба) пришлось создавать заново. И до Военно-Дипломати-ческой Академии ему пока что было как до Луны пешим ходом. Поскольку до этого никаких специальных курсов, готовящих военных и морских дипломатических представителей, не существовало в природе — все приходилось делать заново.