Юрий Корчевский - Пограничник против Абвера

– И двух автоматчиков ко мне.

Федор с бойцами направился к лесу. Он задумал использовать мотоцикл. Деревня рядом, и пособник слышал, что самолет не прилетел. Звук мотора мотоцикла примет за возвращающуюся диверсионную группу. При свете фонаря нашел под деревом свечные провода, поставил на мотор. Потом покачал мотоцикл. Топливо в баке плескалось, не все было слито. Немного, но осталось, для поездки должно хватить. Ключ торчал в замке зажигания, Федор завел двигатель.

– Садитесь.

Включил фару, маскировка теперь ни к чему. Десять минут езды, и уже деревня. Все избы в темноте, ни одного окна не светится. Федор постучал в первую же избу. В окно выглянул хозяин.

– Простите за беспокойство. Не подскажете, где Алексеев живет?

– Третья изба отсюда.

– Спасибо.

До искомой избы шли пешком втроем. Только приблизились, как распахнулась калитка, вышел хозяин. Федор включил фонарик, луч направил в лицо. Ошибки не было, именно его он видел днем, этот человек собирал хворост.

– Сорвалось? – спросил Алексеев.

– Не прилетел. Нам бы укрыться до завтрашней ночи.

– Это можно.

Хозяин повернулся к Федору спиной. Казанцев достал пистолет, выстрелил пособнику в затылок. Мужчина упал, Федор выстрелил еще раз. Залаяли собаки, раздались голоса жителей, встревоженных стрельбой. На улицу вышли селяне.

– Спокойно, граждане! НКВД!

Стихли, как по мановению волшебной палочки, голоса, только псы продолжали перебрех.

– Все, бойцы! Предатель получил свое, к мотоциклу.

Уже въезжали обратно на поле, как мотоцикл чихнул пару раз и заглох. Мотоцикл прокатился по инерции и встал у первого костра. А с другой стороны поля уже въезжали грузовики. Федор сразу к радисту:

– Сообщений для меня не было?

– Никак нет.

– Соедини с Осадчим.

Радист забубнил:

– Резеда-два, резеда-два, вас вызывает резеда-восемнадцать, ответьте!

Треск в эфире, потом голос в наушниках:

– Резеда-два, слушаю.

Радист протянул гарнитуру Федору. Тот наушники надел.

– Виктор Леонидович, Василий Петрович на связи.

– Понял, слушаю.

Передача шла голосовым текстом, в такой запрещено использовать фамилии, должности, звания. Немцы вполне могли прослушивать волну.

А об условных позывных в спешке не договорились. Но Осадчий сразу понял.

– Птички у нас, один холодный. И пособник из наших тоже.

– Успел попотрошить?

– Потому прошу разрешения в Вышний Волочек выехать. Большую часть бойцов и птичек отправляю к вам.

– А что в Волочке?

– Получатель груза. Боюсь, как бы не нагадил крупно.

– Бери людей сколько надо и одну машину, радиста – само собой. Остальных – ко мне. Конец связи!

– Отбой.

Федор вернул радисту гарнитуру.

Сколько же бойцов взять? Пожалуй, троих хватит, а еще мотоцикл прихватить. На нем немцы приехали, где хозяина искать? А если заправить, он еще добрую службу сослужит.

Бойцы подняли мотоцикл на руки, погрузили в кузов.

– Ты, ты и ты – полезайте в кузов. Остальным – в другой грузовик. Пленных туда же. Осокин, возвращаетесь в Калинин. Пленных сразу в НКВД, сами потом в казарму. Вопросы есть?

– Никак нет.

– По машинам!

Машины вместе ехали до Выдропужска, потом грузовик с Федором повернул направо, к Вышнему Волочку, а грузовик с бойцами и диверсантами налево, к Калинину. Уже под утро остановились перед городом.

– Парни, полчаса – оправиться и перекусить.

Позавтракали консервами, сухарями и салом. Федор, как и бойцы, взбодрился. Все же нервное напряжение, нерегулярное питание, опасность давали о себе знать. Федор устал. После еды в кабине в сон потянуло, но нельзя. Сейчас каждый час на счету. Он размышлял: с чего начать? Ехать сразу по адресу? Или на работу агента? Он машинист паровоза, может быть в поездке. Федор открыл командирскую сумку, посмотрел карту. Будь он диверсантом или руководителем диверсионной группы, в первую очередь обратил бы внимание на железнодорожный мост через Мсту на северо-западной окраине города.

Вышний Волочек – город старинный, основан в 1437 году, и название городу дал волок между реками Тверца и Цна. В этом месте междуречье было самым узким, меньше десяти верст. Суда перетаскивали волоком по деревянным желобам, смазанным дегтем. Волок позволял сократить путь из Балтики через Волгу до Каспия. При Петре I была создана сеть, водная система, проход судов стал возможен водным путем, а не по волоку.

А взорвав железнодорожный мост через Мсту недалеко от водохранилища, можно одним ударом парализовать надолго железнодорожное и водное сообщение в первую очередь между Москвой и Ленинградом.

Город невелик, немногим более пятидесяти тысяч жителей, вокзал нашли быстро. Федор нашел военного коменданта, предъявил удостоверение.

– Где паровозное депо?

– Вам лучше по путям, так короче. Сопровождающего дать?

– Буду благодарен.

Земля и шпалы пропитаны мазутом, креозотом, запах специфический, ноги периодически оскальзываются.

– Вот депо.

Сооружение Федор и сам бы узнал по разворотному кругу и рельсам веером.

– Спасибо, дальше я сам.

В депо шумно, вокруг стоящих в стойлах паровозов снуют слесари в грязных комбинезонах. На Федора в военной форме сразу обратили внимание, к нему подошел пожилой мастер. Федор заметил, что все сотрудники депо либо пенсионеры, либо подростки после ФЗУ.

– Вы кого-нибудь ищете?

– Да, мне бы начальство ваше увидеть.

– Я провожу к нарядчику.

Мастер прошел в боковую дверь, где оказалась комната. Здесь было потише и почище.

– Варвара Ильинична, к тебе гость.

– Я бы хотел поговорить с глазу на глаз.

– Это можно.

Женщина провела его в крохотную подсобку. Федор предъявил удостоверение. На обложке красной корочки золотыми буквами было вытеснено «НКВД». Этого было достаточно, на разворот, где было фото, фамилия, должность, уже никто не смотрел. У женщины при виде грозной аббревиатуры на документе поднялись брови.

– Да, я слушаю.

– Мне нужен машинист паровоза, живет на улице Девятого января, дом девять.

– Корепанов.

– Вы помните все адреса машинистов? – удивился Федор.

– А как же? Это моя работа. Когда у машиниста рейс, посылаем посыльного домой. Поневоле запомнишь, я работаю в депо нарядчицей двенадцать лет, помню всех: кочегаров, помощников машинистов, машинистов, кондукторов.

– Пусть так. Имя-отчество его?

– Фрол Власович.

– Он сейчас дома?

– Нет, на работе.

– Могу я его увидеть?

– Вот этого не скажу. Минут двадцать назад он принял паровоз в депо, а где сейчас, знает только диспетчер.

– Свяжите меня с ним. Это возможно? И еще: никому о нашем разговоре ни слова, если не хотите неприятностей.

– Я все понимаю. Мне надо к телефону, связаться с диспетчером.