Сергей Львов - Быть или казаться?
- Название:Быть или казаться?
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство политической литературы
- Год:1982
- Город:Москва
- ISBN:978-5-389-01463-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Львов - Быть или казаться? краткое содержание
Крик и брань — не свидетельство силы и не доказательство. Сила — в спокойном достоинстве. Заставить себя уважать, не позволить, чтобы вам грубили нелегко. Но опускаться до уровня хама бессмысленно. Это значит отказываться от самого себя. От собственной личности. Спрашивать: «Зачем вежливость?» так же бессмысленно, как задавать вопросы: «Зачем культура?», «Зачем красота?»
В художественно-публицистической книге писателя С. Л. Львова речь идет о подлинных человеческих ценностях — чувстве социальной ответственности человека перед коллективом, обществом, семьей, его гражданской активности и идейной убежденности, настоящей культуре, в том числе и культуре поведения.
Этим высоким качествам будет противопоставлена погоня некоторых людей за ценностями мнимыми, избыточным материальным благополучием, внешней «престижностью», превратно понятой модой. Автор рассказывает о своих встречах и переписке с людьми равных поколений и судеб.
Быть или казаться? - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
«Былое и думы» А. И. Герцена — его замечательные воспоминания, документ эпохи и свидетельство удивительной жизни, книгу своеобразнейшего стиля не перестают читать и перечитывать. «Дневник», который молодой Герцен вел на протяжении трех лет (в тетради, переплетенной в зеленую кожу, — тетрадь ему подарила жена Наталья Александровна), читают меньше. Другие произведения Герцена затмили «Дневник».
Между тем чтение его поучительно. Герцен начал вести свой дневник, когда ему исполнилось тридцать лет. Круглая дата — нередко повод, чтобы подвести некий итог, заглянуть в будущее, подумать о том, к чему стремился, и ответить себе на вопрос, верно ли выбрал ты свой путь и далеко ли ушел по намеченному пути. А тридцать лет — дата особая. По представлениям, идущим еще от Данте, — это половина жизненного пути. Тридцатилетний человек во времена Герцена молодым себя не считал. Самое время остановиться, оглянуться, задуматься…
Именно в таком душевном состоянии начинает свой дневник А. И. Герцен.
«1842 г…. 25 марта. Тридцать лет! Половина жизни. Двенадцать лет ребячества, четыре школьничества, шесть юности и восемь лет гонений, преследований, ссылок. И хорошо и грустно смотреть назад. Дружба, любовь и внутренняя жизнь искупают многое. Но, признаюсь, беспрерывные гонения и оскорбления нашли средства причинять ужасную боль, и при слове 30 лет становится страшно, — пора, пора отдохнуть. Я наверное отслужил свои 15 лет, могу идти в бессрочно отпускные. Даже и 25, если считать годы вдвое, как у моряков за кампанию».
Состояние, в каком он начал вести дневник, было тяжелым. Герцен собирался в отставку, хотел уйти с казенной службы, насильственно навязанной ему, когда правительство отправило его в ссылку. Считать ли ему в тридцать лет жизнь законченной, удовлетвориться ли существованием «пустоты и роскоши?». Или избрать путь другой, высокий «с единой целью внутреннего просветления?». Ему мало внутреннего просветления. Он создан для того, чтобы просвещать других и действовать. «Я должен обнаруживаться, ну, пожалуй, по той же необходимости, по которой пищит сверчок». Неожиданное сравнение хорошо передает мысль: обнаруживаться, то есть проявлять свои способности, то есть действовать, — для Герцена необходимость. Его не заставишь отказаться от нее, как не заставишь сверчка замолчать.
Как это часто бывает с людьми, склонными размышлять над своей жизнью, в минуту сомнений и колебаний хочется найти опору в мыслях и высказываниях человека, которого чтишь. Герцен по-немецки цитирует строки Гёте, которые в переводе звучат так:
Добро потеряешь — немного потеряешь!
Честь потеряешь — много потеряешь!
Завоюй славу, тогда люди изменят свое мнение.
Мужество потеряешь — все потеряешь,
Лучше бы тогда совсем не родиться!
Мудрые слова Гёте лишь отчасти и ненадолго успокаивают Герцена — упадок духа не преодолен, дальнейший путь его по-прежнему неясен, ответа на свое письмо об отставке он ждет с тревогой. И тем не менее среди всех волнений он не перестает размышлять о прочитанных книгах, соглашаться с ними и оспаривать, делать серьезные философские выводы. На ходу он упоминает о замысле сочинения на важную тему для желающих приняться за философию, но сбивающихся в праве, цели, средствах науки. Эта запись была сделана, когда Герцен в тяжелых условиях ссылки начал замечательное сочинение — цикл статей «Дилетантизм в науке».
Постоянные тревоги о здоровье жены и детей, о друзьях и упорнейшая, ни на день, ни на час не прекращающаяся умственная работа. Недовольство собой. Острое чувство раскаяния в случайной измене жене. Нежелание мириться с обстоятельствами. И постоянные размышления о книгах и писателях, о философах и их учениях, о художниках и их картинах. Пытливая и критическая самооценка. Горькие потери: умирают маленькие дети Герценов, умирает друг. Собственное горе и еще горше переживаемое горе жены. Все отразилось в дневнике.
Герцен читает философские сочинения Спинозы, отмечает их поразительную высоту, а потом выписывает два изречения, которые и до, и после Герцена привлекали многих людей, искавших подлинных ценностей. Слова эти не устарели и в наши дни. Вот они: «Свободный человек менее всего думает о смерти, и его мудрость основана на размышлениях не о смерти, а о жизни», «Блаженство не есть награда за добродетель, но сама добродетель».
Чем больше времени проходит, тем чаще размышления Герцена о собственной жизни связываются с размышлениями об истории, судьбах России, Европы и мира, о глубочайших вопросах философии. Из «Обращения к слушателям» Гегеля Герцен выписывает замечательные слова: «Мужественное стремление к истине, вера в мощь духа есть первое условие философского исследования; человек должен чтить себя и считать себя способным достичь вершин. Нет такой силы в скрытой сущности вселенной, которая могла бы оказать сопротивление мужеству познания; она должна раскрыться перед ним, обнаружив свои деяния, глубины и свое богатство и дав воспользоваться ими». Герцен добавляет: «…такую же веру, твердую и непоколебимую, должно иметь и к природе, к этой вселенной…» Именно в эту трудную пору Герцен занимается естественными науками, читает труды естествоиспытателей и сам пишет «Первое письмо об естествоведении». Так он называет в дневнике свои замечательные «Письма об изучении природы».
Начатый в 1842 году дневник кончается спустя три года печальными строками: «И, как эти три года, так пройдут годы еще и еще, и мы состаримся и яснее увидим, что жизнь потеряна». Но мы дочитали дневник, мужественный, горький, иногда трагический, и понимаем: жизнь, которая постоянно и неумолимо строго оценивает себя, оценивает личную судьбу в связи с судьбой страны и мира, судит себя по великим меркам истории, сопоставляет свою мысль с мыслями великих философов, не потеряна и потеряна быть не может. Весь последующий путь Герцена подтвердил это ощущение. А дневник его остался одним из великих документов неустанного самовоспитания. Он свидетельствует о становлении личности выдающегося деятеля русского освободительного движения, о возмужании революционного демократа, мыслителя, борца и писателя, чью роль в русской революции В. И. Ленин назвал великой.
Тяжкий и многолетний труд А. И. Герцена по самонаблюдению и самовоспитанию необычаен по силе мысли и интенсивности чувства и вместе с тем типичен. Так формировался героический характер русского революционера.
Иные скажут: это все люди выдающиеся. Но вот обычный человек.
Жизнь его сложилась нелегко. Детство пришлось на годы войны. Ему не было еще десяти лет, когда его вместе с другими детьми отправили из родного Ленинграда в эвакуацию. Жил он в детском доме. Было там голодно и холодно. Мальчик прихварывал. Был он характера робкого, задумчивого и не всегда мог постоять за себя. Перед сильными, уверенными, бойкими тушевался. Очень любил читать.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: