Леонид Хинкулов - Франко

— Какой страшный! Какой грозный! — говорит она о Гурмане. — А сила какая! Кажется, захочет — раздавит… Одним взглядом сразит. И чем страшнее, чем злее говорит со мной, тем, кажется, больше люблю я его. Вся дрожу, так и чудится, что растворяюсь в нем, делаюсь частицей его самого. И нет у меня тогда ни своей воли, ни своей мысли, ни силы, ни терпенья, ничего. Все мне тогда безразлично, и все готова отдать ему, выбросить в грязь, если он этого захочет!.. И не отдала ли я ему все, все, что может отдать женщина любимому человеку? Даже душу свою, женскую честь, свое доброе имя. Клятву для него нарушила! Сама себя на посмешище выставила. Ну, и что же? Мне все равно! Он — все для меня: и свет, и люди, и честь, и клятва…

Микола тоже до самозабвения любит Анну и, выпущенный из острога, в отчаянии оттого, что жена сошлась с жандармом. Но он готов снести и муки и позор, лишь бы Анна не бросила его совсем.

А Михайло Гурман, воспитанный в атмосфере жандармского своеволия, не имеет уже за душой ничего святого. Он ни во что и ничему не верит. Его жизненная «философия» не сложна:

— Живи и дыши, пока живешь! Если неплохо — благодари бога. Когда будет плохо — начнешь об этом думать. Чем кончится? Ничем не кончится. Будем жить, пока можем. Будем людям в лицо смеяться, пока они нас не растопчут. А потом? Потом один конец: все помрем, к черту в зубы попадем.

Издеваясь над безответным Миколой Задорожным, жандарм в конце концов вынуждает Миколу взять в руки топор. И в минуту безудержного гнева Задорожный убивает Гурмана.

При появлении старосты и понятых Анна объявляет, что это она зарубила своего любовника [16] Этот первый вариант окончания «Украденного счастья» впервые был опубликован только в 1945 году, и с этим окончанием поставил пьесу (в русском переводе) Московский драматический театр имени А. С. Пушкина в 1950 году. .

Судьба пьесы Франко очень знаменательна. Пьеса была представлена на конкурс в сентябре 1891 года под девизом (на древнегреческом языке) «Ты глух, глуп и слеп».

Отзыв на все восемь (из них три одного автора) поступивших на конкурс пьес написал один из членов жюри — уже хорошо известный нам Огоновский. Он признал семь пьес чрезвычайно слабыми в художественном отношении, а о драме «Украденное счастье» написал:

«У автора виден драматический талант, но в характеристике главных действующих лиц, Анны Задорожной и Михаила Гурмана, проявляется радикальная тенденция. Такие персонажи с безнравственными чертами невозможно показывать на сцене».

В конце 1891 года было опубликовано сообщение о продлении конкурса еще на год — «по той причине, что на конкурс представлено слишком мало произведений, а представленные не отвечают требованиям».

Только в январе 1893 года состоялось присуждение премий. Первую получила за пьесу «Катерина Чайковна» Наталка Полтавка (Надежда Матвеевна Кибальчич, дочь известного фольклориста Номиса-Симонова). Вторую — молодой актер и драматург Константин Ванченко-Писанецкий за пьесу «Мужичка». Впоследствии он стал известен как автор репертуарных пьес «Запорожский клад», «Ведьма» и инсценировок Гоголя «Майская ночь», «Тарас Бульба».

Третья премия была присуждена «Украденному счастью» Франко, однако «только при условии, что господин автор произведет в этой пьесе изменения, указанные конкурсной комиссией».

Франко пришлось совершенно переделать всю развязку драмы. В переработанном варианте жандарм Михайло Гурман под занавес, умирая, поднимается с земли и объявляет старосте, что Микола Задорожный не виноват, что это он сам наложил на себя руки.

Один из членов жюри, адвокат, театральный критик и переводчик Евгений Олесницкий, опубликовал в журнале «Заря» статью «Драматический конкурс». В ней он подробно рассказал, как шли в конкурсной комиссии прения.

«Украденное счастье» Ивана Франко Олесницкий сам оценил очень высоко и сообщал, что упрек пьесе, «поддержанный большинством членов жюри, заключается в том, что автор неестественно придал роли жандарма черный характер. Некоторые увидели в этом унижение института жандармов, некоторые опасались, что по этой причине правительство не разрешит ставить эту пьесу. Потому и предложено было автору заменить жандарма другим лицом. Упрек этот продиктован, конечно, исключительно галицкой спецификой, и жаль времени и места на доказательство его необоснованности…»

Во всяком случае, и эту уступку пришлось автору сделать. Для театральной сцены жандарм был заменен… сельским почтальоном. Впрочем, в печатном тексте, опубликованном сразу же в «Заре», жандарм остался жандармом…

Первый спектакль «Украденного счастья» состоялся во Львове 16 ноября 1893 года, прошел с огромным, небывалым успехом и вызвал единодушно сочувственные отклики печати. Газета «Дело» зачислила новую пьесу «в совершенные образцы нашей драматической литературы» и добавляла при этом: «Разумеется, безупречное понимание психологии и мировоззрения того класса народа, из которого автор взял сюжет своей драмы, в огромной степени обусловило такой блестящий успех произведения в целом».

«Львовский курьер» писал: «Франко, до сих пор занимавший в украинской литературе выдающееся место как публицист, поэт и прозаик, убедил нас, что и в украинской драматургии он займет почетное место».

На втором представлении «Украденного счастья» после четвертого действия Евгений Олесницкий от имени галицкой молодежи увенчал автора, вызванного на сцену бурной овацией публики, лавровым венком.

Успех «Украденного счастья» подтолкнул Франко к написанию еще нескольких пьес.

Он взялся за переработку своей старой, в свое время не вполне законченной комедии «Рябина».

Мошеннические проделки кулаков и торговцев, местных властей — вот что подвергает Франко острой критике. Слабее представлено в комедии «положительное начало»: борьба за устройство сельской хаты-читальни, появление в конце пьесы жандарма, олицетворяющего «справедливый закон», заключительный призыв — под занавес — «перевоспитавшегося» Рябины идти всем в церковь и замаливать свои грехи.

Однако же и в таком виде пьеса была в штыки принята цензурой. Прежде чем пьесу допустили на сцену, в ней произвели многочисленные изъятия. Может быть, именно поэтому Франко ее так и не напечатал при жизни.

На полях одного из сохранившихся автографов «Рябины» чьей-то рукой сделана характерная надпись: «Слишком остро для сцены, хотя и чистейшая правда».

Но театры часто ставили эту комедию. Впервые она шла в июле 1894 года одновременно в Коломые и в Станиславе, в сентябре состоялась премьера во Львове.

Почти в это же время Франко написал и третью свою бытовую пьесу — «Учитель». Ее поставили впервые осенью того же года.