Анна Гурова - Черный Клан

— Лигейя! Открывай! Это я-а-а-а!

Замок висел над горами. Величественное кучевое облако, одинокое в ясном, совершенно безветренном утреннем небе.

Меня разбудил уютный домашний звук — быстрый стук пальцев по клавиатуре. Я крепко зажмурился и потянулся от кончиков лап до хвоста, прогоняя остатки сна, в котором я все еще куда-то несся с бешеной скоростью сквозь облачные громады и холодные вспышки зарниц. Потом распахнул глаза и сразу прищурился — так светло было вокруг. Светло и холодно.

Я лежал, окутанный белесыми волокнами тумана, распластавшись на прозрачном как стекло полу. Смутно припомнил: Лигейя рассказывала, что в ее облачном замке имеется твердая площадка. Что это за материал — дымчатый кварц? Хрусталь?

Пол холодил пузо. Я незаметно поскреб когтем пол и понимающе ухмыльнулся. Какой там хрусталь! Просто льдина. Дешево и сердито. Ледяной диск, летящий над бездной среди легких дымчатых облаков. Солнце пронизывало его лучами насквозь. Внизу проплывала земля. Зелено-бурые леса, синие прожилки рек. Будто медленно поворачивается цветная карта.

Я скосил взгляд вбок, отворачиваясь от бьющего в глаза утреннего солнца. Легкий туман начинал рассеиваться. Зыбкие стены раздвигались, пространство увеличивалось с каждым мгновением. Я обнаружил, что нахожусь в огромном зале со сводчатым потолком. А стены его — непрерывно движущиеся белые волокна, перья из льда, клочки тумана, снежинки, искры, капли воды… Иногда они выглядели совершенно непроницаемыми. Порой в разрывах мелькало голубое небо.

Разрекламированной кучи сокровищ я не увидел. Зато ноутбук заметил сразу же, и неудивительно. Он стоял на самом видном месте — на столе.

Меблировка облачного зала отличалась благородной лаконичностью. Собственно, столом и креслом она и ограничивалась. Выглядели они так, будто попали сюда прямо из какого-нибудь краеведческого музея «Помещичья усадьба XIX века» или из профессорского кабинета. Гнутые ножки кресла, похожие на лапы бульдога, потертая атласная обивка; бесчисленные ящички бюро, зеленое сукно столешницы в пятнах чернил и потеках воска… На столе громоздилась кипа бумаг — принтерные распечатки вперемешку с рукописями, свитками и пожелтевшими страницами каких-то совсем древних заметок. Я вытянул шею — а там что? Уж не папирусы ли? Среди бумаг затерялись несколько обкусанных пластмассовых авторучек и великолепная чернильница с гусиным пером. В центре имелось расчищенное под ноутбук место. По клавиатуре быстро бегали пальцы Лигейи.

— Доброе утро, птенчик! — Серебряная дракониха прекратила печатать и приветливо кивнула мне. — Как ты себя чувствуешь?

Лицо ее было, как всегда, безупречно прекрасно, словно античная маска. Сквозь бледные щеки просвечивал нежный румянец. Ее красота вызывала в воображении раннее-раннее утро где-нибудь на Аляске, когда солнце еще не взошло над заснеженным горизонтом.

— Вроде цел…

Я потянулся еще раз — нигде не болело. Но я помнил о многочисленных уколах, после которых меня охватил паралич. Уж не приснились ли они мне?

— Я ничего не стала делать, — сказала она, заметив мое движение. — У тебя хорошие печати. Я решила, ты сам себя вполне исцелишь.

— Где мы?

— В небе.

Я вгляделся сквозь льдину в знакомую панораму красных крыш в обрамлении зеленых гор, блестящую ленту реки, белый замок с перекинутой через пропасть ниткой моста. Значит, мы никуда не улетели…

— Что ты за беготню затеял ночью? — с усмешкой спросила Лигейя. — Разбудил меня… Давай-ка объясняйся!

Я покосился на нее с внезапным подозрением. Что это она, кстати, до сих пор выжидает в небе над Уважеком?

Вспомнилось, как Драганка стиснула челюсти при виде парящего в небе замка. «Уходи скорее, прячься, не то они все жилы из тебя вытянут!»

Кто это — они?

— У тебя тут больше никого нет, кроме меня? — уточнил я на всякий случай.

— Нет. Тут очень редко кто бывает. И только по приглашению.

Лигейя посмотрела на меня с иронией.

— Признаться, когда ты ворвался, шарахаясь из стороны в сторону, как больной нетопырь, я не сразу тебя узнала. В таких случаях срабатывает кольцо молний. Обычно я ему не мешаю.

— Значит, мне повезло?

— Ага.

— Гм… Извини, что вломился…

Лигейя мило улыбнулась:

— Тебе я рада. Кофе?

Она закрыла ноутбук, перекинула платиновую косу за спину, протянула руку куда-то в нагромождение книг и бумаг и достала чашку, над которой поднимался ароматный пар. Потом еще одну. Я был впечатлен.

— Откуда у тебя тут кофе?

— Иллюзия. Но приятная, качественная.

— Это тоже иллюзия? — Я указал на стол с ноутбуком.

Она пожала плечами:

— Весь мир иллюзия.

Я мельком глянул вниз — панорама медленно менялась, поворачиваясь по кругу. Замок все еще висел на месте. Я решил не суетиться. Превратился, подошел к столу, взял предложенный кофе (он пришелся очень кстати — в замке было весьма прохладно) и принялся разглядывать обстановку.

— Стол на льдине… Забавно!

— Бюро — необходимость. В истинном облике я могу все что угодно. Но только не писать.

Лигейя протянула руку и пошевелила длинными и тонкими, как у пианистки, пальцами.

— А что ты пишешь?

— Книгу. — Лигейя показала на лежащий посреди стола раскрытый фолиант, украшенный виньетками и миниатюрами. Между страницами фолианта торчали закладки и просто листы бумаги, исписанные и распечатанные. Последняя запись была сделана тушью, каллиграфически и явно не по-русски.

— О чем?

— О драконах, конечно.

— Фэнтези?

Лигейя засмеялась:

— Нет. Это моя персональная книга заклинаний. Я начала ее составлять… хм-м… довольно давно. Не слыхал о ней? А вот Анхель утверждает, что она уже довольно знаменита.

— Ты знакома с Анхелем?

— Да, давно. С тех пор как он пригласил меня проконсультировать его по поводу мобильной части Мгла-Кроны. После этого мы составили программу совместных исследований. Для меня большая честь работать над заклинаниями с таким выдающимся ученым и экспериментатором, как он…

Меня аж передернуло от ярости при одной мысли о его «экспериментах». Лигейя, ничего не заметив, с нежностью провела пальцами по корешку фолианта:

— Серебряная Драконья Книга — вот как я ее назову. Видишь, я пишу ее на пергаменте, от руки. Я очень тщательно выбирала мастерскую, где изготовили переплет и обложку. Магическая книга, отпечатанная на листах формата А4, совсем не так внушительна, правда? Мне хочется, чтобы ее оформление было достойно содержания… Ай-ай-ай, птенчик! Не смей читать!