Георгий Юленков - Белые перья шпиона

— Разрешите, сэр?!

— Ого! Вас и не узнать, Моровски. Война поработала над вами, выглядите возмужавшим. Но, почему это на вас форма Авиакорпуса!? А?!

— Я тоже рад вас видеть, ма… подполковник, сэр. Отвечая на ваш вопрос, разрешите заметить. Старая форма не выдержала испытаний боевыми действиями. Поэтому новые мундиры мне и моим соратникам еще в Бостоне подарил командующий Авиакорпусом генерал Арнолд. Вероятно, в дань памяти о старте моей летной карьеры. Вот мое командировочное удостоверение из Тактической школы Авиакорпуса в Монтгомери. На восемь дней я в вашем распоряжении, подполковник, сэр!

— Эх, Моровски-Моровски. Что же вы наделали. В парашютных частях Армии вас ждет большое будущее, а вы все никак не можете расстаться с вашей детской романтикой пилотирования.

— Виноват, сэр! Больше не повторится! Но училище я обязан буду закончить…

— Я гляжу, война все же не слишком сильно вас обломала. Вы все такой же остряк и балагур. Хмм. Очевидно ваше взросление еще впереди… Ну, да ладно! Время слишком дорого для нас. Сейчас ступайте к майору О" Хара. В его службе вы получите документы, форму нашей бригады и все необходимое вам для обустройства. И, уже через четыре часа, я желаю вас видеть вступившим в командование первой ротой третьего батальона бригады. А к вечеру (часам к девяти), на моем столе должны лежать ваши первые предложения по улучшению процесса подготовки. Вам все ясно?

— Абсолютно, сэр! Разрешите идти, исполнять!

— Хм. Идите, капитан. Вечером я погляжу на эту вашу саркастическую улыбку.

Установленный комбригом норматив времени вступления в командование, был благополучно перекрыт вновь прибывшим почти в два раза. Риджуэй если и был удивлен, то не показал этого. Представив нового командира подчиненным, и вручив капитану перед строем, никелированный стропорез, подполковник отбыл в штаб. И вот перед Павлой в строю замерли ее новые временные подчиненные. После Монголии и Польши, особых опасений насчет командования ротой Павла не испытывала. Взгляд пробежал по лицам, и сразу выделил несколько знакомых.

"Батюшки мои! Будущий артист больших и малых ТВД, боевой альфа-орангутанг — известный. Со своими "воробушками". У-у злыдни, бестолковые! Вот я вам сейчас напомню, каково это у "шпакского спортсмена" под командованием служить! "Как выскочу, как выпрыгну, полетят клочки по закоулочкам"… Видать, этаким макаром, Риджуэй меня в тонус вводит. Угу. Для смазки процесса. Опасается, стало быть, эксмайор, потери мной профессиональной квалификации. Ну-ну".

— Рота построена. Ротный сержант Рэндалл, капитан сэр.

— Так-так. Давненько не виделись, сержант. Вижу, несмотря на ваш первоначальный скепсис, вы все же прикипели сердцем к парашютным частям. Или все дело только в приказе командования?

— Подтверждаю, сэр! Парашютные части это навсегда. Приказ лишь констатация факта.

— Ну-ну. И каковы же наши успехи на данный момент? С "сеновалом" еще остались проблемы?

— Практически нет, капитан сэр. Есть пара нестойких "любителей пожилых леди", но остальной личный состав предпочитают молодых блондинок и брюнеток.

— И это радует. Благодарю сержант. Встаньте в строй.

Несмотря на понимание, что приходится учить солдат и командиров "наиболее вероятного противника СССР", к процессу Павла подошла серьезно. Попутно разведчик решил собрать информацию о сильных и слабых сторонах и особенностях всех наиболее толковых из встреченных командиров. Ведь, кто знает, с кем из них, и при каких обстоятельствах, придется встретиться в будущем. Да, и наработка авторитета в Армии, могла невзначай подарить советской разведке интересные источники информации и перспективы. Поэтому учеба началась сразу в интенсивном варианте. Перед вступлением в командование ротой, еще в штабе, капитаном было получено разрешение на две выброски в составе роты с недавно полученных базой пяти самолетов "Боинг 80". Риджуэй удивился. Но приказ подписал, а заместителю командира батальона капитану Гриссому, посоветовал первые два дня не отвлекать Моровски от тренировок роты. Тем более что последний вскоре должен был временно возглавить этот батальон.

А тренировки начались сразу довольно жесткие, несмотря на холодный день. Первым делом все подчиненные приезжего капитана получили на руки, шанцевый инструмент, боевые парашюты "Ирвин", двойной сухпай, по две фляги с водой, и еще по сотне холостых патронов. В течение дня ротой отрабатывались тактические задачи действий после приземления на территории противника. Сначала тренировались на земле на одном из удаленных тактических полей военной базы. Новый ротный для имитации приземления "рассыпАл строй" из пешей походной колонны. Причем, тех, кто плохо и недалеко разбегался из строя, заставлял ползать и "ходить аллигатором" (когда один солдат держит другого за ноги, заставляя его идти руками по земле). Затем новый марш, но уже бегом. Облака пара от дыхания окутывали колонну бегущих. Неудачников забега рота тащила на себе, и звуковое сопровождение со стороны коллег-носильщиков намекало "пассажирам", что за проезд придется платить уже в казарме. Поэтому даже последние слабаки тянулись за сослуживцами изо всех сил.

Холодный ветер пытался забраться под десантные комбинезоны. А капитан снова и снова учил свою "паству" прятать парашюты, убегать к точке сбора, бежать несколько миль до района развертывания, там принимать учебный бой, а потом снова бежать обратно к району приземления, и откапывать свои парашюты. На обед в расположение рота не пришла. После прыжка с самолета, снова марши, снова имитация боя. Редкие получасовые паузы для оправления, отдыха и питания сухим пайком. Во время очередного отдыха, наполнили фляги из колонки на ферме. Там же десантникам досталось по кружке горячего чая и по паре вареных куриных яиц, купленных у хозяев фермы на личные средства капитана. Перед следующим броском, состоялась краткое выступление командира роты, на тему десантной этики.

— Десант внимание! Все доели яйца?! Тот, кто медленно ест куриные, рискует потерять свои. Что там за смех?! Жовтински! Только тебя ждем, обжора!

— Доел? Неужели. Итак. Есть пару моментов, которые я требую запомнить.

— У десантника в тылу врага, есть несколько важных задач. Задача первая — выполнить приказ. Задача вторая — не подвести своих. Задача третья — по возможности остаться в живых. И задача четвертая — сберечь репутацию десанта. Знаете что такое репутация?

Пара знакомых по чикагской парашютной роте, тут же отвернулись, давясь смехом, но надолго их веселья не хватило.

— Ну, конечно же! Важность последней задачи вам всем не кажется значимой. Но, оставить о себе хорошую память у гражданских, это значит, предотвратить войну в своем тылу. Когда уже вся территория будет освобождена от врага.