Евгений Белецкий - Пик Сталина

опыту, это было почти непосильной задачей. План не предусматривал также

создания резервной альпинистской группы, которая могла бы в случае

необходимости придти на помощь восходителям. Все альпинисты (другого

выхода не было) должны были принять непосредственное участие в штурме

вершины.

Весь день накануне выхода первой группы был заполнен работой, и

только к наступлению полной темноты удалось закончить сортировку грузов

и укладку рюкзаков.

***

Е.М. Абалаков, Д.И. Гу

щин1

и сопровождавшие их носильщики,

поднимаясь 22 августа в лагерь «5600 м», уже в третий раз проходили этот

путь. На следующее утро они двинулись дальше по гребню, но график

движения, предусмотренный планом, оказался вскоре нарушенным. Пройти

путь до места, намеченного для лагеря «6 400 м», в один день группе не

удалось. Задержка была вызвана необходимостью исправить площадку лагеря

«5900 метров». После подвижки льда установленные на перемычке палатки

почти сползли в трещину. Лагерь не мог принять следующей группы

восходителей, поэтому альпинисты в течение второй половины дня вырубали

ш прочном льду гребня новую площадку.

1 Третьим должен был идти Ю.М. Шиянов, но он перед выходом заболел.— Ред.

114

Утро 24 августа принесло новое испытание: носильщики заявили, что

плохо чувствуют себя, и отказались продолжить подъем. Они оставили свой

груз и вернулись в лагерь «5600 метров». Е.М. Абалаков и Д.И. Гущин,

уложив в свои рюкзаки палатки и немного продуктов, вдвоем вышли к

лагерю «6400 метров». Третий, четвертый и пятый «жандармы» были

пройдены ими без задержек. При обходе шестого «жандарма», когда

альпинисты были уже недалеко от снежного гребня, произошла еще одна

неприятность.

Е.М. Абалаков, несмотря на свою исключительную осторожность,

поднимаясь по крутому кулуару среди ломких скал, сдвинул с места обломок

породы. Несколько камней обрушилось вниз на спутника, страховавшего его

с узкой площадки над обрывом. Острый край одного камня перебил веревку,

связывающую альпинистов, а другой расшиб Д.И. Гущину кисть левой руки.

Пренебрегая опасностью, Е.М. Абалаков спустился к своему товарищу,

который едва удерживался на краю пропасти, связал веревку и только после

этого перевязал ему руку. Встал вопрос: что же делать дальше? Возвращение

двух сильнейших альпинистов отряда поставило бы восхождение под угрозу

срыва. Поэтому после короткого совещания альпинисты снова начали

подъем. Д.И. Гущин шел с трудом, повязка на его руке намокла от крови.

Поздно вечером, уже в темноте, альпинисты вышли к месту, где

предполагалось устроить лагерь «6400 метров». У них не было ни сил, ни

времени для того, чтобы оборудовать бивуак как следует. Кое-как разровняли

они площадку среди камней, расстелили палатку и улеглись на нее, привязав

себя веревкой к крюкам, забитым в трещины скалы. Предосторожность эта не

была лишней: края узкой площадки, на которой они устроились, обрывались

к югу и северу крутыми отвесами.

Итак, план штурма вершины был нарушен с первых же дней. Передовая

группа, находившаяся всего в километре ниже цели, оторвалась от своих

товарищей и была обречена на бездействие. Успех экспедиции теперь зависел

от того, будут ли продукты и станция вовремя доставлены в третий высотный

115

лагерь. Задача эта была успешно решена 25 августа носильщиками, теми

самыми, которые накануне под действием горной болезни отступили перед

трудностями пути. Отдохнув за ночь и почувствовав себя немного лучше,

носильщики решили снова сделать попытку двинуться вперед. В

критический для коллектива момент неграмотные киргизы и таджики из

глухих памирских кишлаков проявили высокую сознательность и понимание

долга. Они хорошо помнили рассказ о значении успеха восхождения, знали,

как важно установить у вершины пика метеостанцию, и были горды тем, что

их труд вложен в дело изучения огромного ледяного резервуара, питающего

водой поля советских республик Средней Азии. Это сознание дало им силу

совершить самоотверженный поступок.

Расположившись на небольшой площадке перед палатками лагеря «5900

м», они молча уложили в свои рюкзаки части метеостанции и уже были

готовы к выходу, когда к лагерю подошла вторая группа альпинистов. Эта

группа состояла из людей, еще не успевших привыкнуть к высоте. Ю.М.

Шиянов, сильнейший из ее членов, страдал от легкого отравления

испортившимися консервами, которые он поел в Ледовом лагере. Группа

была не в состоянии сразу же двигаться дальше, и носильщики пошли вперед

одни. Через два часа они начали подъем по скалам самого трудного и

опасного пятого «жандарма». Ураим Керим, Закир и Нишан-Раби шли

навстречу опасностям одни, без сопровождения опытных альпинистов, хотя

каждому из них была памятна трагическая судьба Н.А. Николаева и их

товарища Джамбая Ирале. Несмотря на заведомый риск, носильщики шли на

помощь альпинистам. К четырем часам дня груз был благополучно доставлен

в лагерь «6400 м» и передан Е.М. Абалакову. К вечеру Ураим Керим и его

товарищи вернулись в лагерь «5900 метров». Закир жаловался на сильные

боли в коленях. Суставы ног у него сильно опухли, и он едва двигался.

Закиру предстояло вернуться вниз, в Ледовый лагерь. Остальные два

носильщика должны были еще раз пройти до лагеря «6400 м», на этот раз

вместе с альпинистами второй группы, чтобы доставить еще немного

116

продовольствия.

***

Подходили к концу вторые сутки со времени прихода двух альпинистов

на площадку лагеря «6400 метров». Второй группы все еще не было. Но как

ни беспокоило альпинистов нарушение графика штурма, еще больше

опасались они ухудшения погоды. Признаки ухудшения были налицо:

давление падало, появились гряды светлых перистых облаков,

протянувшихся с юга, со стороны вершины пика.

Уже вечерело, когда альпинисты услыхали доносившиеся снизу голоса.

Вскоре в кулуаре шестого «жандарма» показались фигуры шести тяжело

нагруженных людей. Это шла вторая группа во главе с Ю.М. Шияновым. В

этой группе были носильщики Ураим Керим и Нишан-Раби, которые

накануне доставили Е.М. Абалакову метеостанцию. У них уже не было сил,

чтобы выбраться самостоятельно на вершину шестого «жандарма». На по-

следнем подъеме Ю.М. Шиянов предложил носильщикам снять рюкзаки, и

альпинисты постепенно перетащили их вместе со своим грузом. Вскоре обе

группы соединились. Ураим Керим и Нишан-Раби не могли идти дальше: их

снова мучила горная болезнь и они находились в состоянии, близком к