Анна Гурова - Черный Клан

— Куда мы идем? Долго еще?

— Уже недалеко осталось, — травник указал куда-то за деревья и зачастил: — Тут недалеко спортивный аэродром. За ним — неплохой лесок. А больше тут нормального леса нигде нет. Это надо в область ехать — а тут все повырубили. Коттеджи строят, на каждом свободном пятачке — как грибы… А лесок этот славный. Туда все местные за грибами ходят, ну и мы полезных травок поищем…

Я с изумлением слушал эту стариковскую болтовню. Что стряслось с Анхелем за последний месяц? Почему он так сдал?

Но тут наконец стало светлее, лес впереди поредел и расступился. Еще десяток шагов — и перед нами раскинулся обширный луг. Ветер трепал метелки сухих трав, наполняя пространство печальным шорохом. По небу бежали облака. Дорога повернула налево и закончилась перед шлагбаумом. Дальше виднелись какие-то белые постройки, плакат на растяжках, рекламирующий местный аэроклуб, пара самолетных ангаров… И пестрые спортивные самолетики — штуки четыре — как игрушечные, стояли рядком вдоль дороги. В небе кружил еще один самолет, набирая высоту и, видимо, готовясь выбрасывать парашютистов.

— Пришли, — сказал Анхель. — Осталось только луг перейти — а там и лесок!

Я бросил взгляд в небо. Набиравший высоту самолетик болтался достаточно далеко от нас. С другой стороны леса из-за деревьев вынырнул серебристый планер и бесшумно заскользил по воздуху в нашу сторону.

— На голову нам не свалится? — спросил я на всякий случай.

Анхель заверил, что взлетные полосы остались левее, а к нам на голову свалятся разве что парашютисты.

Планер быстро приближался. В небе нарастал тонкий свист. Я решил подождать, пока аппарат приземлится, а уж потом идти через поле. Но Анхель взглянул на него с беспокойством.

— Давай прыгай! Не тяни время!

— Куда?

— А вот канавка!

В самом деле, в густой траве передо мной виднелась бровка канавы. На дне поблескивала бурая жижа.

— А обойти никак нельзя?

— Прыгай! — взвизгнул Анхель и вдруг сильно толкнул меня в спину. Я взмахнул руками и потерял равновесие. Подошвы заскользили по бровке вниз. Я исхитрился все-таки оттолкнуться и прыгнуть на другую сторону, где и приземлился на все четыре конечности. Хорошо хоть в воду не угодил!

— Вы что де…

Я поднялся, повернулся, собираясь высказать травнику все, что о нем думаю, — и осекся на полуслове. Анхель стоял на той стороне, бледнея с каждым мгновением. Вот он стал весь белый как мертвец… А собственно, почему как? Плоть растеклась киселем, заклубилась молочным туманом и растаяла под резким аэродромным ветром. На потрескавшийся асфальт с глухим стуком упали пожелтевшие кости.

— Ку-ку! — раздалось сзади.

Я резко обернулся и увидел за спиной Анхеля — на этот раз настоящего. Выглядел он в точности как его мертвый двойник, даже одет был так же. Но этот властный вид и зеленые с золотинкой глаза я бы ни с кем не перепутал…

— Вовремя, — сказал он. — Ты знал, что за тобой следили?

— Нет… Кто?

Анхель улыбнулся:

— Те, с кем лучше не связываться ни тебе, ни мне.

Я спохватился, что не слышу больше ни далекого рокота самолетика, ни свиста крыльев снижающегося планера. Поглядел вверх — небо было совершенно пустым. Куда они все делись? Оглянулся — и понял, что пропали не только самолеты. Переменилось все. Аэродрома тоже больше не было. Ни ангаров, ни дороги, по которой мы пришли. Позади нас были только деревья. И впереди — тоже деревья. Мы находились на огромном лугу, со всех сторон окруженном лесом.

Вокруг раскинулось благоухающее разнотравье. Колокольчики, гвоздики, лютики, ромашки, иван-чай, еще какие-то, названий которых я не знал. На бровке канавы краснели ягоды земляники. Я нагнулся, сорвал ягодку и бросил в рот. Она была душистая и сладкая, как ей и положено.

— Значит, меня сюда привел покойный травник. Настоящий, которого убила Стоножка? А вы что же?

— Я не мог рисковать собой, — развел руками Анхель. — Сказал же: в вашем мире больше не появлюсь.

— Боитесь? — спросил я. — Грега?

Анхель посмотрел вниз.

Я тоже опустил взгляд и застыл: прямо у меня под ногами в траве неторопливо текло чье-то блестящее ярко-зеленое туловище.

— Не двигайся, — прошептал Анхель и наклонился, протягивая руку.

Существо, извиваясь, быстро влезло на плечо Анхеля и улеглось там, как на ветке. Это был дракончик, зеленый как молодая трава. Длиной он был с варана и в целом похож на гибкую ящерицу с прозрачными крыльями, только взгляд у него был вполне разумный и любопытный, как у ребенка.

— Я не боюсь, — сказал Анхель. — Просто мне больше нравится здесь, чем там. Признайся, для этого есть основания.

— Что это за место? — спросил я, тоже шепотом.

— Славное, мирное. Безопасное. Волшебное, если хочешь. Я этот мир давно знаю, и меня тут знают. Кстати, искать его бесполезно. Так своему хозяину и передай. Лети, малыш! — Анхель повернулся к лесу и подкинул дракончика в небо. Тот зашипел, хлопнул крыльями и вскоре скрылся из виду.

— А почему…

Анхель коснулся пальцем губ.

— Тсс… Вопросы потом. Сперва погуляем. А потом, я обещал тебе урок по лекарственным травам.

Стоило нам войти под сень леса, как окружающее пространство снова изменилось. Вместо солнца, ветра и шелеста трав — зеленоватый сумрак и тишина.

Я шагал вслед за Анхелем по лесной тропе и гадал: как это я ухитрился так незаметно перейти в другой мир? Переход был таким легким и естественным, что это впечатляло куда сильнее любых ритуалов. Я, наверно, на всю жизнь запомнил, как Грег с Ники водили нас на некий темный и пустой перекресток между мирами для встречи с Мертвым богом, как реальность превратилась в голограмму и исчезла, и насколько это было жутко и неприятно. Не заметить такой переход было невозможно. В мир Уважека я перемещался во сне, и он до сих пор остался для меня наполовину сновидением… А тут — дали пинка, перескочил канавку, и все! В чем разгадка? Анхель не колдовал, никаких печатей, вроде Розы Ветров, я у него тоже не заметил… Я хотел завести об этом разговор, но вспомнил о просьбе молчать. Ладно, потом.

Анхель оглянулся и добродушно улыбнулся. Похоже, он прекрасно знал, о чем я думаю.

Темные стволы поднимались со всех сторон, как колонны; где-то в вышине ветер качал зеленые кроны. Мох глушил наши шаги, вокруг порхали полупрозрачные мотыльки. И не только. Когда глаза привыкли к полумраку, я понял, что нас окружают орды необыкновенных существ. Мимолетное движение тут, резкий шелест там, водянистый проблеск в траве, радужная вспышка в подлеске… Лес просто кишел ими. Зеленые большеглазые ящерицы покачивались в ветвях, выглядывая из листвы; другие, с прозрачными радужными крыльями, резко вспархивали из травы и исчезали в листве; третьи, напоминающие гребнистых змей, ныряли в мох…