Герман Смирнов - Очищение армии

И действительно, в начале 1920 г. Ленин только заикнулся о необходимости укрепить руководство Западного фронта – и тут же два месяца сидевший в Москве без назначения Тухачевский получает под свое начало Кавказский фронт. А уже 20 марта С. С. Каменев предлагает Ленину сместить Гиттиса и поставить на его место Тухачевского в порядке перевода с фронта на фронт!

«Ввиду важности польского фронта и ввиду серьезных предстоящих здесь операций, – писал Каменев, – Главнокомандование предлагает к моменту решительных операций переместить на Западный фронт командующего ныне Кавказским фронтом Тухачевского, умело и решительно проведшего последние операции по разгрому армий Деникина».

План разгрома польской армии был утвержден 28 апреля, а Тухачевский, назначенный на пост комфронта 29 апреля, с момента своего вступления в должность начал его перекраивать. Вместо частных операций по освобождению Минска и удару на Мозырь для оказания помощи Юго-Западному фронту он предложил 14 мая сразу начать общее наступление. Одним мощным ударом всех наличных сил он рассчитывал опрокинуть передовые части противника, а потом не спеша уничтожать по мере подхода вражеские резервы. Если же поляки вздумают наступать или контратаковать, говорил он, то на этот случай у нас будет резерв. Правда, пока его нет, но он создастся по мере того, как будут подходить запаздывающие соединения.

И таково уже было тогда обаяние созданной Тухачевскому репутации выдающегося полководца, что 10 мая Политбюро во главе с Лениным одобрило этот безумный план.

И 14 мая, создав в направлении главного удара полуторное превосходство, Михаил Николаевич двинул свои части в бой. За пять дней красные части продвинулись вперед на 70–80 км, но вдруг … «случилось, – как пишет Иванов, – то, чего так опасался Тухачевский», – 16-я армия Соллогуба не смогла оказать поддержки 15-й. Попытка спасти положение вводом в сражение резервов не дала результатов.

Тухачевский, как он привык на Восточном фронте, запросил подкреплений у Главнокомандования, и его просьбы были удовлетворены за счет успешно действовавшего в это время Юго-Западного фронта (командующий А. И. Егоров, члены Военного совета И. В. Сталин, Р. И. Берзин, Х. Г. Раковский).

«На Западном фронте положение оказалось хуже, чем думали Тухачевский и Главком, – телеграфировал Ленин Сталину 2 июня, – поэтому надо просимые вами дивизии отдать туда»… (ПСС, т. 51. С. 205).

Тем не менее, несмотря на усиление 18, 5-й и 21-й дивизиями, войска Западного фронта к 8 июня были отброшены на исходные рубежи. «Причины неудачи майской операции, – говорится в энциклопедии «Гражданская война и военная интервенция в СССР» (с. 344), – недостаток сил и особенно резервов, отсутствие устойчивого управления войсками и слабая работа тыла».

После провала майской операции Тухачевский получил усиление и подкрепления за счет других фронтов для нового наступления.

И 4 июля 1920 г. войска Западного фронта под командованием Михаила Николаевича начали знаменитую июльскую операцию, в ходе которой Красная Армия выбила белополяков из Минска и Вильнюса, освободила значительную часть Белоруссии и создала условия для вторжения в буржуазную Польшу.

Стремительное продвижение создало у Тухачевского и Военного совета Западного фронта (И. С. Уншлихт, А. П. Розенгольц, И. Т. Смилга) иллюзию полной деморализации противника, и они не уставали твердить Реввоенсовету Республики и главкому С. С. Каменеву о том, что польская армия разбита и не способна к организованному сопротивлению и что Западный фронт, наступая без паузы, без подтягивания тылов и резервов, один без посторонней помощи возьмет Варшаву, как говорится, «на хапок».

Эти настоятельные предложения расходились с первоначальным замыслом командования наносить удары на Варшаву по сходящимся направлениям силами Западного и Юго-Западного фронтов Но 21 июля главком Каменев, убежденный Тухачевским и его соратниками, санкционировал нанесение удара по Варшаве силами одного Западного фронта. Поэтому, когда 22 июля Реввоенсовет Юго-Западного фронта предложил изменить направление своего наступления с брестского на львовское, Каменев с согласия Реввоенсовета Республики отдал директиву начать операции обоих фронтов 23 июля в расходящихся направлениях…

С рубежа Пинска войска Западного фронта под командованием Тухачевского приступили к выполнению печально известной Варшавской операции, о которой В. Иванов пишет.

«Блестяще задуманная и успешно начатая операция неожиданно закончилась поражением советских войск».

И далее:

«Тухачевскому, так же как и Главному командованию, в то время ничего не было известно о контрзамыслах противника и уже начатой им перегруппировке войск».

Биограф неточен, когда говорит о том, что Тухачевскому ничего не было известно о замыслах противника. В начале августа. Главное командование РККА получило сведения о сосредоточении польских войск для контрудара южнее Варшавы. Но когда главком Каменев сообщил об этом комфронта, тот категорически отверг такую возможность, ведь в разработанной им, Тухачевским, операции полякам следовало сосредоточиваться не южнее, а севернее Варшавы. Считая, что Тухачевскому на месте виднее, главком предоставил ему право принимать решение по собственному усмотрению.

Ошибочно считая или принимая желаемое за действительное, что главные силы противника отходят севернее Буга, Тухачевский сосредоточил свои войска именно на этом направлении, чтобы разгромить их за Вислой.

10 августа 4, 15, 3-я и 16-я армии Западного фронта получили приказ о наступлении К 14 августа передовые соединения советских войск вышли на ближние подступы к польской столице и стали обходить ее с севера, делая поворот налево для последующего овладения Варшавой ударом с северо-запада. И вдруг… поляки нанесли удар в стык 3-й и 15-й армий; польская конница прорвалась в Цеханов, где находился штаб 4-й армии Западного фронта, и ее командование потеряло управление войсками и связь со штабом фронта. Части советской 15-й армии отошли сначала на 15 км, а потом стали в беспорядке отступать на восток. 4-я армия и две дивизии 15-й армии были отрезаны от своих и были вынуждены интернироваться в Восточной Пруссии.

К 19 августа Западный фронт рухнул, его остатки, не преследуемые противником, отошли на рубеж восточнее Бреста – Липска – Свислочи.

«Наступление Западного фронта, – пишет энциклопедия «Гражданская война и военная интервенция в СССР» (с. 87), – не было всесторонне обеспечено, как того требовала директива ЦК: тылы отстали, железнодорожные коммуникации не были полностью восстановлены, не хватало транспортных средств, в результате чего войска испытывали недостаток в продовольствии и боеприпасах и оказалось невозможным перебросить 60 тыс. человек пополнения, имеющегося в тылу Западного фронта. Командующий Западным фронтом неверно определил район сосредоточения основных сил противника, и оперативное построение войск Западного фронта оказалось неправильным, левое крыло фронта было слабым, резервы отсутствовали».