Елена Кочемировская - 50 знаменитых больных

Ницше был уверен, что жить ему осталось недолго. «.Нет такой дьявольской пытки, которой бы не хватало в этом убийственном пандемониуме болезней, — пишет С. Цвейг. — Головные боли, на целые дни приковывающие его к кушетке и постели, желудочные спазмы с кровавой рвотой, мигрени, лихорадки, отсутствие аппетита, утомляемость, припадки геморроя, запоры, ознобы, холодный пот по ночам — жестокий круговорот. К тому же еще «на три четверти слепые глаза», которые опухают и начинают слезиться при малейшем напряжении, позволяя человеку умственного труда «пользоваться светом глаз не более полутора часов в сутки». Но Ницше пренебрегает гигиеной и по десять часов работает за письменным столом». 14 января 1880 года он с громадным усилием написал духовное завещание.

Здоровье было для Ницше чрезвычайно хрупким и непрочным благом, его поддержанию служил «.целый перечень предосторожностей, целый свод медицинских предписаний: чай должен быть определенной марки и определенной крепости, чтобы не причинить ему вреда; мясная пища для него опасна, овощи должны быть приготовлены определенным образом. Постепенно это непрерывное самоисследование и самоврачевание приобретает отпечаток болезненного солипсизма, до предела напряженной сосредоточенности на самом себе». Болезнь философа породила не только основные темы его размышлений, но и характерный афористический стиль изложения, который был «изобретением поневоле»: Ницше старался писать в промежутках между приступами мигрени.

Как результат, в 1883–1885 гг. были опубликованы четыре части философской поэмы Ницше, написанной в форме библейского повествования «Also sprach Zarathustra» («Так говорил Заратустра»). Последняя часть этой книги печаталась на собственные деньги Ницше. Как и другие его работы, она осталась не замеченной читательской аудиторией. Тогда Ницше решил представлять свои философские рассуждения в более доступной литературной форме. В таком виде были напечатаны «Jenseits von Gut und Bose» («По ту сторону добра и зла», 1886) и «Zur Genealogie der Moral» («Происхождение морали», 1887), но их также мало кто оценил.

1888 год был самым продуктивным в жизни философа, но и последним годом, когда он находился в ясном уме. Тогда он написал и опубликовал «Der Fall Wagner», «Der Antichrist» («Антихрист»), «Nietzsche contra Wagner» («Ницше против Вагнера»), «Ecce Homo». В это время Ницше чувствовал необычайный прилив сил, но «.в ту минуту, когда он, ликуя, воздевает руки к небу в упоении своей силой, когда он пишет в «Ecce Homo» о своем великом здоровье и клятвенно заверяет, что никогда он не переживал состояний болезни, состояний упадка, — уже сверкают молнии в его крови. То, что воздает хвалу, то, что торжествует в нем, — это уже не жизнь, а смерть, уже не мудрый дух, а демон, овладевающий своей жертвой. То, что он принимает за сияние, за самое яркое пламя своей силы, в действительности таит в себе смертельный взрыв его болезни, и блаженное чувство, которое охватывает его в последние часы, клинический взор современного врача безошибочно определил как эйфорию, типичное ощущение здоровья, предшествующее катастрофе».

Годы отшельничества закончились для Ницше 3 января 1889 года, когда прямо на улице в Турине его хватил удар и он полностью потерял способность самостоятельно ориентироваться в пространстве. «Распростертым на улице Турина находят чужие люди самого чуждого человека эпохи, — пишет С. Цвейг. — Чужие руки переносят его в чужую комнату на Via Carlo Alberto. Нет свидетелей его духовной смерти, как не было свидетелей его духовной жизни. Тьмой окружена его гибель и священным одиночеством. Никем не провожаемый, никем не узнанный, погружается светлый гений духа в свою ночь». Его вскоре перевезли в Базель, и последние одиннадцать лет жизни его рассудок был затуманен. Сначала Ницше содержался в больнице Базеля, а затем его перевезли в Наумбург, под опеку матери и сестры. 24 августа 1900 года Фридрих Вильгельм Ницше скончался в Веймаре. По неофициальной версии, причиной его смерти является общий паралич, вызванный скрытым сифилисом.

Надо сказать, что факт, будто Ницше болел сифилисом, — один из распространенных анекдотов о философе. Мол, все ницшеанство — это следствие патологических изменений вследствие венерической болезни. Этот диагноз якобы был поставлен философу в 1889 г. в одной из клиник Базеля, куда он попал после апоплексического удара.

Это предположение было подхвачено после Второй мировой войны, когда начались процессы над нацистскими преступниками. Мысль о заболевании сифилисом была высказана критиком Ницше Вильгельмом Ланге-Эйхбаумом в 1947 г. Он писал, что некий берлинский невролог сообщил ему в частной беседе, будто Ницше заразился, еще будучи студентом. «И вот этот единственный пассаж в сомнительного достоинства книге Ланге-Эйхбаума является важнейшим, постоянно цитируемым основанием для мысли, что Ницше болел сифилисом», — возмущается американский исследователь Леонард Сакс. Сам же Сакс пишет: более вероятно, что у философа была медленно растущая опухоль мозга, которой можно объяснить как помешательство, так и головные боли и нарушение зрения, которыми на протяжении долгих лет страдал Ницше.

И все же — независимо от причины — была болезнь благом или злом для Ницше? Ответ не так однозначен, ведь, по словам С. Цвейга, «благодаря болезни он был избавлен от военной службы и посвятил себя науке; благодаря болезни он не увяз навсегда в науке и филологии; болезнь бросила его из базельского университетского круга в «пансион», в жизнь, и вернула его самому себе. Болезни глаз обязан он «освобождением от книги», «величайшим благодеянием, которое я оказал себе». От всякой коры, которой он мог обрасти, от всяких цепей, которые могли сковать его, спасала его (мучительно и благодатно) болезнь. «Болезнь как бы освобождает меня от самого себя», — признается он; болезнь была для него акушером, облегчившим рождение внутреннего человека, сестрой милосердия и мучительницей в одно и то же время. Ей он обязан тем, что жизнь стала для него не привычкой, а обновлением, открытием: “Я будто заново открыл жизнь, включая и самого себя”».

(род. в 1782 г. - ум. в 1840 г.)

«Скрипка в руках Паганини - орудие психики, инструмент души».

«Оценивать Паганини только как инструменталиста — значит не охватывать необыкновенное явление в целом».

М. Мохнацкий (польский критик)

В небогатом квартале Генуи, в узком переулочке с символическим названием Черная кошка, 27 октября 1782 года у Антонио Паганини и его жены Терезы Боччарди родился сын Никколо. Он был вторым ребенком в семье. Мальчик родился тщедушным, болезненным. Хрупкость и чувствительность он унаследовал от матери — экзальтированной и сентиментальной, настойчивость, темперамент, бурную энергию — от отца, предприимчивого и практичного торгового агента.