Леонид Млечин - Плевицкая

Следующим после Кутепова значился генерал Скоблин.

Неожиданным образом именно после похищения Кутепова генерал Николай Владимирович Скоблин сделался соблазнительным объектом для вербовки. Евгений Карлович Миллер, который стал новым председателем РОВСа, не просто дружил со Скоблиным, а считал его близким человеком и не имел от него никаких секретов.

Остальные приятели Ковальского, с которыми он когда-то или служил, или выпивал, или сидел в лагере для интернированных в Польше, были мелкими сошками. Петр Георгиевич упоминал и крупные имена, но было ясно, что сделал он это для придания себе солидности.

Двадцать пятого января 1930 года, в тот самый день, когда в Париже исчез Кутепов, помощник начальника Иностранного отдела ОГПУ Михаил Савельевич Горб телеграфировал начальнику контрразведывательного отдела ГПУ Украины: «Срочно вышлите материал о работе „Сильвестрова“ с Богомольцем. Подготовьте Сильвестрова к поездке за кордон, пришлите его в Москву, откуда он выедет непосредственно. По приезде в Москву должен связаться по телефону 5–18–00 и условиться о месте свидания. Сообщите приезд Сильвестрова».

Михаил Горб до революции окончил гимназию, учился в Петрограде в психоневрологическом институте, перевелся на медицинский факультет Киевского университета. Но диплом не получил из-за революции! Присоединился к партии боротьбистов (левые эсеры Украины); партия самоликвидировалась, большинство боротьбистов перешли к большевикам. В 1920 году его взяли в ЧК, воевал с поляками. В 1921 году начал работать в Иностранном отделе. Несколько лет проработал в Берлине. Заочно учился в МГУ на математическом факультете. Майор госбезопасности Горб станет заместителем начальника военной контрразведки, а в 1937 году его расстреляют.

Москву беспокоила неудачная история взаимоотношений Ковальского с Богомольцем: не означает ли эта история, что бывший штабс-капитан уже засветился как вероятный агент советской разведки? И его поездка за границу с вербовочными целями обречена на провал?

Украинские чекисты не отставали от москвичей. Тоже создали мнимую монархическую организацию. Во главе поставили закордонного сотрудника под именем «Леон», который быстро вошел в доверие к русским эмигрантам. По мнению Иностранного отдела ОГПУ, операция была почти такой же успешной, как и знаменитый «Трест».

Русские эмигранты с поразительным легкомыслием принимали на веру всё, что им рассказывали секретные сотрудники советской разведки, выдававшие себя за скрытых монархистов или националистов, готовивших свержение большевиков. Эмигранты были уверены, что в России не может не быть организованного сопротивления большевикам.

ГПУ Украины информировало московских коллег:

«„Сильвестров“ у нас работал в 1927 году по делу „Леона“. Закордонный сотрудник „Леон“ возглавлял легендарную монархическую организацию и был связан в Бухаресте с английским резидентом Богомольцем.

После того, как через эту легенду нами был задержан бывший князь Долгоруков и расстрелян (помещен в списках 20-ти расстрелянных в связи с убийством тов. Войкова), Богомолец начал относиться к „Леону“ с явным недоверием. В кругах румынской разведки и среди монархистов стали распространяться слухи о том, что „Леон“ является с/с ГПУ.

Для того, чтобы ликвидировать эти слухи, нами было инсценировано исчезновение „Леона“ (он получил от Богомольца задание пробраться в Туркестан и при выполнении этого задания он, якобы, исчез. „Леон“ после этого в закордонной работе не использовался и ныне проживает в Ленинграде).

После исчезновения „Леона“ нами за кордон в качестве его заместителя по организации был послан „Сильвестров“, который имел, якобы, поручение от организации выяснить судьбу „Леона“ в Румынии. „Сильвестров“ за кордон ездил три раза, где связывался с Богомольцем. Явного недоверия Богомолец ему не выказывал, но всячески старался перевести его работу исключительно на разведывательную линию и не хотел связывать его с монархистами.

На этой почве „Сильвестров“ рассорился с Богомольцем и прекратил свои поездки в Румынию. Богомолец же со своей стороны до настоящего времени не принимал никаких мер для связи с „Сильвестровым“. Наше мнение сводится к тому, что Богомолец относился к „Сильвестрову“ в связи с делом „Леона“ и арестом Долгорукова с недоверием, но не имеет никаких конкретных данных, доказывающих сотрудничество „Сильвестрова“ с органами ГПУ».

Необходимы пояснения.

Виктор Богомолец — уже упоминавшийся агент британской разведки, которого долго разрабатывали советские агенты.

Седьмого июня 1927 года на варшавском вокзале был убит советский полпред в Польше Петр Лазаревич Войков. По указанию Сталина политбюро приняло решение:

«Поручить ОГПУ произвести массовые обыски и аресты белогвардейцев.

Опубликовать сообщение ОГПУ с указанием в нем на произведенный расстрел 20 видных белогвардейцев, виновных в преступлениях против Советской власти».

— У нас в ответ на убийство Войкова было расстреляно двадцать белогвардейцев, — рассказал Сталин популярному французскому писателю Анри Барбюсу, поклоннику Октябрьской революции и члену компартии Франции. — Рабочие были этим очень довольны, но говорили, что мало расстреляно, что у нас много еще таких паразитов шляется…

Одним из двадцати оказался представитель древнего дворянского рода, которого от имени мифической монархической организации пригласил в Россию «Леон», — князь Павел Дмитриевич Долгоруков. До революции он был одним из лидеров партии кадетов, депутатом Второй Государственной думы. В 1917 году его избрали в Учредительное собрание, разогнанное большевиками. Он эмигрировал. Желая показать молодежи пример жертвенности, вернулся в Россию, перейдя румынско-советскую границу. Его арестовали и расстреляли.

В переписке Иностранного отдела Петр Ковальский, не подозревая о том, обрел новый псевдоним — «Иваницкий».

В феврале 1930 года в Иностранном отделе ОГПУ составили подробное письмо венскому резиденту — руководителю аппарата внешней разведки в Австрии — с оценками его текущей работы и изложением стоящих перед ним задач. Одиннадцатым пунктом был поставлен вопрос об использовании Ковальского:

«Сейчас мы заняты проработкой вопроса о посылке к вам людей с целью активизации вашей вербовочной и агентурной работы. Одного из таких лиц мы наметили — назовем его „Иваницкий“. Это бывший офицер, принимал участие в Гражданской войне на стороне белых, работает с нами с 1922 г. сначала за границей, а затем в СССР по связи с заграницей. Имеет знакомых по старой службе, главным образом в Югославии и 2-х братьев, местопребывание которых ему неизвестно. Некоторым из его знакомых в Югославии известно, что он находится в СССР.