Элизабет Хереш - Николай II
- Название:Николай II
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Ростов-на-Дону: «Феникс», 1998 — 416 с.
- Год:1998
- ISBN:5-222-00445-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Элизабет Хереш - Николай II краткое содержание
Более восьмидесяти лет назад Николай II отрекся от престола. В первой четверти 20-го века перестала существовать империя, которую сейчас трудно себе представить. Автор книги рисует удивительный образ человека, который правил величайшей империей мира, исследует с привлечением ранее не известных немецких и русских документов причины, которые привели к падению империи и династии.
Николай II - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Между тем уже принято решение о переезде царской семьи. Оба главных союзника России — Франция и Англия — более не считают себя друзьями бывшего царя и его семьи.
«Английский королевский дом взял назад уже данное согласие на прием русских родственников. Правительство признало «невозможным» предоставление убежища бывшему царю. Оно напугано демонстрациями солидарности английских рабочих с русским пролетариатом. Британский посол в Петрограде сэр Джордж Уильям Бьюкенен рекомендует Форин Оффису попытаться договориться о приеме во Франции. Однако другой англичанин дезавуирует попытки в этом направлении. Это английский посол в Париже лорд Фрэнсис Берти, который, узнав о подобном предложении, немедленно пишет письмо своему начальнику, британскому министру иностранных дел: «Я не верю, что бывшего царя и его семью здесь ожидает теплый прием… — начинает он и продолжает, — царицу они не только по рождению, но и по сути относят к проклятым бошам. Она, как вам известно, сделала все для достижения соглашения с Германией. Ее считают преступницей или душевнобольной, а бывшего царя — преступником, в то же время полностью находящимся у нее под каблуком и делающим то, что она внушает.
Искренне Ваш Берти».Нетрудно было предсказать, как воспримут в Лондоне такое письмо — демарша в Париже не последовало. Значит, и Франция отпадает — во всяком случае, Англия в этом направлении ничего не предпринимает.
Тогдашний премьер-министр Ллойд Джордж, который некоторое время спустя в палате общин потребовал бросить на произвол судьбы сражавшуюся против Ленина белую армию, когда она уже стояла у ворот Москвы [135] Английская помощь белым прекратилась, когда они были отброшены к Черному морю, а не когда Деникин подходил к Москве. (Прим. перев.)
(«Вы что, хотите снова иметь сильную Россию?»), — этот самый Ллойд Джордж энергично настаивает на том, чтобы не допускать царскую семью на британскую землю.
Под давлением своего премьера и других подобных политиков и дипломатов король Георг, любимый кузен Николая («Джорджи»), вынужден продиктовать своему секретарю письмо британскому министру иностранных дел: «Его Королевское Величество может лишь довести до Вашего сведения свое сомнение в целесообразности, с учетом трудностей переезда, предоставления здесь возможности проживания русской императорской фамилии…».
Если английский король боялся утратить свою популярность из-за критики слева, то Ллойд Джордж руководствовался враждебными чувствами. «Российская империя — это неспособный к плаванию корабль», — говорил он (вопреки реальности). «Каркас прогнил, и команда не лучше. Капитан мог ставить паруса только в штиль… А царь был всего лишь короной без головы», — завершил он свою оценку. Позднее, после убийства царской семьи, от холодно писал: «За эту трагедию наша страна не может нести ответственности».
Примечательна совершенно противоположная оценка России тогда еще молодым Уинстоном Черчиллем, который в годы войны сменил лорда Маунтбэттена (из-за его немецкой фамилии Баттенберг!) в качестве первого морского лорда (морского министра) [136] Черчилль был первым лордом Адмиралтейства. Первый морской лорд — это начальник штаба флота, и Черчилль, будучи гражданским лицом, не мог занимать этот пост. Первый морской лорд адмирал Баттенберг (действительно затем сменивший фамилию) был снят не за нее, а за поражение английской эскадры у Коронеля в ноябре 1914 г. и заменен адмиралом Фишером, тогда как Черчилль продолжал оставаться министром. (Прим. перев.)
. Он тоже предоставлял Россию в корабельных образах:
«Трагедия состояла в том, что русский корабль затонул, когда гавань уже была видна. Русская армия в первой мировой войне проявила уникальную способность — в кратких промежутках между боями она полностью восстанавливала свою боевую мощь. Расстояния, обстоятельства — кто бы мог это исправить? Заслуги царя оценены недостаточно. Как бы его ни критиковали, кто еще на его месте сделал бы лучше?».
Николай и его семья 30 июля 1917 года узнали, что на следующий день им предстоит отъезд. «По соображениям безопасности», — как им сказали. Но не в Англию, а в неназванное место России. Ехать четыре-пять дней, и следует брать теплые вещи. Николай все понял. Согласно мемуарам Керенского, он сам сообщил бывшему царю о предстоящем переезде. Если верить Николаю, который постоянно отмечал в дневнике все посещения Керенского и разговоры с ним, было вовсе не так (очевидно, Керенский не нашел смелости), а узнал царь об этом от графа Бенкендорфа, которого Керенский вызывал к себе. Как следует из письма Николая к сестре Ксении, он много раз пытался выпросить у Керенского разрешение на переезд в Крым.
Вечером в день отъезда Керенский разрешил великому князю Михаилу попрощаться с братом. «Я обязан был присутствовать при этом разговоре, было крайне неприятно, но таков был мой долг», — пишет Керенский в своих воспоминаниях, не объясняя, в чем заключался его долг.
Николай записал в дневнике: «После обеда ждали, когда нам сообщат время отъезда, которое многократно переносилось. Вдруг вошел Керенский и сказал, что приезжает Миша. Около 10.30 действительно появился наш дорогой Миша и вошел вместе с Керенским и комендантом. Мы были вне себя от счастья, что свиделись, но очень неудобно было разговаривать в присутствии посторонних…» [137] Чтобы не мешать разговору, Керенский отошел к окну и заткнул уши. (Прим. перев.)
.
У братьев в глазах стояли слезы. Ни слова о том, что Михаил своим отказом занять трон положил конец династии Романовых. Оба были счастливы, что встретились после долгого перерыва, и оба, возможно, понимали, что видятся в последний раз.
Через несколько минут Керенский прерывает свидание. «Крайне сожалею, но у меня больше нет времени». Действительно, к шести утра семья, не ложившаяся всю ночь, с маленькой группой сопровождающих села в поезд. Было уже 1 (14) августа 1917 года.
Они направляются в Тобольск — в Сибирь.
Поезд идет несколько дней, прежде чем семья, немногие сопровождающие и многочисленная охрана сходят с него в ожидании парохода. Окна поезда закрашены, чтобы любопытствующие не могли увидеть бывшего царя и не допустить демонстраций за и против монархии. Семья, черпая силы в своей сплоченности, ехала навстречу неизвестной судьбе.
Так же, как Александра (из-за недальновидности или упрямства) отклонила предложение Родзянко выехать в Могилев, подальше от петроградских повстанцев и их Совета [138] Александра отказалась ехать из Царского Села из-за болезни детей. (Прим. перев.)
, Николай не поступился своими принципами, когда представилась подобная возможность: генерал Маннергейм, ставший губернатором Финляндии, предложил вывезти его из Царского Села прямо в Финляндию, в обход опасного Петрограда, если Николай готов признать автономию финских территорий, в противном случае его присутствие может вызвать волнения [139] Маннергейм не был губернатором, Финляндия управлялась комиссаром Временного правительства. Эта история маловероятна, видимо, имеется в виду позднейший отказ Колчака и Юденича признать независимость Финляндии за помощь в овладении Петроградом. (Прим. перев.)
. Но Николай не согласился: как бывший царь он считал, что не может отдавать территорию
Интервал:
Закладка: