Мухаммед Физули - Лейли и Меджнун
- Название:Лейли и Меджнун
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мухаммед Физули - Лейли и Меджнун краткое содержание
Лейли и Меджнун - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Все ангелы узреть тебя мечтают,
Свидания с великим ожидают.
В дворце небесном звездный хоровод
Давно уже тебя, тоскуя, ждет".
Ты, на Бурака сев, обрел блаженство,
И в счастии достиг ты совершенства!
В четырехстолпный дом [20] Четырехстолпный дом - небо, стоявшее, по мусульманскому преданию, на четырех столпах.
ступив ногой,
Ты девять сводов [21] Девять сводов - по мусульманскому преданию, небо, состоящее из 9 сфер (9 небес, 9 сводов).
пронизал стрелой.
Стал месяц целовать твой след с приветом.
Твои глаза поили солнце светом.
С почтительным поклоном, сановит,
"Я твой слуга," - промолвил Утарид.
Нахид, с тебя свести не в силах взора,
Пир начала средь звездного простора.
А солнце прах лобзало стоп твоих,
Твоим учеником стал сам Масих.
Твой меч векам дал своды новых правил,
И в мужестве Бахрама ты наставил.
Бурджейс был рад приходу твоему,
Ты счастье сладкое принес ему.
Тебя Кейван, и радостен и светел,
Как средоточие собранья встретил.
Ты, всех светил построив племена,
Стал сеять звезды - счастья семена.
Создав другой порядок там чудесный,
Ты в пестроту одел атлас небесный,
И, оказавши воздуху почет,
Ты троном озарил весь небосвод...
Коня и Джабраила ты оставил,
Один к Единому стопы направил.
Завесы больше твой не видел взор,
И междусферный ты узрел простор.
Ты досягнул, куда не досягали,
Ты в недоступные вознесся дали.
Творцу молитвы наши ты вручил
И весть его благую получил.
И пролилась божественная милость,
И благодать творца к тебе спустилась.
От кладов знанья дал тебе он ключ,
Дал в дар тебе надежды светлой луч.
Набрав жемчужин из святого моря,
Ты из полета возвратился вскоре -
Еще постель твоя была тепла
И пыль дороги взвихрена была,
А ты уже пронзил полетом воздух
И вновь обрел себе достойный роздых ... [22] По преданию, Мухаммед так быстро совершил полет на небо, что не успела даже пролиться вода из наклоненного кувшина.
Да, ты познал такую благодать,
Что время не могло о ней узнать.
И вот ты сам уведомил беспечных
И рассказал о скрытых тайнах вечных.
Широко двери милости открыл
И каждого достойно одарил . . .
Но если всем тобой дана награда,
Меня, великий, обижать не надо.
Несчастный Физули, я унижен,
Своими же грехами устыжен.
Рассудок слаб мой, непокорны мысли -
Спаси! Несчастья надо мной нависли!
Путеводитель в темноте ночной,
Меня ведущий узкою тропой, -
Направь туда, куда идти мне надо,
И удостой сочувственного взгляда!
Чтоб я, стопы не погружая в грязь,
Шел за тобой, душевно веселясь . . .
Чтоб сада жизни жаждущее лоно
Дожди щедрот омыли благосклонно.
О кравчий, наш кружок укрась собой.
Подай вина, будь милостив со мной!
Дай чашу, чтоб душа развеселилась,
Будь благосклонным, кравчий, сделай милость!
О, как я в доме горя одинок,
И друга нет, с кем поделиться б мог!
Соратники по битве слова сладкой
Исчезли; в царстве слова нет порядка.
Остались только мы с тобой вдвоем,
Давай украсим пиршество вином!
Я буду пить - ты только подавай мне,
Я буду петь - ты слушай, подпевай мне . . .
Сейчас стихами все пресыщены.
За них и низкой не дают цены.
Клянет наш век стихи, в добре изверясь,
Речь мерную считает он за ересь.
И если я, готовый сердце Сжечь,
Вложу его в размеренную речь,
И сотни лалов нанижу в порядке,
И сотни роз я высажу на грядки,
Не поглядевши, каждый завопит:
"Не роза - шип, не лалы, а гранит".
Во всей багдадской стороне бесспорно
Уже не славен больше стих узорный.
Сейчас и царств таких на свете нет,
Где был бы признан хоть один поэт.
Как в Хинде, в Фарсе, в Шаме, в Хорасане,
Так в Руме, и в Аджаме, и в Ширване, -
Никто не может взвесить пронизь слов, -
Иначе мы бы знали знатоков [23] То есть сейчас нет истинных поэтов, которые могли бы ценить стихи (взвешивать пронизи слов-жемчугов); если бы они были, мы узнали бы о них, ибо истинная поэзия становится известной вопреки всем препятствиям.
.
Поэзию скрывать напрасно будешь -
Так солнце не светить ты не принудишь!
Пусть камни закрывают ход в рудник -
Рубин всегда покажет всем свой лик.
Но такова круговорота воля, -
И мы стихов нигде не видим боле.
Что ж! Я плохой круговороту друг:
Ведь я не вхож в ему подвластный круг.
Он хочет мерной речи униженья,
Он хочет возбудить к стихам презренье,
А я хочу открыть простор стихам,
Когда больны они, лекарства дам.
Круговорот считает мудрость зыбкой,
Но я смеюсь над этою ошибкой.
Разрушенное воссоздать хочу,
И верю я - мне это по плечу!
О кравчий, помоги же мне в печали,
Меня оковы горя оковали!
Нам горести лечить разрешено,
Лекарство против горестей - вино!
Когда тобой спасен я буду, бедный,
Знай, помощь не останется бесследной.
Ракушка я, ты облако весной.
Дай каплю, я дам жемчуг дорогой.
Ты солнце, я же - черный прах долины,
Огонь мне дай - и получай рубины!
Скиталец я бездомный - пожалей!
Нет у меня ни близких, ни друзей!
Друзья, которых нет давно на свете -
Певцы минувших навсегда столетий, -
Нагими на земной явились пир,
Но проводил их с почестями мир!
Поддержку получив в круговороте,
Был в каждом веке кто-нибудь в почете.
И сладость слов его вкусивши, встарь
Какой-нибудь его возвысил царь.
Перс, тюрк, араб поэтов привечали,
Поэтам не давали жить в печали.
Абунаваса верно оценив,
Ему дары принес Гарун-халиф.
И Низами не ведал в жизни страха
Затем, что был любимцем ширван-шаха.
Шах Хорасана милости свои
Лил щедро златоусту Навои.
Кому чудесный жемчуг слов был нужен,
Сокровища менял на горсть жемчужин.
Теперь уж нет властителей таких,
Поэтов нет, исчез и сладкий стих,
Ушло, облекшись в рубище, то племя,
И дел его не знает наше время.
Чтоб не увял цветок стихов теперь,
Чтобы искусства не закрылась дверь,
Задумал я: высокой мерной речью
Веков обычай я увековечу ...
Отныне я вступил на славный путь,
И мне теперь спокойно не заснуть...
Решил поэзии веленьям внять я,
Слагание стихов - мое занятье.-
Но только людям мира я не люб,
Они сочли, что дерзок я и туп.
И стоит мне сказать одно лишь слово,
Готовы все корить меня сурово.
Завистники, исполнены вражды,
Меня клянут, желая мне беды.
Но будет все ж конец хуленью злому
Еще меня оценят по-иному . . .
Поэты отошедших вдаль веков,
В цветник являясь, чтоб нарвать цветов,
Здесь находили и траву и розы,
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: