Ларри Симс - Дневник Гуантанамо

Последний шаг — сама свадьба, дата которой выбирается с согласия обоих. Каждая сторона может потребовать столько времени, сколько ей нужно для подготовки, конечно, в разумных пределах. Мужчина должен формально выкупить невесту, но не принято, чтобы семья девушки устанавливала какую-то сумму. Ее определяет сам мужчина в силу своих финансовых возможностей. Поэтому сумма выкупа может быть и очень скромной, и невообразимо большой. Когда жених платит столько, сколько ему только позволяет финансовое положение, многие семьи берут себе символическую сумму, а остальное отдают семье жениха, обычно это как минимум половина выкупа.

Празднование свадьбы традиционно проводится в семейном доме девушки, но в последнее время люди чаще стали заказывать проведение праздника в больших домах, похожих на клубы. Это очень прибыльный бизнес. Праздник начинается с акда, брачного соглашения, которое может зачитать любой имам или шейх. Мавританцы не верят в государственные формальности, поэтому практически никто не заключает брак официально, кроме тех случаев, когда это экономически выгодно, что бывает крайне редко.

На праздновании присутствуют члены обеих семей. Традиционно мавританцы отмечают свадьбу в течение семи полных дней, но современная жизнь диктует такие условия, что семь дней сокращаются до всего одной ночи. Друзья жениха могут быть только одного с ним возраста, на женщин это ограничение не распространяется. Во время празднования женщины редко общаются с мужчинами, хотя и могут находиться с ними в одном зале; каждый пол уважает территорию другого. Тем не менее все гости разговаривают друг с другом в центре зала и вместе наслаждаются развлечениями: шутками, музыкой и поэзией. Когда я был ребенком, мужчины и женщины передавали зашифрованные сообщения через человека, который точно знал содержание этих фраз. В них обычно рассказывалось о каких-то забавных случаях, которые могли произойти с кем угодно, и обычно конфузные. Сейчас такие развлечения уже не проводятся.

На свадьбе щедро угощают едой и напитками. Празднование традиционно заканчивается так называемым «Тавазским грабежом», который не имеет никакого отношения к буквальному значению этих слов. Название просто описывает обычай, по которому женщины похищают невесту, а ее братья пытаются помешать им. Подругам невесты разрешено сговориться и спрятать ее, а жених со своими друзьями обязан помешать им. Если же команде жениха не удалось предотвратить «грабеж», то они находят невесту и приводят ее к жениху. Невеста должна действовать сообща со своими подругами, иначе ее будут называть всеми плохими прилагательными. Иногда мужчинам требуется несколько дней, чтобы отыскать невесту.

Когда невесту находят, ее передают жениху, и свадьба заканчивается. Близкие друзья доставляют новообразовавшуюся семью домой, а гости добираются домой сами.

Свадьба моей любимой племянницы Зейнаб Минт Элмами прошла бы примерно так. Я не должен был присутствовать на свадьбе, потому что я намного старше жениха, да и все равно у меня было не так много свободного времени. Меня ожидали на другой интересной вечеринке. Когда все гости были на месте, я спросил у мамы, все ли в порядке. Кажется, все было как надо, моя помощь больше не требовалась. Дальше атмосфера свадьбы должна была сделать все сама.

Когда я добрался до вечеринки, которая проводилась на прекрасной вилле Ахмеда ульд Эль Моктар ульд Каттари в Tevrlegh Zeina, меня очень тепло встретили. С большинством гостей я не был знаком, но заметил своего двоюродного брата и хорошего друга доктора Ибрагима ульд Нтагри, утонувшего в толпе. Я прорвался через людей и сел рядом с ним.

Он был рад встрече и познакомил меня с самыми важными гостями. Мы отступили от центра вечеринки с несколькими его товарищами, и Ибрагим познакомил меня со своим другом, молодым адвокатом. Он спросил нас с Ибрагимом, может ли он помочь защитить нашего брата Махфоуза, за которого власти США объявили награду 25 миллионов долларов [57].

— Чем ты ему поможешь? Сократишь срок с 500 до 400 лет? — спросил я с иронией.

Люди в других частях мира, например в Европе, с трудом понимают, насколько сурово наказывают в США. Мавритания — страна, где законы почти не соблюдаются, но, даже несмотря на это, Мавритания намного более гуманна, чем США. Какой смысл приговаривать кого-то к 300 годам, если люди столько не живут?

Мы просто болтали об этом и наслаждались вкусной едой, когда мне позвонили. Я достал телефон и отошел от своих друзей. Позвонил ДСР, директор службы разведки.

— Привет, — ответил я.

— Мохаммед, где ты? — спросил он.

— Не переживайте! Где вы?

— Я у своего дома. Нам нужно встретиться.

— Хорошо. Просто ждите. Я уже еду! — сказал я.

Я отвел своего брата Ибрагима в сторону:

— Слушай, мне позвонил Деддахи, нам нужно увидеться.

— Как только он отпустит тебя, дай мне знать.

— Хорошо.

ДСР ждал меня у своего дома, но он был не один. За его спиной стоял помощник, инспектор, и это был не очень хороший знак.

— Салам алейкум, — сказал я, выходя из машины.

— Алейкум ассалам. Тебе нужно поехать со мной, а твою машину поведет мой помощник.

— Хорошо.

Инспектор и мы с ДСР поехали в секретную хорошо известную тюрьму.

— Эти люди приказали нам арестовать тебя.

— Почему?

— Я не знаю, но надеюсь, что скоро мы сможем выпустить тебя. Вся эта ситуация с 11 сентября свела всех с ума.

Я промолчал. Я просто позволил ему немного поговорить со своим помощником и не вмешивался в их разговор. ДСР уже вызывал и допрашивал меня дважды за те две с половиной недели, что прошли с атак 11 сентября.

Они отвели меня в комнату, где я уже был полтора года назад. Инспектор вышел проинструктировать охранников, и я воспользовался этим, чтобы быстро позвонить своему брату Ибрагиму.

— Меня арестовали, — прошептал я, даже не дожидаясь ответа.

Затем я стер все записи в телефонной книге. Не то чтобы у меня были какие-то интересные контакты: все, что у меня было, это номера партнеров по бизнесу из Мавритании и Германии. Но я не хотел, чтобы правительство США потом мучило этих миролюбивых людей, просто потому, что их номера были записаны в моем телефоне. Самый забавный контакт, который я удалил, был записан как «ПК Ладен». Это был телефон компьютерного магазина. Так совпало, что на немецкий слово «магазин» переводится как «ладен». Я знал, что бессмысленно это объяснять, следователи все равно мне не поверили бы. Господи, они постоянно пытались повесить на меня что-то, к чему я не имел никакого отношения!

— Отдай мне свой телефон, — сказал инспектор, когда вернулся.

Среди того, что американцы вернули мне потом, был этот старый нелепый телефон, но в нем не осталось никаких номеров. Что касается моего ареста, это было похоже на политическую торговлю наркотиками. ФБР попросило президента США вмешаться и помочь арестовать меня. В свою очередь Джордж Буш попросил президента Мавритании об услуге. Как только мавританский коллега Буша узнал о просьбе, он отправил полицию арестовать меня.