Сергей Беляк - Адвокат дьяволов
- Название:Адвокат дьяволов
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Центрполиграф
- Год:2014
- Город:Москва
- ISBN:978-5-227-05107-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Беляк - Адвокат дьяволов краткое содержание
Сергей Беляк — культовый персонаж российской действительности, известный московский адвокат; многолетний защитник лидера ЛДПР Владимира Жириновского; адвокат Эдуарда Лимонова, блестяще защищавший писателя от обвинений в терроризме и в создании незаконных вооруженных формирований; друг лучших отечественных рок-музыкантов. Его веселая и увлекательная книга — энциклопедия русской жизни, коллективный портрет новой России сначала позабавит, а потом заставит о многом задуматься.
Адвокат дьяволов - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Почему в Саратов? Потому, что именно там, в начале 2001 года, группа нацболов купила у… чекистов (выступавших под видом членов местного отделения баркашовского «Русского национального единства») шесть ржавых автоматов Калашникова и около сотни патронов к ним.
Фактически, эта «контрольная закупка» была обычной чекистской провокацией, которая в материалах уголовного дела гордо именовалась «спецоперацией». (Одновременно чекисты подбирались с подобными предложениями к нацболам и через их брянскую организацию, но там провокаторов раскусили и разумно послали куда подальше, а вот в Саратове провокация удалась.)
Учитывая все эти обстоятельства, Генеральная прокуратура и решила, что лучше всего будет направить дело для рассмотрения в Саратов.
А мы попытались такое решение оспорить в Верховном суде РФ, упирая на то, что покупка оружия не является особо опасным преступлением, а все особо опасные преступления, которые инкриминируются нашим подзащитным (включая и терроризм), были, по мнению самого следствия, совершены обвиняемыми еще ранее, и совершены именно в Москве (где Лимонов писал свои статьи «с призывами к свержению государственного строя», где он постоянно встречался с членами Национал-большевистской партии и якобы «готовил террористические акции и создавал незаконные вооруженные формирования»).
Тем не менее Верховный суд встал в этом споре на сторону обвинения, и дело было направлено в Саратов, а вскоре туда же спецрейсом авиакомпании «Россия», под усиленной охраной спецназовцев ФСБ, были этапированы и шесть лефортовских узников: длинноволосый, бородатый 59-летний Лимонов и пятеро его молодых подельников, среди которых была и одна маленькая хрупкая девушка — Нина Силина.
Но еще до этого (как только стало известно нам намерение Генеральной прокуратуры и всплыло слово «Саратов») Эдуард, на свидании со мной в Лефортово, твердо заявил: «Это судьба!» И попросил не оставлять его, а непременно поехать вместе с ним в Саратов, чтобы там организовать защиту и его, и его товарищей.
«При чем тут судьба?» — возразил я, еще надеясь на Верховный суд. «Нет, это уже предрешено. Судьба…» — стоял на своем Лимонов.
И он рассказал о том, что в далеком не то 1968, не то 1969 году написал стихотворение, о котором вспомнил только теперь. Стихотворение так и называлось — «Саратов», хотя сам он никогда в этом городе не бывал. И в этом стихотворении пророчески говорилось о том, что его будут судить в том городе. Именно в Саратове будет суд над ним!..
Нет, никакой обреченности ни в его голосе, ни на его лице в тот момент не было. Была лишь злая ухмылка и азартный блеск в глазах.
Прошедший снег над городом Саратов
Был бел и чуден, мокр и матов.
И покрывал он деревянные дома,
Вот в это время я сошел с ума…
Вот в это время с книгой испещренной
В снегах затерянный, самим собой польщенный,
Я зябко вянул. В книгу мысли дул.
Саратов город же взлетел-вспорхнул!
[…]
и белый снег не укрощен,
протест мельчайший запрещен.
И только вечером из чашки
пить будут водку замарашки
и сменят все рабочий свой костюм,
но не сменить им свой нехитрый ум.
И никогда их бедное устройство
не воспитает в них иное свойство
против сей жизни мрачной бунтовать,
чтобы никто не мог распределять
их труд и время их «свободное»,
их мало сбросит бремя то народное.
И я один на город весь Саратов
— так думал он — а снег все падал матов.
[…]
Я образ тот был вытерпеть не в силах,
Когда метель меня совсем знобила
и задувала в белое лицо.
Нет, не уйти туда — везде кольцо!
Умру я здесь, в Саратове, в итоге,
не помышляет здесь никто о Боге,
Ведь Бог велит пустить куда хочу,
Лишь как умру — тогда и полечу.
Меня народ сжимает — не уйдешь!
Народ! Народ! — я более хорош,
чем ты. И я на юге жить достоин!
Но держат все — старик, дурак и воин.
Все слабые за сильного держались
и никогда их пальцы не разжались…
и сильный был в Саратове замучен,
а после смерти тщательно изучен.
В то время, когда Лимонов, вспоминая, читал мне эти строки своего стихотворения, сидя на привинченном к полу стуле в следственном кабинете Лефортовской тюрьмы (где решетки на окне лукаво скрыты за цветной мозаикой стекол), ни он, ни я, конечно, не знали и не могли знать того, что будет с нами через год или два, где и как пройдет в действительности судебный процесс и чем он завершится.
Но в стихах говорилось о смерти. И это звучало ужасно. К тому же опять же этот Саратов!.. Мрачное пророчество, не предвещавшее ничего хорошего.
— У меня случаются озарения. Такое было не раз, — проговорил Эдуард. — А ты бывал в Саратове?
— Бывал, — ответил я подавленно. — Я там учился в институте. Случайно оказался. После армии…
— Ну, вот видишь, судьба! — снова ухмыльнулся Лимонов. — Значит, ты там уже все знаешь.
Меня это обстоятельство мало утешило. И уж совсем не хотелось снова оказаться в Саратове (о котором у меня еще со студенческой, голодной, советской поры сохранялись не самые лучшие воспоминания) ровно через двадцать лет!
Я действительно попал в Саратов случайно: не решался после службы в армии поступать в МГУ на юридический факультет, где был большой конкурс и еще всякие льготные квоты для представителей национальных советских республик, но хотел непременно учиться на дневном отделении. А в советские времена в Москве такой факультет был только один — в МГУ! И тогда я, по настоянию матери, которая нашла каких-то знакомых в Саратове, готовых меня приютить, и где был юридический институт с дневной формой обучения, поехал туда с четырьмя палками дефицитной копченой колбасы.
И вот складывалась ситуация, что теперь мне предстояло туда вернуться уже достаточно известным московским адвокатом да еще в качестве защитника Эдуарда Лимонова!
«Наверное, и в самом деле — судьба!» — подумал я. Но Лимонову тогда ничего не сказал, попробовав с помощью Верховного суда все-таки с судьбой побороться.
А когда мне это не удалось и я уже сел в поезд Москва— Саратов, чтобы съездить на разведку в Саратовский облсуд, чтобы познакомиться с судьями и определить порядок и сроки нашей предстоящей работы, то подумал вот о чем.
Если верить в пророческие озарения Лимонова, в мистику или в Божий промысел, то выходит следующее. Лимонов, мерзавец этакий, напророчил сам себе в стихах суд в Саратове. (Написанное пером не вырубишь топором!) На скрижалях его судьбы это все, следовательно, было записано. А раз так, то в суде у него должен быть и защитник. И значит, уже тогда, в 1968 году, когда я десятилетним пацаном беззаботно гонял с друзьями мяч в подмосковном дворе или украдкой слушал вечерами, как ребята постарше поют под гитару незамысловатые блатные песни о любви к дочери прокурора, на скрижалях и моей судьбы было начертано быть адвокатом у Лимонова в Саратове?!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: